Читать онлайн «Адам Смит». Страница 60

Но во всех этих вопросах Смит делает следующий шаг, и этот шаг неизменно оказывается важным.

Теория заработной платы у Смита страдает многими недостатками, поскольку, как мы видели в предыдущей главе, он не понимал истинного характера продажи рабочей силы наемного рабочего капиталисту.

Но у Смита была прочная основа в его анализе: «естественной нормой заработной платы» он считал стоимость средств существования рабочего и его семьи. Фактически заработная плата колеблется вокруг этого естественного уровня, причем Смит считал, что чаще она отклоняется от него вверх. Мало этого — Смит делает несколько уточнений, которые придают этому взгляду большой реализм и сохраняют свое значение даже в наше время.

Противники классической политической экономии, а затем противники марксизма обвиняли классиков и Маркса в том, что их теория обрекает рабочих на вечное существование на грани голодной смерти. В действительности ни Смит, ни Рикардо, ни Маркс не утверждали, что стоимость рабочей силы («естественная норма заработной платы» в терминологии Смита) определяется только физическим минимумом существования, хотя иногда опускается до него.

Круг потребностей, необходимый объем и структура средств существования рабочих не являются неизменными, они не одинаковы в разных странах и в разные периоды. В целом они, конечно, расширяются с течением времени, если развивается хозяйство страны.

Смит со своим здоровым реализмом хорошо понимал это.

В конце книги, по довольно случайному поводу, он рассказывает:

«Под предметами необходимости я понимаю не только предметы, безусловно необходимые для поддержания жизни, но и такие, обходиться без которых в силу обычаев страны считается неприличным для почтенных людей даже низшего класса. Полотняная рубашка, например, отнюдь не является, строго говоря, необходимым для жизни предметом. Греки и римляне жили, я полагаю, весьма сносно, хотя они не знали белья. Но в наше время почти повсюду в Европе приличный рабочий-поденщик постыдится показаться на людях без полотняной рубашки, так как отсутствие таковой будет сочтено признаком той унизительной степени бедности, в которую, как предполагается, никто не может впасть иначе как по причине крайне плохого поведения. Точно так же обычай сделал в Англии кожаную обувь предметом жизненной необходимости. Самый бедный, но приличный человек того и другого пола постыдится появиться на людях без нее. В Шотландии обычай сделал кожаную обувь предметом необходимости для мужчин, хотя бы относящихся к самому низшему классу, но не для женщин, которые могут, не рискуя потерять уважение, ходить босиком. Во Франции она не составляет предмета необходимости ни для мужчин, ни для женщин; лица обоего пола, относящиеся к низшему классу, появляются там на людях, не стыдясь этого, иногда в деревянной обуви, иногда босиком. Поэтому под предметами необходимости я понимаю не только те вещи, которые сделала необходимыми для низшего класса людей природа, но и те вещи, которые сделали необходимыми установившиеся правила приличия».

Вывод ясен: в Англии «естественная норма заработной платы» должна обеспечивать и мужчинам и женщинам возможность покупать кожаную обувь, а во Франции может и не обеспечивать. Но, разумеется, это положение во Франции может измениться, и оно действительно изменилось.

Таким образом, стоимость рабочей силы, вокруг которой, как правильно полагал Смит, колеблется заработная плата, определяется не только физическим минимумом средств существования, но включает также исторический и культурный элемент.

Это чрезвычайно важно для того, чтобы иметь реалистическое представление о капитализме — времен Смита, времен Маркса и наших времен.

Более спорна и противоречива другая идея Смита. Он различал три состояния общества: прогресс, стагнация (застой) и регресс. (Для XVIII века, очевидно, возможность двух последних состояний была гораздо более реальной, чем для двадцатого.) В условиях прогресса, говорил он, происходит интенсивное накопление капитала и увеличивается спрос на труд. Поэтому растет заработная плата и улучшается положение рабочих.

С одной стороны, это может показаться самоочевидным. Если, растет национальный доход, который, в большей своей части состоит из предметов потребления, то кто-то должен в конце концов эти предметы потреблять. Этот рост потребления не может не затронуть наемных рабочих, так как население страны — это прежде всего рабочие.

Но, с другой стороны, Смит упускает из виду важнейшую вещь. Накопление капитала вовсе не увеличивает спрос на труд столь непосредственно и пропорционально, как представлял себе Смит. Растет количество и стоимость машин, материалов, сырья, приходящихся на одного рабочего или на фунт стерлингов его зарплаты. (Маркс назвал это явление ростом органического состава капитала.) Накопление капитала и прогресс производства могут происходить и, в условиях нищеты рабочего, класса. Промышленная революция в Англии очень скоро показала это.

Все же эта мысль Смита небесполезна. Действительно, и в XIX, и в XX веках рабочие капиталистических стран наиболее успешно борются за улучшение своего положения, за рост заработной платы в периоды циклических подъемов экономики: в эти периоды растет производство, усиливается накопление капитала и относительно уменьшается давление безработицы.

В общем сочувствуя рабочим, Смит не видел за рабочим классом исторического будущего, и было бы странно, если бы дело обстояло иначе.

Свои надежды на прогресс общества, а значит, по его мнению, и улучшение жизни трудового народа, он связывал с накоплением капитала. Вокруг этого, как вокруг оси, вращается вся его политическая экономия. Центральной фигурой для него был промышленный капиталист, и в этом смысле Смит был истинным сыном своего времени — кануна и начала промышленной революции.

Надо сказать, что к промышленникам (и тем более к купцам) как к таковым он не питал ни малейшей симпатии. В погоне за прибылью, писал Смит, они готовы наплевать на интересы всего общества, они склонны «вводить общество в заблуждение и даже угнетать его». Он имел в виду их стремление к монополии, к сговору, к захвату рынков, к установлению возможно высоких цен на свои товары.

Смит считал капиталистов, так сказать, необходимым злом, естественно данным орудием прогресса. «Природа», мол, так устроила, что капитал оказался сосредоточенным в руках определенного класса. Надо лишь добиваться того, чтобы эта публика (за которой нужен глаз да глаз!) «работала» на дело увеличения богатства народа, или, точнее, богатства нации[50].