Читать онлайн «Валерий Харламов». Страница 76

«Чернышев так и не оправился от этого, утратив всякий интерес к жизни. Мы, конечно, не забывали о нем, часто навещали своего замечательного тренера, тем не менее помочь ему уже ничем не могли, — вспоминал Виталий Давыдов. — Аркадий Иванович принадлежал к сильным натурам, в жизни стойко перенес не один нокдаун, но не смог пережить оскорбление, полученное от чиновников родного общества. Чернышев в нашей памяти останется навечно».

Выдающегося наставника «Динамо» и сборной СССР похоронили на Ваганьковском кладбище. Два раза в год в день его рождения и на годовщину смерти сюда съезжаются прославленные ветераны, те, кто тренировался под его началом, простые болельщики, приходящие отдать дань уважения этому удивительному человеку и тренеру. Кстати, недалеко находится могила его напарника по сборной Анатолия Тарасова…

О Борисе Павловиче Кулагине и о том, что именно он открыл хоккейному миру Харламова, уже говорилось в этой книге. Кстати, вечный покой он, как и Харламов, обрел на Кунцевском кладбище, где находится его скромная могила. Отношение игрока к «Бобу» было всегда уважительным, несмотря на то, что он возглавил в 1971 году принципиального соперника армейцев — команду «Крылья Советов». А в 1979-м — «Спартак», с которым у ЦСКА, как известно, «особые счеты».

…Валерий Харламов планировал связать свою жизнь после ухода из большого хоккея с профессией тренера. Но тренера детского. «Ни за что бы не хотел тренировать ту команду, в которой столько времени провел как игрок. Лучше с детьми», — признавался он в 1979 году.

Говорил, что мечтает взять две-три черты, два-три навыка у каждого из тренеров, с которым работал дольше всего. «У Анатолия Владимировича Тарасова я постарался бы перенять его неиссякаемую выдумку, ярче всего проявляющуюся в организации тренировочного процесса, взял бы его беззаветную преданность хоккею. У Аркадия Ивановича Чернышева — спокойствие, уравновешенность, внимательный, заинтересованный подход ко всем хоккеистам. У Бориса Павловича Кулагина — умение поговорить с каждым игроком в отдельности и убедить его в правильности тренерского замысла. Я не раз убеждался — если кто-то не согласен с идеей Кулагина о той или иной тройке, то Борис Павлович непременно сумеет объяснить, почему важно и перспективно именно такое формирование звена», — писал Харламов.

Увы, злодейка-судьба распорядилась иначе. Великий игрок не стал выдающимся тренером…

Почему во всем мире до сих пор вспоминают о великом противостоянии канадцам советской хоккейной дружины в 1972 году? Потому, что это была великая команда, не побоявшаяся бросить вызов сборной ярких и индивидуально сильных игроков. Именно так, она была Командой с большой буквы. Дружиной былинных хоккейных богатырей, в которой талант таких игроков, как Харламов, Третьяк, Мальцев, Якушев, Михайлов, Петров и других, не раскрылся бы без помощи и поддержки их товарищей.

В этой сборной мог солировать каждый. «Мне кажется, что наибольшего расцвета, филигранности, удивительного спортивного азарта наша сборная достигла тогда, когда за нее выступал Харламов. Валера был душой той команды», — вспоминал Лев Лещенко. Меткое наблюдение. Лещенко не выделил Харламова отдельно. А заметил, что он был душой и сердцем Команды. Игроком, которого трудно представить вне рамок этого сплоченного коллектива.

После уже упоминавшегося в этой книге художественного фильма серия 1972 года у многих стала олицетворяться в первую очередь с «номером 17». Молодые зрители, которые не застали на льду Харламова, посчитали, что суперсерия сборной СССР была выиграна. И выиграл ее Харламов. А другие игроки, дескать, были у него на подхвате.

Это представление глубоко ошибочно и ранит других игроков той сборной. Серию игр с канадцами «суперсерией» сделала именно команда, на груди хоккеистов которой сияли алые буквы — СССР. За которой стояла великая, «жившая накалом этих поединков» страна. Команда тренеров, игроков, врачей, обслуживающего персонала, в которой каждый сражался за родину, за своего товарища, за свое доброе имя. Они доказали, что в хоккей действительно играют настоящие мужчины. Благородные, отважные, не боящиеся провокаций со стороны маститого и обозленного противника.

Книга, которую держит в своих руках читатель, в первую очередь и создавалась автором в целях просвещения. Для того, чтобы объяснить молодым и напомнить людям, видевшим игру советских хоккеистов, что победу сборной СССР приносили не отдельные игроки, а сильная духом и очень сплоченная команда мужиков. Коллектив мушкетеров-единомышленников во главе со своими стратегами-командирами.

В силе коллективизма были заключены главный успех и главная «тайна» советских хоккеистов. В коллективизме, помноженном на искренний, а не на пафосный и вычурный патриотизм. «Каким запасом прочности, каким запасом воли и силы должна обладать команда, чтобы на протяжении десятилетия крепко держать в своей руке руку непостоянной, а ветреной славы? Она постоянно изменяла нашему футболу и почти всегда оставалась верной хоккею. Она, подобно женщине, ценила постоянство, мужество и силу. Она выбирала личность и коллектив, как единение незаурядностей», — очень точно сказал о секрете побед советской сборной ее врач Олег Белаковский.32

О взаимовыручке и коллективизме сборной тех лет лучше всего свидетельствует пример, приведенный в одном из интервью космонавтом Алексеем Леоновым, который часто общался с игроками и тренерами сборной СССР: «После победы на одной из Олимпиад хоккеистам впервые предложили премиальные. 370 долларов. Не достались деньги лишь Анатолию Тарасову. Мол, не положено тренеру, не играл. Так вся команда в знак протеста от поощрения отказалась. Разве сейчас такое возможно?»33

Об этом никогда не стоит забывать молодому поколению хоккеистов, которые непременно продолжат славные традиции отечественного хоккея. Советская хоккейная сборная тогда, в 1972 году, раз и навсегда продемонстрировала миру, что коллективизм может свернуть горы, дав потрясающий урок индивидуалистическому видению игры. Не случайно этот принцип потом брали на вооружение хоккейные специалисты из других стран. Самые яркие примеры — сборные Финляндии и Швеции, начавшие играть в «советский» коллективный хоккей. Да и американцы, которые в 2000-е годы, по сути, начали выстраивать у себя, как в клубе ЦСКА Тарасова, вертикальную систему подготовки молодых хоккеистов. Где главный тренер основной команды может наблюдать и наблюдает, как растет игрок в системе клуба.

А теперь несколько слов персонально о нашем герое. Суперсерия 1972 года продемонстрировала хоккейному миру уникальные возможности Валерия Харламова. Многие эксперты называют эти игры «бриллиантовыми в блестящей карьере уникального советского хоккеиста». «Он всё делал естественно, без натуги, в моменты его лучших игр от него словно исходила какая-то аура. После серии 1972 года с канадцами Валера, пусть не обидятся на меня другие игроки, был едва ли не самым обожаемым и популярным советским спортсменом. Не зря его признали хоккеистом года и он вошел в десятку лучших спортсменов СССР», — отмечал знаменитый спортивный комментатор Владимир Писаревский.