Читать онлайн «Валерий Харламов». Страница 111

Валерий Харламов признавался, что никакое противостояние с канадцами по сложности не шло в сравнение с этими тренировками, когда каждый из ребят отчаянно пытался отобрать шайбу у своего кумира. «Когда после выхода из госпиталя я тренировался иногда в одиночку и приходил на каток не только в то время, когда проводили свои занятия мои партнеры, но и утром, то видел мальчишек. Они без опоздания являлись во дворец ЦСКА настолько рано, чтобы уже в семь утра выйти на лед и потренироваться со мной», — говорил он.

Хоккеист в те дни и недели сажал ребятишек со двора в свою «Волгу» и катал по Москве. Не отказывал им и когда они просили его поиграть с ними на дворовой площадке в футбол или хоккей. «Дядя Валера, ну поиграйте с нами, а мы вам машину помоем», — предложили как-то ребята Харламову. «Машину я и сам помою, — ответил Валерий. — А играть приду».

Да и после трудных игр, когда тренеры давали дни отдыха, чтобы хоккеисты побыли с семьей, Харламов, возвращаясь домой, проходил мимо дворовой хоккейной коробки. А оттуда уже раздавался возглас поджидавших его пацанов: «Дядя Валера, сыграйте, пожалуйста, с нами, хоть чуть-чуть…» На эти игры собирался весь двор: надо же, сам легендарный Харламов с мальчишками играет. И эти сражения с мальчишками, визжащими от восторга, растягивались едва ли не на час.

А когда кто-то однажды произнес: «Что ты вечно с пацанами возишься? Делать тебе больше нечего?» — Валерий Харламов ответил: «Это не пацаны, это дети». Трудно оценить, насколько важно это было для мальчишек. Глядя на кумира, который возится и играет с ними, они верили, что когда-нибудь и сами станут такими же, как он.

«Валерка очень любил детей. Я вообще не видел человека, который бы так искренне любил детей. Безумно любил своего племянника, Таниного сына, Валеру», — вспоминал Леонид Трахтенберг.

«Очень любит детей: и Сашу, и маленькую Бегоню. Любит играть с ними. Почему-то на многих фотографиях Валерия показывают с детьми около проигрывателя или магнитофона. Конечно, он любит музыку — даже Сашу приучил слушать бесконечные записи. Но папа наш предпочитает быть с ребятами во дворе, на бульваре, на даче, в лесу. И если он свободен и никто из малышей не болеет, мы, как правило, выезжаем за город», — признавалась супруга Харламова Ирина в интервью журналисту Олегу Спасскому, работавшему над книгой о ее муже.

«Когда меня просят вспомнить навскидку то, как Валера помогал людям, бескорыстно, от всего сердца, в памяти всплывает следующее. У него были очень хорошие отношения с врачами из ЦИТО — Центрального института травматологии и ортопедии имени Н. Н. Приорова. В отделении спортивной, цирковой и балетной травмы, которое возглавляла легендарная Зоя Сергеевна Миронова, поставили на ноги многих выдающихся спортсменов, а Валеру там любили очень искренне. Валера уже был великий человек, ему звонили с просьбами о помощи с разных концов страны. Я знаю, что он договаривался, чтобы в ЦИТО оказали помощь детям с какими-то сложными заболеваниями. Он ни в коем случае не афишировал это, — вспоминал в беседе Михаил Туманов. — Обращались к нему совершенно незнакомые люди. Через кого-то, кто был ему седьмая вода на киселе, но он находил возможность помочь людям. Особенно детям. В первую очередь детям. Это было для него святое».

После окончания карьеры он хотел работать именно с детьми. «Он хотел отдать все свое спортивное мастерство ребятам. Шутя, мы спрашивали у него: “Ты будешь тренером?” Он отвечал: “Если буду, то только детским”», — вспоминал Борис Михайлов. «Валере понравилось заниматься с пацанами, он даже признался мне, что хочет стать детским тренером, когда закончит играть», — вторит Михайлову Олег Белаковский.

После окончания хоккейного сезона Валерий часто ездил с отцом в заводской пионерский лагерь. От заводского местного комитета в летнюю смену туда назначали сотрудников предприятия. «Дядя Боря был известен — сын такой именитый у него, знатный, все его знают, вдобавок сам Валера очень любил детей. Была и другая тенденция: после первенства мира, а мы очень часто его выигрывали, все предприятия, особенно связанные с военно-промышленным комплексом, приглашали и Третьяка, и Петрова, и Михайлова. Они собирались группой и ездили встречаться с работниками этих предприятий прямо на базах и заводах, — вспоминал Михаил Туманов. — Харламов же ездил на заводскую базу под Звенигородом, которая зимой служила профилакторием для рабочих, а летом превращалась в пионерский лагерь для детей сотрудников. Он туда ездил к отцу и с ребятами общался, соревнования с ними проводил; мы с ним много раз ездили туда. А потом он уже сам ездил отдыхать в Алушту, где был военный санаторий от Министерства обороны. Для него было в удовольствие с детьми заниматься. Племянник у него был Валера, он тоже с ним занимался; сестра разошлась с мужем, а Валерка — племянник все-таки. Пока своих детей у него не было, он о племяннике заботился, с воспитанием помогал; Валера тренировался в футбольной школе ЦСКА».

«С детьми он сразу же легко устанавливал контакт, начинал общаться, играть, просто бегать. Приедешь в пионерлагерь, он с ними в футбольчик гоняет вовсю. Он много подарков привозил из-за границы. Племяннику кроссовки, маечки, сестре кофту или платье», — добавил Михаил Туманов.

«Ему при всей невыносимости нагрузки еще и нравилось возиться с детьми. Я помню, как в дни приема новичков в армейскую школу Харламов вместе с Рагулиным, Третьяком и другими мастерами помогали тренерам отбирать способных мальчишек, так вот, Валерий никогда не мог отказать даже самым не подходящим для хоккея ребятам и их родителям, а предпочитал сообщить свое неблагоприятное мнение мне. Жалел очень. Представлял, видно, себя на их месте», — вспоминал Анатолий Тарасов.

Ведущие хоккеисты ЦСКА были прикреплены к детским и юношеским командам, которые они курировали. Харламов опекал ребят 1961 года рождения и часто беседовал с ними, как с глазу на глаз, так и с группами юных спортсменов. На льду, в раздевалке, на улице. Выступал и перед родителями армейских воспитанников.

Но вернемся в осень 1976 года. Уже прошли сентябрь, октябрь. Завершились ноябрьские праздничные дни. Выпал первый снег. Тренеры ЦСКА решили, что пришло время возвращать Валерия Харламова в состав команды мастеров, хотя объективно он не достиг еще своего прежнего уровня. «Надо было видеть, как он первое время осторожно выходил на лед. Это напоминало кошку, которая, подходя к воде, сначала немножко боязливо трогает ее лапой, убеждаясь, что же это такое на самом деле. Так же и он первое время выходил на лед на тренировки. Мы с Борисом наблюдали за ним, как он потихонечку набирал форму», — вспоминал Владимир Петров в интервью для фильма о Харламове.