Читать онлайн «Немецкие деньги и русская революция: Ненаписанный роман Фердинанда Оссендовского». Страница 62

Третий документ представлял собой доклад русской контрразведки о переписке и планах гамбургского банкира, советника Вильгельма II и Германского Генерального штаба Макса Варбурга с американским банком "Кун, Леб и К0" (Поль Варбург и Яков Шифф) о расширении германского влияния в Америке3. Имена этих банкиров широко использовались русской правительственной антинемецкой пропагандой. Они упоминались в связи с подрывной работой против России и союзников в первой серии документов, изготовленных Оссендовским. Четвертый документ тоже претендовал на то, что он исходит от русской контрразведки. Он содержал «планы банковского консорциума в Германии относительно поглощения банков Австро-Венгрии, Нидерландов, Швейцарии, скандинавских стран и стран Ближнего Востока в борьбе против английских, французских и американских банков». Нечто подобное мы также можем найти как в «документах Никифоровой», так и в «документах Сиссона».

Содержание пятого документа сформулировано лаконично: «Германский план убийства генерала Корнилова, атамана Дутова, генерала Алексеева, генерала Хорвата и капитана Семенова». Корнилов уже был убит 13 апреля 1918 г. в пригороде Екатеринодара, о чем было сообщено в печати. Он погиб в результате взрыва снаряда, выпущенного из пушки красных в центре города, но Оссендовский приписывал его смерть немецким козням. Генерал Алексеев и прочие были еще живы. Интересно упоминание атамана Семенова, ведь он много раз фигурирует как противник немецких агентов в предшествующей серии. Хорват же был начальником Китайско-Восточной железной дороги и находился в Харбине. Таким образом, и этот документ явно был составлен с прицелом на американские интересы на Дальнем Востоке.

Шестой документ — официальный перевод доклада г-на Гаазе о военных и морских приготовлениях Германии в конце 1890-х гг., седьмой — официальный перевод доклада посла Лихновского о лихорадочной подготовке Германии [к войне] с 1910 г. Резонно предположить, что разоблачал некоего д-ра Шпитцберга. Он якобы посылался в США для борьбы с клерикализмом, но «в действительности» для пропаганды коммунизма в США. Сообщалось, что ранее этот Шпитцберг использовался для наблюдения за американским посольством4.

К сожалению, в списке Имбри ни один документ не датирован, что затрудняет их анализ. Если «Контрразведку при Ставке» мы можем ясно идентифицировать из описаний документов в ряде случаев, то что скрывается за названием «Германский Генеральный штаб», от имени которого поступает ряд документов, сказать очень трудно. Но наиболее обоснованным будет предположение, что это все то же «Nachrichten Bureau G. G-S», то есть «Разведывательное отделение Большого Генерального штаба», как расшифровывается название на печати и угловом штампе. Возможно, именно печатями этого учреждения заверялись «официальные копии», упомянутые в списке.

Что же касается содержания документов списка, то, насколько можно судить по их кратким описаниям, они в большинстве касались «шпионской деятельности» Германии против США как на самой территории Соединенных Штатов, так и Японии, Китая, Маньчжурии и русского Дальнею Востока. Деятельность эта якобы осуществлялась через немецкие фирмы, немецких граждан, корреспондентов германских газет, немецкие общества и газеты в США, а также через посылаемых из России в США и Мексику агитаторов разных национальностей и американских анархистов и социалистов. Нагнетание этой угрозы в предлагаемых «документах» было столь интенсивным, что, видимо, показалось неправдоподобным даже американскому послу Фрэнсису, который и запретил вице-консулу Имбри покупать эту серию5.

11 мая 1918 г. американское консульство получило три «документа» от жителя Петрограда, подписавшеюся инициалами Д. С. Р. 6 Это были сделанные от руки переводы па английский язык «свидетельств» о тесных связях большевиков с германскими властями. Один из переводов был приказом Рейхсбанка № 12378 от 28 декабря 1917 г., опубликованным затем Э. Сиссоном в брошюре «Германо-большевистский заговор» под № 11. Второй — приказом Рейхсбанка от 2 марта 1917 г. об открытии кредита Ленину, Зиновьеву и другим, который тоже имеется в «документах Сиссона», а также и в «документах Никифоровой». Это показывает, что не только «документы» первой серии, но и некоторые из изготовленных А. М. Оссендовским для Э. Сиссона имели параллельное хождение в виде копий и фотокопий в антисоветских кругах Петрограда.

Но вот третий «документ», присланный Д. С. Р., среди изученных нами выше документов не числится. В Госдепартаменте его назвали «польским документом», поскольку он имел отношение к совместной выработке политики Советской России и Германии по вопросу о будущем Польши. Но его содержание и форма не оставляет сомнения в том, что и он был изготовлен А. М. Оссендовским. Прежде всего процитируем его (по обратному переводу с английского)7. Документ назывался «Приложение к конфиденциальному бюллетеню № 5». Далее шел следующий текст: «Протокол совещания, имевшего место в Ставке 22 декабря 1917 г. В присутствии следующих лиц: 1. От русского правительства: Крыленко, Володарский, Залкинд, Урицкий, Раскольников, Фейерабенд, Антонов, Дзержинский, Кудряшов, Скрыпник»8. Прервем на минутку цитату. Как видим, Оссендовский «послал» на это совещание в захваченную большевиками Ставку в Могилев своих излюбленных персонажей, которые населяли документы второй и третьей серий. Вот только Кудряшов встречается еще всего один раз в документе № 9 брошюры «Германо-большевистский заговор» в качестве помощника морского комиссара по Дальнему Востоку. Ясно, что и там, и здесь мы имеем дело с выдуманным персонажем. Существовал мужчина, И. А. Скрыпник, но Оссендовский много раз подделывал подпись М. Н. Скрыпник, секретаря Совнаркома. Это Мария Николаевна Скрыпник, Ее-то, вопреки здравому смыслу, он и «посылает» на данное совещание.

С немецкой стороны на нем присутствовали «от Германского штаба: фон Готт, Тойбер, Эрих, фон Шуманн, Рауш. Совещание пришло к следующим выводам: польская политика направляется германским правительством. Русское правительство не вмешивается в польские внутренние дела и поэтому не имеет права защищать или выступать против: 1) отделения нефтяного и металлургического бассейна в Домброве, который аннексируется Германией: 2) ограничения права лиц польского происхождения заниматься нефтяной промышленностью в Галиции; 3) против отделения и административного устройства Холмской губернии; 4) согласованной внутренней политики Германии, Австро-Венгрии, Украины, Курляндии, Эстляндии и Лифляндии, касающейся Польши; 5) против экономической политики Германии и Австро-Венгрии в Познанской губ, и Галиции и в польских районах, аннексируемых Германией от России»9.