Читать онлайн «Покушения и инсценировки: От Ленина до Ельцина». Страница 162

А может, это были не квартирные грабители? Впопыхах кто-то из них забыл солдатскую куртку, к которой были прикреплены боевые награды. В них дочь погибшей без труда опознала ордена своего отца. Но куда же девался он сам?

Ответ стал известен через сутки. В ночь на среду, девятого октября 1996 года, мертвое тело Андрея Ичко обнаружили все в том же доме по Рублевскому шоссе. Тело лежало на первом этаже под лестницей черного хода — без ботинок и верхней одежды.

Судмедэксперты установили, что смерть Андрея Ичко наступила более суток назад, то есть примерно на шесть часов раньше, чем погибла его супруга. Скончался он от черепно-мозговых травм.

Так вот почему он вовремя не пришел домой с работы! Кто-то подстерег несчастного в подъезде, проломил голову тупым предметом — куском железной арматуры или кирпичом, — после чего затолкал труп под лестницу запасного хода. Одному справиться с такой «работой» довольно трудно, решили сыщики, преступников было минимум двое.

Версия следствия была такова: неизвестные, скрывавшиеся в подъезде, заметили старика, поднимавшегося пешком по лестнице на свой третий этаж, настигли его и нанесли удары по голове. Затем они обшарили карманы жертвы — у Андрея Ичко пропали паспорт, ключи, портмоне.

Номер квартиры установили по штампу прописки в паспорте и без труда проникли в квартиру — жена Ичко открыла дверь, думая, что вернулся с работы муж. Мог быть и другой вариант: например, грабители какое-то время выслеживали свою жертву, наблюдая за престарелыми жильцами дома с первых этажей.

Милицейское начальство постепенно приходило к заключению, что двойное убийство тещи и тестя президентского лекаря скорее всего носит бытовой характер. И совершено, наверное, дилетантами. В квартире они поживились только двумя золотыми кольцами и некоторыми носильными вещами. Что, побогаче квартиру не могли найти?

Предположение о том, что преступники явно не блистали сообразительностью, крепло с каждым новым часом следствия. Опытные сыщики Московского уголовного розыска, УВД Западного административного округа и отдела внутренних дел «Фили-Давыдково» были почти убеждены в том, что преступление не готовилось заранее и что супруги Ичко стали случайными жертвами. То, что они имели отношение к президентскому врачу, — лишь стечение обстоятельств.

Однако падкие на сенсации средства массовой информации и здесь пытались найти политическую подоплеку. Слишком банальным представлялся бытовой мотив. Громкое имя президента кружило голову!

Сыщики же делали свою работу основательно. Не осталось без их внимания и сообщение одной наблюдательной жилички о том, что она видела в подъезде этого дома молодых людей, похожих на солдат. Они были какие-то странные, эти солдаты. Однажды жиличка поднималась на верхний этаж к приятельнице, а они, подозрительно оглядываясь, спускались с чердака. Беглые, что ли?

Информацию словоохотливой старушки не пропустили мимо ушей, проверили. Действительно, около двух недель назад из одной из воинских строительных частей, дислоцированных в Москве, сбежали два солдата. Правда, без оружия. Дезертиров усиленно разыскивали.

Беглецам по девятнадцать лет, первогодки, призывались из Поволжья. Сообразительностью не блещут.

«Похоже, наши клиенты», — решили сыщики. И включились в поиск дезертиров.

Действительно, ими оказались беглые солдаты срочной службы Сергей Михайлов и Андрей Семенов, которые самовольно оставили стройбат, расположенный неподалеку от Крылатского. Выяснилось, что за четыре дня до нападения на супругов Ичко убийцы поживились в этом же доме, взломав дверь в квартире несколькими этажами выше и похитив ювелирные изделия, а также носильные вещи.

Преступников задержали в городе Петрозаводске. Столицу Карелин они выбрали не случайно.

Там проживал приятель Семенова. Когда-то они вместе росли в чувашском городе Мариинский Посад. Через некоторое время друг Семенова уехал в Карелию поступать в речной техникум. Поступил. Ему дали место в комнате общежития.

Вот сюда и нагрянули беглецы-разбойники. Замысел был как в крутом боевике — сбыть часть похищенных вещей и скрыться в Финляндии. Приятель Семенова пообещал дружкам помочь достать фальшивые документы.

Однако осуществить задуманное им не удалось. Беглецы были возвращены в Москву.

Происшествие на Успенских дачах получило международную огласку благодаря публичному обсуждению на сессии Верховного Совета СССР.

По доброй советской традиции наш народ по-прежнему узнает подробности о своих лидерах из зарубежных источников. Так вот, только в 1992 году мы узнали, что случай, обсуждавшийся на сессии союзного парламента в 1989 году, был не единственным в биографии нашего президента. Борис Ельцин тонул три раза.

Этот и многие другие неизвестные ранее факты из Жзни Бориса Николаевича содержатся в книге Владира Соловьева и Елены Клепиковой «Борис Ельцин. Политические метаморфозы». Авторы бестселлера, имевшего громкий успех (гонорар перевалил за миллион долларов, книга выпущена 20 издательствами Европы, Японии, США, Бразилии и Аргентины), — журналисты, эмигрировавшие в 1977 году из СССР. В основе их произведения — материалы поездок по стране, личные беседы с теми, кто знал Ельцина по годам учебы и работы в Свердловске, встречи с его родными и близкими.

Авторы утверждают, что Борис Ельцин тонул трижды. Младенцем — в купели, при крещении. Подростком — в туристском походе. Зрелым политиком — невдалеке от правительственных дач.

Если первые два случая не имели какой-либо политической подоплеки, то третий оброс всевозможными слухами и домыслами, среди которых самыми живучими были подозрения в том, что падение с моста в речку — дело рук его политических противников. Вся Москва, не говоря уже о провинции, свято верила в козни кремлевского ареопага против народного любимца.

Впрочем, в печати проскальзывали, правда спустя тричетыре года после случившегося, и иные версии. Однако официально истина не раскрыта до настоящего времени. Любопытных могу отослать к опубликованной в октябре 1989 года «Известиями» стенограмме обсуждения этого инцидента на сессии Верховного Совета СССР, а также к ельцинскому личному «Заявлению для печати и других средств массовой информации», сделанному тогда же. Листовки с текстом заявления были расклеены по всему городу. Борис Николаевич расценил предание огласке этой истории как новый политический фарс, как факт травли, попытку переноса акцентов с методов политической борьбы на безнравственные, беспринципные методы уничтожения оппонентов.