Читать онлайн «Великий Ганнибал. «Враг у ворот!»». Страница 140

Зато в ходе детальной разведки выяснилось, что лагерь нумидийцев Сифакса атаковать и поджечь легче.

Владея столь «аппетитной» информацией, Сципион решил внезапно напасть на оба лагеря, поджечь солдатские жилища и, пользуясь паникой, попытаться истребить как можно больше живой силы противника. Внезапным снятием накануне намеченной акции всего своего флота с якорей он собирался ввести в заблуждение противников. Якобы он готовился нанести внезапный удар по Утике: все осадные орудия и метательные машины были погружены на суда, а две тысячи легионеров уже отправлены для захвата господствующих над крепостью высот. Двинув солдат против Утики, Сципион сумел убедить врага, что удар будет направлен против города. Так городской гарнизон будет обеспокоен активностью врага у своих стен и уже не рискнет сделать вылазку против лагеря римлян, когда они выйдут из него для атаки на лагеря своих противников.

Этим ловким маневром Сципион убил даже не «двух зайцев», а целых «трех» (!): во-первых, направил внимание врага в ложную сторону; во-вторых, себя обезопасил и, в-третьих, основную массу своих немногочисленных сил сконцентрировал для внезапного и решающего удара.

…Между прочим, Сципион не успокоился на достигнутом и, когда у него уже все было готово, совершил еще один тонко продуманный маневр – на этот раз политический – резко прекратил переговоры и объявил, что считает себя в состоянии войны с карфагенянами! Гасдрубал с Сифаксом явно были озадачены этим, но сами никаких враждебных действий так и не предприняли: Сифакс, как известно, в бой не рвался, а Гасдрубал весьма опасался Сципиона, будучи уж не раз им битым на войне в Испании. Получается, что расчетливый римлянин как искушенный шахматист продумал все ходы в задуманной им многоходовой комбинации, и ему оставалось лишь объявить противникам «шах», а затем и «мат». Ждать пришлось не долго…

Только в день предстоящей операции Сципион вызвал к себе на совещание своих высших офицеров и посвятил их в детали предстоящей ночной акции. Солдат было приказано накормить ужином раньше срока и после обычного сигнала ко сну очень тихо вывести из лагеря. Оставив для обороны своего лагеря минимально нужное количество людей, всех своих остальных солдат Сципион, соблюдая максимальную тишину, повел к вражеским лагерям и ровно в полночь приблизился к ним вплотную.

Массилиям Массанассы и начальнику своей конницы Лелию он поручил запалить лагерь масесилов Сифакса, а сам остался ждать у лагеря Гасдрубала, пока не загорится нумидийский лагерь.

Лелий и Массанасса образцово-показательно справились со своей задачей. Часть своих сил они расставили по периметру всего вражеского лагеря, чтобы отрезать все возможные пути к бегству. Затем со всех сторон кинулись поджигать шалаши нумидийцев, которые загорались, как сухой хворост. Весь лагерь вспыхнул мгновенно, так как хижины были поставлены слишком близко друг к другу, и пламя летело по крышам. Подумав, что это случайный пожар, сонные нумидийцы выскакивали из шалашей без оружия и тут же становились легкой добычей коварного врага. Море огня бушевало над лагерем. Море крови его затопило. Многие сгорели заживо, кого-то просто затоптали в давке обезумевшие соплеменники.

Как только зарево пожара всколыхнуло нумидийский лагерь и его увидели карфагеняне, то они поначалу решили, что пламя вспыхнуло случайно и, тоже безоружные, кинулись на помощь незадачливым союзникам. Однако тех, кто первыми выскочил за ограду, легионеры Сципиона тут же перебили и, ворвавшись в ворота, оставленные без охраны, бросились поджигать ближайшие постройки во вражеском лагере. Огонь мгновенно распространился по всему биваку карфагенян. Его обитатели метались в огненном кольце; тех, кто не сгорел заживо, убивали римляне.

Дерзкая операция Сципиона завершилась как нельзя лучше: зарево двух огромных пожаров ярким пламенем осветило все близлежащие окрестности. И хотя оба вражеских вожака все же сумели спастись, но большая часть их солдат погибла в пламени пожаров.

По данным римских историков, Сифакс и Гасдрубал лишились от 30 до 40 тысяч воинов, всех боевых слонов, а еще 2–5 тысяч попали в плен.

Так, почти не понеся потерь (сотня убитых – «капля в море»!), римский полководец сумел существенно сократить численность вражеской армии и мог всерьез подумывать о наступательных действиях.

В Карфагене, едва узнав о катастрофе, ожидали прямого удара на сам Карфаген и бурно обсуждали, что делать дальше: то ли просить мира, то ли срочно вызывать из Италии зачинщика всей войны – Ганнибала, то ли попытаться набрать новую армию и дать римлянам открытый бой.

Пока там судили да рядили, Сципион весной 203 г. до н. э. навязал своим, так полностью и не восстановившимся противникам большое сражение примерно в 100 километрах юго-западнее Карфагена на Великих Равнинах. В нем небольшая 16-тысячная римская армия (римский консул бросил в бой только свои лучшие силы) сошлась с численно превосходящим вражеским войском (силы союзников исчислялись от 20 до 35 тысяч).

Стоявшая на правом фланге римская конница Лелия противоборствовала с масесилами Сифакса, а левофланговые массилии Массанассы сражались с карфагенскими всадниками. В центре позиции оба римских легиона столкнулись с четырьмя тысячами навербованных Гасдрубалом еще в Испании кельтиберов.

…Кстати, поначалу Сифакс наотрез отказался снова воевать с Сципионом. Он открыто заявил, что «сыт войной по горло», и уже было двинулся домой, как его коварный зять применил свое самое мощное оружие – чаровницу Софонисбу. «Ночная кукушка» так «закуковала» старенького муженька, что он снова пошел на войну. На этот раз все кончилось еще хуже, чем можно было бы предположить…

Наспех собранные и плохо обученные крылья карфагенской армии под напором отборной италийской кавалерии Лелия и конных массилиев Массанассы быстро сломались, но стойкость и большой боевой опыт кельтиберов задержали продвижение к победе римских легионов. Иберийцы прекрасно понимали, что бегство бесполезно из-за незнакомства с местностью, а сдаваться нельзя, поскольку они предали римлян, прибыв из подвластной им Испании на службу к их врагам. Пришлось Сципиону вводить в дело вторую и третью линию манипулов (принципов и триариев) для атаки кельтиберов с флангов, вместо того чтобы, как обычно, просто поддержать своих гастатов – легионеров из первой линии – во фронтальной атаке. Даже окруженные со всех сторон, кельтиберы продолжали сопротивление до последнего и дали возможность Гасдрубалу и Сифаксу вместе со свитами бежать. Только ночь положила конец очередной кровавой бойне, устроенной Сципионом своим незадачливым противникам.