Читать онлайн «Великий Ганнибал. «Враг у ворот!»». Страница 104

Со столь поредевшим войском нечего было и думать о походе в Италию на помощь к старшему брату.

…Между прочим, оставим на совести проримски настроенных античных авторов столь внушительные потери карфагенян: как известно, победителям свойственно преувеличивать нанесенный врагу урон, как, впрочем, и преуменьшать свои потери. Но, так или иначе, именно крупная победа Рима при Эбро над Карфагеном в далекой Иберии имела огромное значение для дальнейшего хода войны. Во-первых, стало окончательно ясно, что на помощь из Испании, по крайней мере пока, Ганнибал рассчитывать не может, а значит, в Италии он по-прежнему остается один на один с римскими легионами. И, во-вторых, моральный дух римского воинства, сильно упавший после двух страшных фиаско (при Тразименском озере и под Каннами), стал понемногу подниматься. Получалось, что настоящая война Рима с Карфагеном только-только начиналась…

С той поры дела карфагенян на Иберийском полуострове шли все хуже и хуже.

Римские братья не спеша, но методично начинают «отгрызать» у Карфагена все новые и новые иберийские территории. По римским данным, цифры карфагенских потерь под Илитургисом и Интиблисом столь колоссальны, в том числе среди дорогостоящей «бронетехники» (61 слон!), что вызывают у современных историков вполне справедливые сомнения, но данные для опровержения отсутствуют. Гасдрубал и Магон Баркиды вместе с сыном Бомилькара Ганнибалом не в силах их остановить. В конце концов, в их руках оказался и андалусийский Кастулон, откуда, напомним, родом была испанская «пассия» Ганнибала Имилька.

Спустя пару лет – в 214 г. до н. э. – римляне снова разбивают пунийцев Гасдрубала в сражении у города Мунды (совр. Кордоба), уничтожив 12 тысяч карфагенских воинов, захватив 3 тысячи пленных и 39 боевых слонов. Победа могла быть еще более полной, но из-за ранения Гнея Корнелия Сципиона копьем в бедро римские легионы сами отходят на исходные позиции. Зато после очередного успеха под Аврингой – страдавший от раны Гней руководил боем с носилок – они заняли территорию почти до Геркулесовых столбов.

После этого римляне смогли вооружить 20 тысяч кельтиберов и пополнить ими свою армию. На их сторону стали переходить даже те, кто долго колебался, чью сторону занять в этой войне. Более того, братья Сципионы применили некую «новинку», ранее не применявшуюся в римской армии: набор в римскую армию воинов из числа союзных племен… за плату! Правда, придет время, и они об этом сильно пожалеют! Дальше – больше, братья оказались как умелыми воинами, так и ловкими дипломатами. Они добились успехов не только на Пиренейском полуострове, но и на западе Северной Африки, сумев склонить к союзу с Римом одного из нумидийских «царей» – вождя западнонумидийского племени масайсилиев (масесилов) Сифакса. Римский центурион Квинт Статорий даже остался у Сифакса обучать его воинов римскому боевому пехотному строю и военному искусству. Задача была не из легких: никогда ранее у африканских кочевников пехоты не было по определению! Вскоре в одной из стычек Статорий показал всем, что римские центурионы – крепкие профессионалы: хорошо усвоившая его уроки, новоиспеченная пехота масайсилиев разбила карфагенян в пух и прах! Более того, авторитет римского оружия, вернее, римских военспецов в лице их закаленных центурионов (эдаких «псов войны»!), поднялся среди нумидийских племен очень высоко. Понятно, что после этих событий Ганнибал уже не надеялся получить подкрепления из Испании.

Но военная фортуна переменчива.

Примерно в то время, когда Ганнибал стоял у ворот Рима, его брату Гасдрубалу Баркиду пришлось срочно отправиться на… родину с отборными войсками для усмирения нового союзника Рима – Сифакса, чинившего много неприятностей Карфагену на западе Северной Африки. Прекрасно понимая, что надолго оставлять Иберию «без присмотра» он не может, Гасдрубал Баркид нашел прекрасный выход из опасной ситуации: натравил на бунтаря Сифакса его извечного врага – другое нумидийское племя – массилиев, обитавших неподалеку от Карфагена, «царем» которых тогда был Гала. Особенно отличился в боях с всадниками Сифакса юный сын Галы, «принц» Массанасса, которому поручил командовать своим войском престарелый «царь». Рано проявивший талант первоклассного кавалерийского начальника, Массанасса с блеском выполнил задание, разгромив Сифакса и заставив его бежать в Мавританию. Сифакс запросил у карфагенян мира. Царю разрешили вернуться в его царство.

Оценив заслуги юного «принца», карфагеняне решили закрепить союз с ним традиционным для всех времен и народов способом! По рассказам, ему была предложена в жены первая красавица Карфагена – дочь влиятельного Гасдрубала (сына Гискона) – несравненная Софонисба (Софонисоба). Казалось, свадьба не за горами, но, как это часто бывает в годы военного лихолетья, труба пропела «В поход!!!», и брак пришлось отложить на потом. А потом… война внесла свои кровавые коррективы в их судьбы, но об этом чуть позже.

…Нумидийский царь Массанасса (или Массинисса) (ок. 240? – 149 гг. до н. э.) – одна из самых заметных фигур в истории Пунических войн. Последствия его поступков серьезно сказались на ходе истории Западного Средиземноморья конца III в. до н. э. – первой половины II в. до н. э. Если верить свидетельствам современников, в том числе римлян (а наш герой прожил исключительно долгую жизнь – почти 90 лет!), Массанасса поражал всех ростом и статью, несокрушимым здоровьем (в том числе, и мужским: умирая, он оставил 4-летнего сына!) и очень светлыми глазами, живым умом и неукротимым нравом, властолюбием и сластолюбием. О его выносливости, даже в весьма преклонном возрасте, ходили легенды: он мог сутки скакать на коне под лучами палящего солнца, легко переносить голод и жажду, питаться одной травой! Очень рано проявленные звериная ловкость и безумная отвага, страшное коварство и невиданная стремительность превратили его в глазах врагов в настоящего демона, вездесущего и ненасытного. Массанасса был подобен пламени, которое не остановится, пока не уничтожит все на своем пути. В душе этого одетого в плащ из львиных шкур кочевника жила одна, но всепоглощающая мечта – править Нумидией единолично! Более того, он мечтал создать великую державу, что-то вроде эллинистического царства, со столицей в богатом и роскошном городе, лучше всего в Карфагене. Всю жизнь он будет идти к этой цели и добьется ее: он раздвинет границы отцовского царства, создав поистине огромную державу – от границ Атлантики до Ливии. Он станет чеканить монеты с символами царской власти и греческими надписями. Но ему не удастся покорить Карфаген – задача такого масштаба окажется ему не подвластна. Когда римляне в своей третьей и последней войне с Карфагеном (149–146 гг. до н. э.) зайдут в тупик и униженно обратятся за помощью к столь обязанному им Массанассе с его несравненной нумидийской конницей, то 90-летнему воину уже было не до них! Он ушел в свой последний военный поход – в Бессмертие! Но это уже другая история – история Третьей Пунической войны, о которой мы расскажем вам в другой раз…