Читать онлайн «Сборник коротких эротических рассказов». Страница 379

Максимов А.

Билл и Моника

(История любви)

Из секретных записей разговоров в Овальном кабинете. Далее:

П— Президент

М— Моника

С— Джон Смит, советник президента

П. Тебе нравится мой инструмент?

М. О, да, его следовало бы изобразить на стодолларовой купюре.

Билл сидел в своем кабинете и ощущал постоянный жгучий зуд между ногами.

Его плоть требовала удовлетворения, а он вынужден был разбираться с каким-то арабским мудозвоном. Какая ему разница бомбить или не бомбить, когда хуй его торчит уже второй день. Стерва Хиллари не дает ссылаясь на какие-то проблемы. Какие проблемы могут быть каждый день у нее? Неожиданно, ему вспомнилась девушка, ее звали, кажется, Моника. Моника практикантка. Не очень красивая, но с пухленькими губками и широкой жопой. Широкий зад, в белых плотных трусах — это мечта Билла. Не то что тоненькая сука Хиллари.

Сочная, большая жопа — уткнуться в нее лицом и кричать от счастья. Живот, не плоский, а полный, пространственный. Обширная угольно-черная волосня между ногами, ах…. Билл покраснел от этих мыслей.

Билл вызвал Смита. Толстый Смит немедленно явился.

Билл начал разговор о какой-то политической чепухе и как-бы между прочим спросил:

— Ты помнишь эту брюнетку, практикантку?

— Монику?

— Да, кажется Монику. Не мог бы ты привести ее ко мне, у меня к ней пара вопросов.

— Конечно, господин президент.

М— Билл, ты будешь бомбить Ирак?

П— Нет, конечно.

Раздаются странные чмокающие звуки.

П— О да, да, да.

Билл думал как-бы все это лучше устроить. Обычно, он поступал просто, заманивал женщину к себе и снимал перед ней штаны. Как правило, они клевали на это. То ли вид хуя Билла приводил их в такое состояние, то ли власть Билла возбуждала их, но они делали то что от них требовалось.

Моника шла в кабинет Билла с радостным чувством предвкушения большого события. Она и не предполагала, что событие будет таким большим. Моника была влюблена в своего молодого и красивого президента. После скучных и противных старых республиканцев, в Белом доме появился настоящий плейбой-демократ. Это была мечта заебанных поколений бедных американских женщин. Ради такого президента можно пойти на все.

— Здравствуйте, Моника.

— Здравствуйте, господин Президент.

— Для вас, Билл, просто, Билл.

Моника покраснела и наступила тягостная тишина. Атмосфера в Овальном кабинете начала сгущаться, как во время Карибского кризиса.

— Садитесь, Моника.

— Спасибо.

Моника села в кресло, ах, быть бы этим креслом, чтобы принять всю сладкую тяжесть женского крупа!

— Я хотел задать вам пару вопросов.

— Да, господин… Билл.

— Как вы относитесь к (минету-хотел сказать Билл) президенту XXX.

Моника провела языком по губам перед тем как отвечать.

— Я считаю, что в сложившейся обстановке XXX наиболее полно контролирует ситуацию в AAA, и вполне отвечает нашем интересам в этом регионе.

В это время Билл зашел за кресло Моники, и растегнул ширинку. Залез в штаны, просунул руку через подаренные Хиллари трусы с его инициалами и достал свой президенский.

— … Ситуация в AAA позволяет сохранять нейтралитет как нам, так и нашим противникам. Мы ждем когда…

Моника обернулась, и увидела Билла дрочащего хуй.

— О, господин пре….Билл, я сама. Моника взяла в руки набухший член и слегка сдавила его. Ой, вскрикнул Билл. Она задела залупу кольцом.

Осторожно помассировав его, Моника склонилась и взяла в рот. Сразу почувствала кисловатый вкус. Осторожно начала сосать, пытаясь массировать при этом языком. Несколько раз задевала его зубами и Билл вскрикивал. В это время Билл руками блуждал по ее голове, плечам и груди. Беря большие груди в руки и сжимая, он гладил Монику. Моника продалжала свою трудную и опасную работу. Вскоре яйца Билла наполнились тяжестью, он выпрямился, хуй выскочил и тугая струя спермы ударила из раскачивающегося члена. Основная масса попала на лицо Моники, она даже закрыла глаза при этом, несколько капель попало на платье.

— Оооооооооо

Билл стоял перед закрытой спальней Хиллари, и просил его впустить.

— Милая, я люблю тебя. Впусти меня, я тебя хочу.

— Иди ебись со своей практиканткой.

— Это было ошибкой. Прости меня, у меня несколько месяцев не было женщины.

Я… Я вынужден онанировать в ванной.

— Наверное, дрочишься на фотографию этой суки?

— Нет, милая, на нашу с тобой фотографию, где мы с тобой и Челси.

П— Джон, у меня не было женщины несколько месяцев. Я больше не могу, внешняя политика страдает от этого.

С— Чем я могу помочь, господин Президент?

П— Снимай штаны, Джон, и наклоняйся.

Командир роты Понкин, полноватый, лысоватый капитан, любил рассказывать всякие байки из жизни своих подчиненных и, надо признаться, весьма занимательно.

Вновь прибывших молодых солдат заводили в ленинский уголок. Капитан минут пять знакомил с боевой историей части, далее плавно переходил к самой животрепещущей теме — сексуальной жизни воинов. Особенно смешили две истории.

Первая — про козу, которую выловили восемь солдат, изнасиловали до бесчувствия и подбросили хозяину. Бедолага целый год ходил к начальникам, потеряв всякую надежду, выгнал несчастную на улицу. Вторая история — про других животных, ее следует пересказать более подробно, она того стоит.

— В нашем подсобном хозяйстве, — с упоением повествовал Понкин, — за поросятами следил рядовой Сидоренко.

Добросовестный, скромный, неплохо вел хозяйство и оно стало в части передовым. Приезжали и высокие чины, чтобы посмотреть и поделиться опытом.

Однажды с проверкой прибыли полковник и майор и после всего изволили посмотреть на поросят. И я повел их, исполненный гордостью.

Возле сарая мы услышали подозрительный шум, стук и невообразимый визг. Мы поспешили и открыли дверь. И как вы думаете, что мы увидели? Наш безупречный Сидоренко вдрызг пьяный, полуголый, без штанов, вот с такой елдой бегает за орущей свиноматкой с явным намерением совокупиться. Пока мы соображали, солдатик ловко загнал ее в закуток и приналег на нее. Остановила его зычная команда полковника:

«Отставить насиловать!» Сидоренко вмиг отрезвел и принял стойку «смирно»…

Сидоренко отсидел за пьянку пять суток, а мне пришлось туго, особенно в столовке части. Я бывал там по делам и заходил пообедать. Так офицеры при мне категорически отказывались есть борщ и требовали у повара доказательств, что кусочки сала, плавающие в борще, не от той свиньи, которую трахнули подчиненные. А проверяющие мое подразделение с иронией спрашивали: «Ну, что, капитан, секс сегодня будете показывать?»… Итак, банный день выбирала жена капитана. До обеда натирали полы, меняли постели и получали у прапорщика застиранные исподние. После обеда шли пешком до городской бани. Одноэтажная, кирпичная, очень старая, с двумя отделениями. Капитан с женой и дочкой доставлялись на «газике».