Читать онлайн «Харьков – проклятое место Красной Армии». Страница 132

К 13 часам до 15 немецких танков с группой автоматчиков прорвались в район совхоза «Ударник», где находился командный пункт дивизии, а к 14 часам танкам противника удалось пробить брешь в обороне и достичь рубежа совхоз Ильичева, Осетняк. Позже около 30 танков ворвались в Каплуновку [424] .

К этому времени вошли в соприкосновение с противником передовые подразделения соединений переданной Воронежскому фронту из резерва Ставки 4-й гвардейской армии генерал-лейтенанта Г.И. Кулика. Она имела задачу развернуться на рубеже Высокое, Новая Одесса в 20 км западнее Богодухова и организованно встретить вражеские танки и мотопехоту, не допустив их дальнейшего продвижения в восточном направлении на Богодухов. Выполнение этой задачи командующий армией возложил на 20-й гвардейский стрелковый корпус генерал-майора Н.И. Бирюкова, соединения которого (5, 7 и 8-я гвардейские воздушно-десантные дивизии) находились в 10–12 км от рубежа развертывания.

В соответствии с решением генерала Кулика первоначально планировалось выдвинуть вперед только 8-ю дивизию, занять ею исходный рубеж, организовать противотанковую оборону и тем самым создать условия для перехода корпуса в наступление. Как пишет в своих воспоминаниях генерал Бирюков: «То, что мы знали тогда о положении под Ахтыркой, никак не вязалось с приказом ввести в действие только часть сил корпуса. Я позвонил командующему 4-й гвардейской армией.

– Там нет ничего, – ответил генерал Кулик. – Нехай (пусть. – Авт .) дивизия идет с развернутыми знаменами.

Насчет знамен он, конечно, пошутил, но факт оставался фактом: против бронированного кулака выдвигалась одна развернутая на широком фронте дивизия.

И только поздним вечером 18 августа поступили новые указания, согласно которым уже весь корпус, имея в первом эшелоне 8-ю и 7-ю дивизии, а во втором 5-ю, должен был занять рубеж обороны. Нам сообщили также, что завтра к трем часам пополудни 3-й гвардейский танковый корпус сосредоточится за нашими позициями. Слева и несколько позади нас уступом шел 21-й гвардейский корпус. Таким образом, вся 4-я гвардейская армия как будто бы вступала в дело» [425] .

Боевые действия 20-го гвардейского стрелкового корпуса под Ахтыркой 19–22 августа 1943 г.

18 августа противник нанес и второй удар в полосе 27-й армии, из района Ковалевка, Константиновка в направлении на Колонтаев, силами танковой дивизии «Мертвая голова». Однако все его атаки здесь были отражены 241-й стрелковой дивизией, которой командовал полковник П.Г. Арабей. Несмотря на эту частную неудачу, выход основных сил немецкой контрударной группировки в район Каплуновки осложнил положение на правом фланге армии. К исходу дня глубина вражеского вклинения достигла 24 км. Назревала угроза не только окружения соединений 27-й армии, действовавших южнее, но и прорыва немецких танковых соединений в тыл 1-й танковой и 6-й гвардейской армий.

Вместе с тем положение всей ахтырской группировки противника было весьма неустойчивым. Оно во многом обусловливалось тем, что немецкое командование было не в состоянии надежно обеспечить ее левый фланг. Успешное наступление войск правого крыла Воронежского фронта позволяло не только обойти его, но и, в свою очередь, выйти в тыл немецким войскам, наносившим контрудар. Поэтому командующий войсками фронта требовал всемерно нарастить темпы наступления на своем правом крыле. Действовавшие здесь 38-я, 40-я и введенная в сражение из резерва Ставки 47-я армии за день 18 августа продвинулись на 10–20 км и вышли на рубеж Большая Чернетчина, Низы, Соловьевка, Ревки, Новоселовка, Белка. Они все более нависали с севера над немецкими войсками. Чтобы ускорить охват противника с фланга и тыла, генерал Ватутин, определяя задачи на 19 августа, приказал правофланговым дивизиям 40-й армии овладеть к исходу дня Лебедином и выйти на р. Псел. 47-я армия должна была перерезать одну из важнейших коммуникаций ахтырской группировки врага – дорогу Лебедин – Ахтырка. 38-й армии было приказано обеспечить наступление 40-й и 47-й армий, перейдя с этой целью к обороне по восточному берегу р. Псел.

Одновременно 27, 6 и 4-й гвардейским, а также 1-й танковой армиям ставилась задача разгромить вклинившуюся немецкую группировку и восстановить положение в районе Ахтырки [426] . 71-я стрелковая дивизия, находившаяся на левом выдвинувшемся фланге 27-й армии, в ночь на 19 августа была отведена с западного берега р. Ворскла в район Пархомовки.

Утром 19 августа в соприкосновение с противником вошли подразделения 8-й гвардейской воздушно-десантной дивизии 4-й гвардейской армии. Батальон старшего лейтенанта Г.Н. Дудкина отразил атаку немецких танков и заставил их отойти. На поле боя остались два подбитых «Тигра». К вечеру в бой вступили правофланговый 27-й и левофланговый 25-й полки дивизии. Завязался встречный бой с типичными для него атаками, быстрыми отходами и контратаками. Артиллеристы и минометчики 27-го полка огнем внесли расстройство в боевые порядки врага, и его батальоны захватили совхоз «Комсомолец».

Тяжелый бой вел на левом фланге за высоту 181.4 и село Чемодановку 25-й полк. Батальон под командованием капитана С.Н. Ивлева быстро захватил высоту, но тут же был контратакован автоматчиками, которых поддерживали танки. Возникла опасность окружения. Тогда Ивлев вышел вперед вместе со своим заместителем по политчасти М. Сазоновым. Буквально на плечах бежавших автоматчиков батальон ворвался в Чемодановку. Ивлев был ранен, но не ушел с поля боя.

Так же умело и напористо действовал батальон капитана В.М. Быкова. Ворвавшись в Каплуновку, он начал выбивать противника из домов, когда на улицу ворвался «Тигр». Его повредил двумя выстрелами из противотанкового ружья старший сержант Клименко. В результате упорного боя батальон захватил и удержал северо-восточную окраину Каплуновки.

По мнению командира 20-го корпуса, общий итог дня оказался скромным. 8-я дивизия овладела лишь совхозами «Комсомолец» и «Осетняк» и грядой высот к западу от них, остановив на этом рубеже продвижение противника. «Причины те же: растянутость фронта, поспешность в подготовке атаки и недостаток противотанковой артиллерии, который остро ощущался в полках в течение всего боя», – пишет генерал Бирюков [427] .

В сложных условиях в этот день действовала и 7-я гвардейская воздушно-десантная дивизия генерал-майора М.Г. Микеладзе. Против ее 18-го и 21-го полков враг одновременно бросил в бой более 40 танков и штурмовых орудий и до полка мотопехоты на бронетранспортерах. Они были встречены огнем 76-мм пушечных батарей 1-го и 2-го дивизионов 10-го гвардейского артиллерийского полка и двумя 45-мм батареями 8-го отдельного истребительно-противотанкового дивизиона. В этом бою большую помощь дивизии оказали летчики-штурмовики 2-й воздушной армии. Они бомбоштурмовыми ударами наносили противнику большие потери, поддерживая наши наземные войска. В результате части 7-й немецкой танковой дивизии были вынуждены приостановить свое наступление. Предпринятые противником в течение дня повторные атаки также успеха не имели. Враг потерял 10 танков, из них два «Тигра» и 6 бронетранспортеров [428] .