Читать онлайн «Харьков – проклятое место Красной Армии». Страница 108

Для выполнения этой задачи бригада строилась в два эшелона: в первом – два танковых и мотострелковый батальон, во втором – один танковый батальон. В 12 часов началась огневая подготовка атаки. Батальоны первого эшелона начали сближаться с врагом. Танки, атакуя немецкие подразделения, удерживавшие хутор Становой и высоты, прилегающие к нему, с ходу вырвались к Белгородскому тракту.

Действовавшая справа 18-я гвардейская танковая бригада полковника Д.К. Гуменюка тоже вступила в бой. Трехкилометровый разрыв между бригадами прикрывался огнем артиллерийских батарей. Связь оставалась устойчивой. Но действовавшие слева части 40-й армии начали отход на Томаровку. Учитывая угрозу левому флангу, командир бригады направил сюда второй эшелон.

По мере того как мотострелковый батальон атаковал противника с фронта, 167-й танковый батальон майора Ф.В. Чуфарова обошел безымянную высоту, приблизился к вражеским позициям в Становом и через некоторое время ворвался в хутор. Враг не захотел, однако, смириться с потерей выгодной позиции в районе Станового. Подтянув артиллерию, он повел по хутору артиллерийский огонь. В то же время на безымянную высоту нанесли удар две девятки «юнкерсов». После этого на Становой из Борисовки через балку начали выдвигаться немецкие танки. Батальон майора Чуфарова также развернулся в боевой порядок. Командир бригады приказал ему подготовить залповый огонь, а 168-му батальону капитана Я.У. Лившица – атаковать танки противника во фланг, как только они преодолеют овраг. Вскоре двадцать «Т-34» этого батальона вышли из рощи и открыли огонь.

Вражеские машины замедлили ход, стали перестраиваться. Под прикрытием огня орудий и минометов батальоны Чуфарова, Лившица и Валового сосредоточили большую часть своих сил на восточных скатах безымянной высоты и отбросили немецкие пехоту и танки от хутора. Но разгромить противника во встречном бою и выполнить задачу по овладению Борисовкой не удалось. К тому же комбриг стал получать тревожные донесения из подразделений: противник применил новые танки, броню которых не пробивает снаряд танковой пушки.

Командир бригады связался по рации с командиром корпуса. Вскоре генерал Вовченко и его заместитель по политчасти полковник Н.В. Шаталов прибыли на НП, чтобы лично разобраться в обстановке на месте. «Это, по-видимому, «Тигры», – сообщил комкор Егорову. – Надо искать способы борьбы с ними, бить не в лоб, а по уязвимым местам» [356] .

Было решено немедленно перейти к обороне и одновременно создать танковые засады. Танки батальона старшего лейтенанта А.Г. Семусенко переходили к обороне занимаемого рубежа по высотам западнее Погребняков. Через их позиции должны были отойти подразделения мотострелкового батальона. Батальоны Чуфарова и Лившица выделяли по одной танковой роте в засады в район Станового и у Белгородского тракта. Остальными силами планировалось как можно дольше сдерживать врага, а затем по команде отойти за фланги рубежа, обороняемого батальоном Семусенко. Тем самым противник втягивался в огневой мешок, который только с фронта должны были окаймлять огнем пять танковых рот и противотанковая батарея.

Вражеская атака началась налетом пикирующих бомбардировщиков. Как только исчез последний «юнкерс», открыла огонь немецкая артиллерия. Затем появилось около 60 танков. Главный удар наносился против 168-го батальона, имевшего 20 боевых машин. Танкисты Лившица подпустили противника на дистанцию восемьсот метров и завязали огневой бой. Мотострелки залегли на открытом поле. Обстановка все более осложнялась. Возникла критическая ситуация: оборона бригады могла быть прорвана раньше, чем ее батальоны отведены на новый рубеж. Командир бригады ввел в бой свой резерв. Роту танков и артиллерийскую батарею, располагавшиеся в деревне Хвостовка, он перебросил в район своего наблюдательного пункта. Здесь заняли позиции два танковых взвода и противотанковая батарея. Танковый взвод лейтенанта С.Н. Кравченко был выслан в засаду. Едва он выдвинулся на указанный рубеж, как метрах в семистах появились немецкие танки.

Танкисты открыли огонь. Один снаряд попал в башню ближайшей машины, но она даже не остановилась. Еще удар! И снова только сноп искр – снаряды не пробивали лобовую броню вражеского танка. Другой же немецкий танк двумя выстрелами поджег два танка из взвода Кравченко. Но танк командира взвода успел укрыться в балке. Через несколько минут, когда танки противника потеряли его из вида, он вновь выдвинулся на огневую позицию и выстрелом в борт подбил вражескую машину. Но другие вражеские танки медленно продолжали движение.

С начала боя прошло около часа. Командир бригады по рации связался с командирами батальонов первого эшелона. Они доложили: «Огонь со стороны гитлеровцев очень плотный, дальнейшее противоборство без артиллерийского и авиационного обеспечения вызовет неоправданные потери и не даст положительных результатов» [357] . Доложив командиру корпуса обстановку, Егоров попросил разрешения занять другую, более выгодную для обороны позицию.

Выполняя новую задачу, танки двух батальонов развернулись и начали обходить хутор с севера и юга. Тем временем между ними образовался двухкилометровый разрыв. В него и вклинились немецкие танки, рассчитывая рассечь боевой порядок бригады. Но на такое вклинение и рассчитывал комбриг при подготовке боя – вражеская группировка начала втягиваться в огневой мешок. От Борисовки двигались две танковые группы противника до тридцати машин в каждой.

Вначале с флангов начали действовать танковые засады, а после того как враг сосредоточил внимание на них, прогремел залп пушек третьего батальона. Немецкие танки, двигавшиеся во главе клина, остановились. В течение нескольких минут враг потерял 15 боевых машин. Тем временем танки второй и последующих линий догнали впереди идущих, и теперь уже весь клин двигался на подразделения бригады. Но батальоны вели залповый огонь с места и контратаковали из засад. Немецкие танки пытались обойти бригаду с юга, но там наткнулись на артиллерию и танки 5-го гвардейского танкового корпуса 40-й армии, повернули на север и, встретив залповый огонь танков 18-й гвардейской танковой бригады, вынуждены были начать поспешный отход.

Тяжелый, но в целом успешный бой на борисовском направлении вселил определенный оптимизм представителю Ставки на Воронежском фронте А.М. Василевскому. 15 марта он докладывал Верховному Главнокомандующему: «Наступление подвижной группы противника из района Борисовки, имевшей по показанию пленных задачей… захватить Белгород и во взаимодействии с ударом из района Липцы на север окружить наши войска южнее Белгорода, остановлено. Корпус Вовченко, действовавший на Борисовку своей тбр и приданной 96 тбр, к исходу дня отбросил танки противника (до 65) в Борисовку и полуокружил последнюю… С подходом к Борисовке остальных двух тбр корпуса началась ликвидация этой группы противника.