Читать онлайн «Восхождение. Современники о великом русском писателе Владимире Алексеевиче Солоухине». Страница 94

Впрочем, редакция знает и упоминает, что многие усадьбы имеют высокую историческую ценность и охраняются законом. Стало быть, призыв отправиться в усадьбы за сокровищами – это осознанное призывание к запрещенной законом деятельности? Ведь те, кто поверит газете, будут копать не где-либо, а именно в усадьбах, в церквях и на кладбищах, будут вскрывать старые могилы. Кстати, уже в углу опубликованной карты нарисован человек с металлоискателем в окружении покосившихся крестов.

Как ни странно, брошенные семена дали «всходы». Уже 1 августа в той же рубрике «Золотая лихорадка» газета опубликовала материал В. Елагина с заголовком «В книгах Владимира Солоухина есть указания на места, где нужно искать клады».

Вот, оказывается, в чем ценность книг Солоухина! Кто бы мог подумать, что из всего написанного Владимиром Алексеевичем самым главным окажется упоминание о мерзавцах, ограбивших когда-то могилы соотечественников, или слухи о том, что у мельника могли храниться несколько золотых монет! К тому же В. Елагин еще и искажает писателя: В. А. Солоухин пишет «эта версия не верна», а В. Елагин уже – «вполне возможно». А вот слова писателя «в то время шла усиленная преступная охота за золотыми кружочками по российским деревням» не упомянуты.

Неужели мало нам, что во всех деревнях и селах не осталось ни одного дома, откуда не пытались бы украсть иконы? Неужели мало того, что старики в мирное время прячут намоленные образа в темных подполах (святыню – в подполье!)? Неужели мало, что в том же Караваеве молодежь собирается на «тусовки» в пустом склепе князя Голицына? Что же, грядет еще одна напасть против деревень, церквей и усадеб – кладоискатели?

Между прочим, в одной из стран, кажется в Турции, когда требовалось уничтожить какой-либо памятник чужой культуры, распускались слухи, что он стоит на сокровищах. И памятник или дом тут же оказывался разрушенным искателями кладов.

Поражает, с какой легкостью люди пишут подобные статьи. Видимо, не знают об ответственности за печатное слово. Например, В. Елагин, узнав, что в старинное село Караваево приезжали потомки его прежних владельцев (Мария Николаевна Апраксина и ее дочь Елизавета Владимировна), тут же предполагает, что у гостей был «другой интерес», то есть поиски клада. А ведь он никогда и не видел упомянутых дам. Знает ли он, что отец Марии Николаевны, Н. М. Котляревский был инициатором строительства в Бельгии православного храма-памятника во имя Иова Многострадального, в котором до сих пор молятся за наших соотечественников? Знает ли, что у человека может быть естественная потребность побывать на родине предков, поклониться хотя бы земле, по которой они ходили? И знают ли автор и редакция, что Апраксины уже занялись вопросами реставрации церкви в их селе Караваеве? Той церкви, которую гробокопатели и иже с ними разрушили и до которой нет дела ни одной организации в области. А «в награду» узнают, что приезжали искать клад.

Что же остается читателю? Ждать, когда в газете появятся новые статьи с радостным сообщением, что разрыв склеп владельца усадьбы, нашли золотую монетку или ржавую шпагу? Или все-таки во Владимире найдутся должностные лица, которые запретят подобную акцию? Ведь существует Государственный центр по учету, использованию и реставрации памятников истории и культуры Владимирской области, существуют областной и районные отделы культуры, главы сельских и районных администраций, на территории которых находятся упомянутые усадьбы. Неужели все они будут молча наблюдать за организующейся кампанией и не призовут газету прекратить порождать подобные «золотые лихорадки»? Хочется верить, что призовут, и как можно скорее.

Владимир Алексеевич Солоухин писал: «Откуда взяться красоте в грядущих веках, если мы, наши поколения, не сохраним ее в себе и не передадим в умноженном и облагороженном виде нашим потомкам». Эти слова могли бы стать эпиграфом почти ко всем его произведениям. И очень печально, что на родине писателя его имя стало упоминаться в совершенно противоположных целях.

Начато страшное дело, и, чтобы не раздувать огня, газета и В. Елагин должны, на мой взгляд, спешно принести свои извинения за намеки на «тайные интересы» Марии Николаевны и Елизаветы Владимировны Апраксиных. Тем более, что речь идет об иностранных гражданах, да еще и взявшихся за реставрацию одного из наших же владимирских храмов.

Лето 2005 года. 14 июня. Мелко моросит утренний дождик, и автобус мчится по горьковскому шоссе в село Алепино Владимирской области, на Солоухинские чтения. Это моя первая поездка на родину русского писателя и первые впечатления.

Разбитая проселочная дорога привела нас к селу, где уже шел праздник и светило солнце. На сцене, которая была сооружена рядом с домом писателя, пели, танцевали, вспоминали Владимира Алексеевича и рассказывали о нем! Село радовалось и светилось в своем неподдельном счастье. Мне было все любопытно и интересно: небольшие улочки и дома, где рос и жил, шалил и играл еще мальчишкой Володя Солоухин, где формировались его первые мысли и возникла глубокая любовь к родине. Мне вдруг вспомнились слова рязанской поэтессы Нины Красновой, которая однажды сказала Владимиру Алексеевичу, что «его повести, это как деревня с ее домами, деревьями, колодцами, амбарами и трудами, как церковь, венчающая деревенский пейзажа. Глядя на всю эту красоту, можно смело сказать, что Россия жива!»

Зеленая трава, аромат полевых цветов, дружные домики, сосновый лес и кладбище, которое кажется уютным и таинственным одновременно. На могиле писателя была отслужена лития. После ее окончания еще многие не могли отойти от могилы, то ли делясь впечатлениями, то ли рассказывая что-то Владимиру Алексеевичу.

На чтениях собрались прекрасные и интересные люди. Кто-то читал его стихи, кто-то рассказывал о своей любви к Родине, к писателю.

Каким был Солоухин? Разным. На протяжении своей жизни он постоянно менялся. Когда-то он был секретарем комсомольской организации, а стал – поборником православия. И этим он был близок всем собравшимся. Никто не хотел расставаться, хотелось остановить это драгоценное время. Душа радовалась и грустила одновременно. Радовалась от прекрасно проведенного дня, интересных знакомств и полученных впечатлений. А грустила оттого, что опять надо куда-то бежать, суетиться, порой забывая о чистом и высоком.