Читать онлайн «Корсары Кайзера». Страница 59

1 апреля 1914 года командование крейсером принял сорокалетний капитан 2 ранга. Макс Лооф. Ему предстояло вести корабль в африканские воды. После яркой «придворной» службы в Германии, конвоирования императорских, королевских и царских яхт, приема на борту высочайших особ, блеска золота, мишуры и драгоценных камней «Кенигсбергу» предстояла служба в забытом Богом и людьми месте, в климате, где одинаково быстро ветшают корабли и люди, а если и возвращаются на родину, то только для того, чтобы идти на слом и в запас по инвалидности.

Капитан 2 ранга Лооф был эльзасцем по происхождению. Он родился всего через три года после того, как эта провинция отошла к Германии в результате франко-прусской войны. Эльзасцев не считали французами, но не очень считали и немцами. И хотя их права были клятвенно подтверждены различными указами императоров и королей, простора для комплекса неполноценности им было оставлено более чем достаточно.

28 апреля 1914 года «Кенигсберг» вышел из Вильгельмсгафена, взяв курс в Средиземное море. В это время в Средиземном море находилась дивизия немецких крейсеров под командованием контр-адмирала Сушона, державшего свой флаг на линейном крейсере «Гебен». В распоряжении Сушона находился еще и легкий крейсер «Бреслау», но командир дивизии считал, что ему необходимы минимум три легких крейсера. Поэтому, когда Лооф прибыл на борт «Гебена» для представления адмиралу, Сушон приказал ему считать себя прикомандированным к его дивизии вплоть до особого распоряжения. Мудрая международная военная пословица рекомендует никогда не спешить с выполнением полученных приказов, ибо их могут отменить.

Капитан 2 ранга Лооф совсем не спешил в Восточную Африку, Блеск средиземноморской службы, где на одних и тех же рейдах встречались немецкие, британские, французские, итальянские и даже американские боевые корабли, казался ему более привлекательным. Пока Лооф и экипаж «Кенигсберга» наслаждались прелестями Средиземного моря, адмирал Сушон вел невидимое сражение с Главным Морским штабом в Берлине.

Командование рассматривало аппетиты адмирала Сушона как чрезмерные, считая, что ему вполне достаточно одного «Бреслау». В итоге Берлин победил, и «Кенигсберг» получил приказ следовать в восточно-африканские воды. 5 июня 1914 года крейсер прошел Суэцким каналом и после однодневной стоянки в Адене 7 июня прибыл в столицу Германской Восточной Африки город Дар-эс-Салам, являвшийся, вместе с тем, и общей столицей многочисленных занзибарских королей.

Территория Германской Восточной Африки была огромной, превышающей миллион квадратных километров. Освоение этой части экваториальной Африки немцы начали еще в 1884 году, но германская экспансия в этом регионе немедленно вызвала недовольство Англии, с которой пришлось начать длительные и нудные переговоры о разделе сфер влияния в Восточной Африке.

Переговоры шли с 1886 по 1890 год, когда, наконец, сторонам удалось договориться; это дало немцам возможность официально назвать эти африканские территории Германской Восточной Африкой. На севере германская колония граничила с британской Угандой, на юге — с португальским Мозамбиком и британской Центральной Африкой, на востоке — с Конго.

Чтобы охранять свой анклав, окруженный со всех сторон англичанами, нужно было иметь в Германской Восточной Африке сильное соединение боевых кораблей; однако, выделить в этот район удалось, да и то после двухмесячного препирательства с адмиралом Сушоном, только легкий крейсер «Кенигсберг», который, скорее, демонстрировал здесь флаг, чем что-либо реально охранял.

Дар-эс-Салам — «Дом мира», служивший некогда главной стоянкой флота занзибарских королей, имел одну из лучших в Африке бухт, длина которой достигала трех миль, а ширина — мили. Бухту связывал с океаном канал длиной 300 метров, идущий между коралловыми рифами. На берегу, поднявшемся над морем метров на 15 и полукругом окружившем бухту, под зелеными кронами кокосовых пальм белели дома немецких колонистов, которых было не более трехсот человек.

Небольшим немецким гарнизоном командовал полковник фон Леттов-Форбек. В городе имелась пристань и склады германской Восточно-африканской пароходной компании, небольшой, но хорошо оснащенный судоремонтный завод, а также терминал железной дороги, ведущей в глубь территории — к слюдовым карьерам в горах Уругулу.

Когда «Кенигсберг» вошел в гавань, отсалютовав флагу на сигнальной мачте местной военно-морской базы, в базе находились старая канонерская лодка «Гайер», на смену которой и прибыл «Кенигсберг», и гидрографическое судно ВМС «Меве», уже в течение нескольких лет занимавшееся здесь описью берегов и рукавов волшебной реки Руфиджи. По прибытии капитан 2 ранга Лооф становился старшим морским начальником на рейде, и на мачте «Кенигсберга» был поднят по этому случаю специальный вымпел.

Командиры «Гайера» и «Меве» капитаны 2 ранга Грассгоф и Циммер прибыли на борт «Кенигсберга» с представлениями своему новому командиру. Грассгофу предстоял поход в южную часть Тихого океана, а Циммер должен был продолжать начатые гидрографические работы.

Прибытие «Кенигсберга» в Дар-эс-Салам совпало с юбилеем. Гарнизон праздновал 25-летие создания кайзеровских колониальных войск. От лица флота Лооф преподнес гарнизону модель парусно-нарового фрегата «Швальбе», который первым из немецких кораблей вошел в июне 1889 года в бухту Дар-эс-Салама, подняв над городом германский флаг.

12 июня «Гайер» ушел по назначению, а «Кенигсберг» начал знакомиться с новым театром своей деятельности, замеряя, главным образом, глубины у бесчисленных коралловых островков и рифов. «Меве» вел гидрографические работы в канале у острова Мафия.

Известие об убийстве наследника австрийского престола эрцгерцога Фердинанда в Сараево сербскими националистами, вызвавшее резкое обострение напряженности между основными европейскими государствами, вынудило капитана 2 ранга Лоофа вернуться в Дар-эс-Салам. «Кенигсберг» пополнил свои трюмы, а затем вышел на внешний рейд и стал крейсировать вдоль побережья, оповещая германские каботажные суда о необходимости следовать в Дар-эс-Салам. 27 июля в Дар-эс-Салам, прервав гидрографические работы, пришел «Меве». Слухи о неизбежной войне уже захлестывали небольшой колониальный городок. Губернатор пытался опровергнуть эти слухи, показывая телеграмму, полученную из имперского Управления колониями в Берлине, где говорилось: «Колония вне военной опасности, успокойте поселенцев».

Однако, по линии военного и военно-морского ведомств приходили другие сообщения. Адмиралтейство уведомило капитана 2 ранга Лоофа о нарастании политической напряженности в Европе, призывая командира «Кенигсберга» быть готовым к любому развитию событий.