Читать онлайн «В походах и боях». Страница 140

Только совокупность всех средств дивизии — пехоты, артиллерии, приданных ей истребительных и танковых подразделений, умело использованных комдивом, дала возможность сто восьмой выдержать «наревскую страду».

Прорыв противника к Нареву удалось ликвидировать контратакой 354-й и 186-й дивизий. В 17.00 по участку прорыва ударила вся армейская артиллерия. Короткий пятиминутный налет, за ним бросок пехоты. Контратака удалась. Фланги дивизий Теремова и Ревуненкова соединились. Противник отброшен от реки. Оставшиеся в тылу танки были уничтожены тяжелыми самоходными артиллерийскими установками и противотанковыми расчетами гвардейцев-истребителей.

Кончились вторые сутки оборонительных боев. На армейском НП собрались Радецкий, Липис, Швыдкой… Вес измучены. Сколько раз каждому пришлось пробиваться за Царев на самые опасные участки! Но настроение бодрое. Обсуждаем обстановку, план восстановления утраченных позиций. Здесь же Эрастов. Он только что приехал. В дверях появился полковник Никитин.

— Что-нибудь важное?

— Радиоперехват. Приказ командования немецкой группировки.

— Открытый?

— Нет, кодированный. Расшифровали.

— Читай.

— «Всеми силами немедленно перейти в атаку и во что бы то ни стало выйти к Нареву».

Из 46-го корпуса сообщили, что с вечера у противника гудят двигатели: немцы или подтягивают, или отводят танки. Видимо, нужно было завтра снова ждать удара по центру и, вероятно, слева. С этим напутствием К. М. Эрастов уехал на свой КП.

Военный совет армии, подводя первый итог, вынес благодарность войскам 18-го, 105-го и Донского танкового корпусов, а также 108-й стрелковой дивизии за стойкость и мужество в борьбе за плацдарм.

В три часа 6 октября темноту над Наревом разорвали молнии. Донесся грохот орудий. Вот и разгадка радиоперехвата: ночной удар. Но немцы никогда не были мастерами ночного боя. Враг, атаковав 44-ю гвардейскую, нес большие потери от нашей артиллерии и ночных бомбардировщиков. Генерал Борисов докладывал: «Твердо держимся… Прут очертя голову, пьяные, ничего не разбирают, прямо под огонь». На вопрос, нужна ли помощь, комдив ответил: «Все идет нормально, справимся».

Противник пытался одновременно атаковать 46-й и 105-й корпуса. Он еще действовал энергично, но чувствовалось, что наступил перелом. Утром над полем боя появились эшелоны наших бомбардировщиков и эскадрильи штурмовиков. Господство в воздухе полное! Непрерывно работала рация представителя командования воздушной армии. Ни одна атака не принесла гитлеровцам успеха.

Бой стих сначала в центре, а к концу дня и на левом фланге.

В течение суток противник не проявлял никакой активности и лишь 8 октября возобновил наступление. Теперь главная немецкая группировка была против корпуса Иванова. Пленные показывали, что из Литвы переброшена 19-я танковая дивизия. В атаке на плацдарм участвовало до двухсот танков и две пехотные дивизии — большая сила. Но это был уже не тот внезапный удар, который выдержали войска левого крыла армии. На этот раз надо отметить заслугу разведчиков в раскрытии замысла врага. Мы имели точные данные о его перегруппировке, внимательно следили за движением его сил и в момент артиллерийской подготовки нанесли контрподготовку по основным артиллерийским позициям, скоплениям танков и пехоты.

Начав бой до рассвета, враг за этот день предпринял двадцать три атаки. Удар отражали 37-я гвардейская и 69-я дивизии. Во второй половине дня фашистским танкам удалось вклиниться в оборону 303-го полка, завязались жаркие схватки. Гвардейцы вынуждены были оставить рощу «Топор». Врага встретила 16-я гвардейская танковая бригада, находившаяся в засаде. На помощь ей пришли гвардейские артиллерийские части, переброшенные с левого фланга. Вызвали авиацию. Удар получился согласованным, и наметившийся прорыв был предотвращен. В этом бою особо отличился 237-й стрелковый полк под командованием Михаила Ефимовича Шкуратовского. Немецкие танки и автоматчики вышли в тыл полку, вплотную к НП его командира. Благодаря минам, поставленным метрах в двухстах от НП, и сильному огню артиллерии первые танки были подорваны, остальные отошли; М. Е. Шкуратовский поднял в контратаку два батальона и отбил немецкую пехоту.

Да, на наревском плацдарме 69-я снова показала свои замечательные боевые качества. И горько было в этот день узнать, что славная дивизия потеряла человека, который так много сделал для ее становления: погиб начальник политотдела полковник Семен Яковлевич Карликов. По свидетельству бывшего парторга полка Г. И. Гаращенко, его видели на знаменитой в дивизии батарее Александра Шевцова с только что выпущенной политотделом листовкой о мастерстве этой батареи в борьбе с немецкими танками. Затем начальник политотдела был в подразделениях 237-го полка и у артиллеристов 118-го. Он помогал раненому радисту, когда немецкая самоходка, вылезшая на высоту, послала снаряд в НП… Эту самоходку поджег младший лейтенант Сергей Воронцов, отомстив за гибель Семена Яковлевича Карпикова.

В памяти ветеранов 65-й армии все, что сделал С. Я. Карликов, живет как пример для подражания. Он всегда находился среди воинов, знал партийную организацию дивизии не по спискам, сам занимался конкретной расстановкой партийных кадров вплоть до парторгов рот. У него в политотделе всегда был резерв парторгов, их готовили, ими заменяли немедленно тех, кто выбывал в бою. Непосредственно в боевых порядках он вручал партийные документы, напутствуя каждого на новые ратные дела. Сергей Федорович Галаджев отправил тело нашего погибшего боевого друга в Брест. Там С. Я. Карпиков и похоронен в городском парке. Не раз после войны я бывал в Бресте и всегда приходил к могиле героя…

Противник отошел. И хотя его атаки повторялись еще 9 и 10 октября, но уже не представляли серьезной опасности. Большие потери (407 танков и свыше 20 тысяч убитыми и ранеными) вынудили немецкое командование отказаться от своего замысла. С 12 октября противник перешел к обороне. В тот же день на армейский НП опять приехал К. К. Рокоссовский. Наша армия получила 8-й танковый корпус А. Ф. Попова и 47-й стрелковый корпус Д. И. Кислицына. Этими силами нужно было расширить плацдарм. Командующий решил ввести на него еще одну армию.

— С такими силами, будь они раньше, можно было бы не отдать врагу ни одной траншеи.

— Не в том искусство, Павел Иванович. Надо обескровить врага малыми силами и оставить в резерве ударный кулак для полного разгрома.

Свежие соединения были поставлены в первый эшелон. 19 октября войска перешли в наступление. Высокий боевой дух жил в наших частях: сломили вражескую силу и вот опять идем вперед. Комдив 108-й рассказывал: