Читать онлайн «В походах и боях». Страница 127

Иванов спланировал непосредственный удар на Осиповичи силами 37-й гвардейской и 69-й дивизий. Сплошного фронта обороны нет. Соединения действуют передовыми отрядами с танками 251-го армейского полка и орудиями истребительных дивизионов. Общая глубина удара почти 50 километров. В ночь на 27 июня передовой отряд гвардейцев вырвался к населенному пункту Глуша. Позади 25 километров. Но дальше продвинуться сразу не удалось. Немецкое командование бросило сюда части 129-й пехотной дивизии, тыловые подразделения 9-й армии, охранные войска. Гвардейцы приняли встречный удар и продержались до подхода главных сил своей дивизии. Немцы стали в оборону. Утром 27 июня Иванов доложил: «С рассветом дивизия Ушакова развернулась под Глушей и коротким ударом рассекла боевые порядки немцев. В образовавшуюся брешь снова введен передовой отряд».

69-я Севская шла по параллельной дороге справа. Немцы не успели поставить против нее заслон. Передовой отряд прославленного 120-го полка к ночи 27 июня достиг восточной окраины Осиповичей и ворвался в город. Боевое донесение воспроизводит картину тех дней. Бахметьева уже не было, его тяжело ранило в Полесье, однако полк сохранил «бахметьевский почерк».

Подвижной отряд 120-го стрелкового полка под командованием капитана В. П. Рубашкина в составе усиленной стрелковой роты с четырьмя танками и отделением саперов к исходу дня вышел на западную опушку леса восточнее Осиповичей. Командир отряда оставил людей и танки в лесу, а сам с девятью бойцами пошел в разведку на восточную окраину. В районе кладбища разведчики устроили засаду и захватили немецкого мотоциклиста и двух вооруженных власовцев. Опросом пленных были установлены силы противника, обороняющие Осиповичи. Оценив обстановку, капитан принял решение: атаковать город, выйти на западную окраину и держаться до подхода передового отряда 37-й гвардейской дивизии и главных сил корпуса.

Немецкий гарнизон, ошеломленный дерзостью удара, растерялся и начал быстро отступать в западном направлении. В момент уличных боев к городу подошел передовой отряд гвардейцев. Вместе вышли на западную окраину и заняли оборону. Утром в Осиповичах уже были главные силы корпуса. Иванов, докладывая об успехе, говорил:

— Трофеев много: двадцать артиллерийских складов, на станции одиннадцать эшелонов, груженных боеприпасами, техникой, военным имуществом, запасы продовольствия…

Тем временем в тылу нашей армии решалась судьба окруженной войсками фронта бобруйской группировки. В кольце оказалось до 40 тысяч немцев. Естественно, что они рвались на запад. Главный удар принимала на себя 356-я дивизия. Ей было крайне тяжело. На помощь пришел весь Донской танковый корпус. Первые попытки врага выскочить из окружения отбиты. Но вдруг положение круто изменилось. Вечером 28 июня позвонил Рокоссовский:

— Немедленно выводите танковый корпус из боя для получения новой задачи.

— В Бобруйске обстановка сложная. Уберем танки, противник может прорваться.

— Знаю. Завтра поможем штурмовой авиацией. А корпус Панова отдай, по приказу Ставки он пойдет под Минск.

Войска 2-го и 3-го Белорусских фронтов завершили прорыв, охватив с севера и юга 4-ю немецкую армию. Им была поставлена задача окружить и разгромить основные силы этой армии и не позднее 7–8 июля овладеть Минском. Вот туда и уходил Донской корпус.

Противник тотчас обнаружил выход танкистов из боя. Во втором часу ночи на боевые порядки 356-й дивизии немцы обрушили сильный огонь. В атаку шло до 10 тысяч гитлеровцев. Впереди — сводные офицерские и унтер-офицерские подразделения. Пехоту поддерживали самоходки, танки. Два часа длился бой. 356-я выстояла. Враг отошел в город. На поле боя осталось больше тысячи убитых. На рассвете новая атака. На этот раз противник вклинился в оборону двух полков. Несколько тысяч немецких солдат прорвалось из окружения. Брешь удалось закрыть дивизионными резервами. Но враг продолжал вводить в бой новые силы. Утром одновременно перешли в атаку до 15 тысяч гитлеровцев. Опять прорыв на узком участке. Почти полностью израсходованы боеприпасы. Командир 105-го корпуса бросил на помощь артиллерийский противотанковый дивизион 354-й дивизии. Командовал им майор Виктор Григорьевич Ильюшенко. Прямой наводкой били артиллеристы по толпам вражеской пехоты, расстреливали танки и самоходки порой в 10–15 метрах от огневых позиций. Немцы отпрянули. Больше из Бобруйска никто не вырвался.

Судьба вышедших из окружения: большой отряд разгромлен 44-й гвардейской во встречном бою западнее Сычково (только пленных было взято более тысячи); второй отряд настигнут 69-й дивизией в лесах под Осиповичами и полностью уничтожен. В ликвидации окруженной группировки выдающуюся роль сыграли советские летчики.

В 10.00 29 июня начался последний штурм города. Телеграмма Д. Ф. Алексеева: «Бобруйск очищен от противника. В городе и окрестностях всего за время боев уничтожено до 17 тысяч вражеских солдат и офицеров. Сегодня взято в плен 10 тысяч. Трофеи: свыше 400 орудий, 60 танков, более 500 автомашин, много складов с военным имуществом и боеприпасами…»

После взятия Бобруйска армия снова собралась в кулак. Оба наши корпуса, преследуя противника, двигались на Барановичи. Расчеты показывали, что можно овладеть этим городом к 10 июля. Особенность наступления в этот период широкое применение подвижных отрядов. Каждая дивизия выделяла один-два стрелковых батальона, усиленных несколькими танками и орудиями. Темп продвижения доходил до 30–40 километров в сутки. По параллельным полевым дорогам, на автомашинах отряды выходили далеко вперед от главных сил соединений, перерезали вероятные пути отхода противника и встречали его внезапным огнем.

Перечислить всех отличившихся в этих схватках невозможно. Назову передовой отряд 193-й дивизии, которым командовал подполковник Павел Игнатьевич Черепок. В первый день он прошел 45, во второй — 60 километров, перерезал шоссейную дорогу Слоним — Барановичи, захватил мост на реке Шара и обеспечил дивизии беспрепятственное форсирование водного рубежа. На мосту произошел любопытный эпизод. Подкатила легковая автомашина. Пожаловал генерал Шмидт, начальник инженерных войск 9-й немецкой армии. На допросе он показал, что ехал проверять состояние переправ.

Поучительный пример боевой инициативы показали зенитчики батареи старшего лейтенанта К. Ромашова. Из Бобруйска в леса под Осиповичи прорвалась группа гитлеровцев численностью до 1500 человек. О приближении фашистов на батарею сообщили партизаны. Ромашов выслал разведку, она встретилась с дозором противника, напала и захватила пленного. На допросе он сказал, что группа идет на соединение с осиповичским гарнизоном. Командир батареи решил установить орудия для стрельбы по наземным целям, внезапно ударить по фашистам и не дать им прорваться. Первыми залпами гитлеровцы были отброшены в лес, но, поняв, что перед ними всего лишь зенитная батарея, обстреляли ее из минометов и пошли в атаку. Уже каких-нибудь пятнадцать метров отделяет фашистов от наших зенитчиков. В ход пошли автоматы, гранаты… В это время подошло подкрепление. Потеряв двести человек убитыми, гитлеровцы сдались в плен.