Читать онлайн «Берлинский дневник (1940-1945)». Страница 118

84

Мать ее, наша русская великая княжна Елена Владимировна была подругой с детства отца Мисси

старший внук покойного кайзера

уютно

«Так уютно!»

английских друзей

12 июля 1943 г. в лагере военнопленных в Красногорске (возле Москвы) был создан «Национальный комитет за свободную Германию». Его первый манифест, обнародованный неделей спустя, призывал немецкий народ и вермахт восстать против Гитлера. Помимо нескольких ветеранов-коммунистов (например, Вильгельма Пика и Вальтера Ульбрихта), в него входил ряд генералов, взятых в плен под Сталинградом, в том числе фельдмаршал Паулюс и генерал фон Зейдлиц-Курцбах. Но ввиду страха немецких солдат перед советским пленом успех призывов комитета был относительным, и хотя его члены-коммунисты оказались в числе основателей будущей Германской Демократической Республики, он не сыграл никакой роли в послевоенной организации советской зоны оккупации Германии.

Во время налетов 24, 25, 26, 27, 29 июля и 2 августа на Гамбург было сброшено почти 9000 тонн бомб, которые оставили без крова более миллиона человек и убили, по разным оценкам, от 25 тыс. до 50 тыс. (во время столь нашумевшего немецкого блиц-налета на Ковентри погибло 554 человека!). В ходе налетов на Гамбург произошло множество «премьер»: впервые было применено круглосуточное бомбометание, когда американцы прилетали днем, а британцы ночью; впервые зажигательные бомбы использовались в таких масштабах, что создавали «огненные бури» — ураганные ветры, начинавшиеся спустя несколько часов после окончания налета и причинявшие больший ущерб, чем сами бомбы; и, наконец, в первый раз союзники применили «окна» — металлические ленточки, которые сбрасывались связками, чтобы нейтрализовать радары и зенитки противника.

Здесь Мисси впервые намекает на то, что стало потом известно под названием «Заговор 20 июля 1944 года».

В отличие от многих будущих его товарищей по заговору, граф Вольф-Хайнрих фон Хельдорф (1896–1944) был смолоду убежденным и деятельным членом нацистской партии. Когда кончилась Первая мировая война (в которой он в качестве младшего офицера очень отличился), он вступил в пресловутый «Фраикор Россбах», состоявший из удальцов-головорезов из среды ветеранов-фронтовиков, которые посвятили себя борьбе с левыми элементами в начальный период Веймарской республики. По возвращении из временной эмиграции он вступил в нацистскую партию, где быстро продвинулся, стал генералом СА, был избран членом Рейхстага и с 1935 г. состоял главой берлинской полиции. Несмотря на это прошлое, у Хельдорфа, по-видимому, были серьезные сомнения насчет ряда мероприятий Гитлера, в частности, по поводу гонений на евреев, и это постепенно отдалило его от большинства товарищей по партии. Когда с ним познакомилась Мисси, он был уже одним из вождей антигитлеровского заговора.

Барону Готфриду фон Крамму, одному из самых прославленных чемпионов тенниса, суждено было всю жизнь страдать от невезения: он несколько раз выходил в финал Уимблдонского турнира, но всякий раз кубок ускользал от него. Он рано навлек на себя ненависть нацистов, даже пробыл некоторое время в концлагере, и до войны жил по большей части за границей.

Рано ставший воинствующим антинацистом и еще в 1933 г. говоривший, что у Гитлера «ментальность главаря шайки разбойников», Ханс-Бернд фон Хафтен (1905–1944), как и Адам Тротт, учился в Англии. В 1933 г. он поступил на дипломатическую службу и к тому времени, когда Мисси с ним познакомилась, был в ранге советника посольства. Однако в отличие от многих своих товарищей по заговору он никогда не был членом нацистской партии — по соображениям христианской этики. Одним из первых вступив в «крайзауский кружок» графа фон Мольтке, он вовлек в него еще нескольких видных участников Сопротивления, в том числе и самого Адама фон Тротта.

В дневнике Ханса-Георга фон Штудница под этой датой говорится следующее: «Ханс Флотов давал небольшой ужин, на котором присутствовали Мисси Васильчикова, Лоремари Шенбург, Ага Фюрстенберг и Бернд Мумм. Говорили исключительно о налетах. Все это показалось мне похожим на собрание преследуемых христиан в римских катакомбах!» (Из книги «Пока Берлин горит. Дневники 1943–45 гг.», Лондон, 1963).

Эсэсовские парашютисты под командованием старшего лейтенанта Отто Скорцени совершили дерзкий налет, приземлившись на планере на пик Гран Сассо д 'Италии, освободили Муссолини и самолетом перевезли его в Германию. Позже он учредил марионеточную неофашистскую администрацию — так называемую «Итальянскую социальную республику» — в северной Италии, со столицей в городке Сало.

Воздушный налет союзников на Париж 3 сентября стоил жизни приблизительно 110 жителям

«Ты еще жива?»

Впоследствии Филипп де Вандевр узнал, что его друг попал не в Ораниенбург, а в Бухенвальд, и, невзирая на предупреждения Мисси, поехал и туда — однако безуспешно. В 1945 г. молодой Гайяр был освобожден наступающими американскими войсками, но так как у них не было лишнего транспорта, оставшиеся в живых были отправлены в тыл наступающих войск пешком. Многие из них, в том числе и Гайяр, по пути погибли. Труп его так и не нашли.

Дипломат старой школы и убежденный сторонник традиционной бисмарковской политики дружбы между Германией и Россией — любой Россией — граф Бернер фон дер Шуленбург (1875–1944), будучи послом в Москве с 1934 г., неустанно способствовал поддержанию нормальных отношений между двумя диктаторами. Нападение Гитлера на Россию в июне 1941 г. было для него предвестником национальной катастрофы (он не сомневался, что в конечном итоге Германия потерпит поражение), а это еще более отвернуло его от системы, которая всегда вызывала у него отвращение. Из советских источников недавно стало известно, что он даже предупредил Сталина о точной дате нападения, но Сталин ему не поверил.

После краткого пребывания на посту канцлера Германии в 1932 г., Франц фон Папен (1879–1969) был в 1933 г., чтобы усыпить консервативную общественность, назначен вице-канцлером при Гитлере. В 1934–1938 гг., будучи германским послом в Австрии, он во многом способствовал осуществлению аншлюсса, а в 1939–1944 гг., в качестве посла в Анкаре, немало сделал для того, чтобы удержать Турцию от присоединения к союзникам. Привлеченный к суду как военный преступник в Нюрнберге в 1946 г., он был полностью оправдан, но в 1947 г. немецкий суд приговорил его к восьми годам каторжных работ и конфискации имущества. Освобожденный спустя два года, он прожил остаток дней в относительной безвестности.