Читать онлайн «Гросс-адмирал. Воспоминания командующего ВМФ Третьего рейха. 1935-1943». Страница 78

В области подготовки личного состава для военно-морского флота у нас был великолепный задел, восходящий еще к дням Веймарской республики. Однако немало этому способствовали и обширные медицинские возможности для обслуживания как самих моряков, так и их семей. Я хорошо чувствовал этот момент, поэтому и уделял повышенное внимание военно-морскому медицинскому управлению.

Начиная с 1934 года во главе этого управления стоял главный врач флота, который был не только старшим офицером медицинского состава, но и начальником медицинского отдела высшего военно-морского командования. Когда я заступил на свой пост в 1928 году, главврачом флота был известный всей стране доктор Моосауэр. Я имел счастье работать в тесном контакте с ним в течение одиннадцати лет, а впоследствии с его преемником, доктором Фикенчером. Продолжая традиции службы, заложенные их замечательными предшественниками, доктором Утеманом и доктором Брахманом, они совмещали в себе лучшие качества высококвалифицированных врачей и морских офицеров.

Вплоть до 1935 года существовавшие ограничения на личный состав военно-морского флота позволяли принимать одного из двенадцати претендентов на кандидата в состав офицеров медицинской службы, но к 1938 году рост флота сделал необходимым принимать 30 человек из числа от 130 до 150 претендентов, подавших заявление. После краткосрочных курсов, проводимых вместе с кандидатами в кадровые морские офицеры, кандидаты в офицеры медицинской службы направлялись в медицинские учебные заведения для завершения профессиональной подготовки. Свои ежегодные летние каникулы они проводили на борту военно-морских кораблей и должны были сдать обычные государственные медицинские экзамены до получения звания полноправных морских офицеров медицинской службы. В период с 1934-го до 1940 года они обучались в Военно-медицинской академии в Берлине, но после 1940 года их профессиональная подготовка проходила в недавно учрежденной Военно-морской медицинской академии.

Обязанности морского офицера медицинской службы были широки и разнообразны; он мог нести службу на обычных военно-морских кораблях или в береговом госпитале, где занимался здоровьем находящихся там больных; он мог курировать спорт или служить на судах рыбоохранной службы. Он мог нести службу и на военно-морской верфи, но везде первейшей его обязанностью было следить за состоянием гигиены и на кораблях, и на береговых базах флота.

После нескольких лет, проведенных за исполнением общих функций, большинство морских офицеров медицинской службы направлялись для повышения квалификации в университетские клиники, крупнейшие гражданские больницы или в Институт тропической медицины в Гамбурге, с которым военно-морской флот поддерживал тесные контакты. Помимо возможности работать под руководством крупнейших специалистов в самых разных отраслях медицины, наши офицеры-медики получали также возможность специализироваться за границей. Так, например, когда разразилась Вторая мировая война, один из наших офицеров-медиков работал в штате голландской колониальной администрации в Голландской Ост-Индии, где специализировался в тропической медицине.

Медицинское оборудование как на кораблях, так и в береговых госпиталях вполне соответствовало высокому уровню подготовки наших офицеров-медиков. Кроме расширения и модернизации существовавших госпиталей, морской флот выстроил несколько новых, где уровень обслуживания соответствовал самым высоким требованиям. Даже на самых небольших кораблях могла быть оказана медицинская помощь и имелось соответствующее оборудование, а большие корабли располагали хорошо оснащенными операционными с самыми совершенными рентгеновскими аппаратами. Большое внимание уделялось мерам профилактики заболеваний, общей и специфической корабельной гигиене, регулярно читались лекции и проводились инструктажи по медицинским вопросам. Как закономерный результат здоровье личного состава военно-морского флота находилось на весьма высоком уровне.

С началом войны мы получили возможность призвать из запаса на действительную службу много офицеров-медиков из резерва, что дало возможность обеспечить военно-морские операции в самых различных районах земного шара опытными медиками с большим практическим опытом. Под руководством особого подразделения в составе медицинского управления флота эти офицеры-резервисты превосходно несли службу там, куда они были направлены.

В обеих мировых войнах германские офицеры-медики флота были на уровне своих коллег из любого другого флота. Такую же репутацию завоевали и их преданные помощники: фельдшеры, санитары и медицинские сестры.

Важную роль в моральной сфере, хотя и несколько другую, занимал отдел военно-морского права, сотрудники которого были заняты соблюдением морских уставов и инструкций и поддержанием дисциплины. В плотном клубке военных служб, намного больше, чем в гражданском сообществе, присутствует необходимость в поддержании закона и порядка в отправлении правосудия. Дисциплина и сотрудничество, совершенно необходимые условия любой из военных служб, умирают в тот момент, когда некий скромный солдат или моряк начинают считать, что добросовестный человек никак не будет отмечен, а лентяй или нарушитель не понесет никакого наказания. Поэтому сотрудники правоохранительной службы флота должны не только скрупулезно знать законы, но и обладать врожденным стремлением к справедливости и гордиться своим родом войск. Лишь в этом случае они смогут заслужить уважение и преданность своих сослуживцев.

В ходе своей трехсотлетней истории правоохранительные органы германских вооруженных сил приобрели заслуженную репутацию честных и неподкупных служб. Однако в конце Первой мировой войны Совет народных комиссаров распустил военные суды низших инстанций, а в августе 1920 года такая же судьба постигла и все правоохранительные органы вооруженных сил. Единственное исключение было сделано тогда для флота, которому все же разрешили осуществлять дисциплинарные мероприятия в отношении его личного состава, находящегося на борту кораблей. Даже не очень хорошо расположенные к вооруженным силам политические партии признали тогда, что гражданские суды, особенно имеющие в своем составе в качестве судей или присяжных женщин, не способны вынести справедливое решение и разобраться в условиях, царящих на борту кораблей военно-морского флота.

Поэтому, в противоположность сухопутным силам и несколько позже ВВС, военно-морской флот сохранил немногочисленных, но весьма квалифицированных офицеров-юристов вплоть до того времени, когда военное правосудие было восстановлено в своем первоначальном виде в 1934 году. В ходе этого процесса, разумеется, были учтены изменения, произошедшие в социальных и политических условиях в стране, и новые военно-морские суды во всем соответствовали аналогичным гражданским судам государства. Верховный военный суд, учрежденный в 1936 году в качестве высшей юридической инстанции вооруженных сил, возглавил один из самых видных офицеров-юристов флота Селлмер.