Читать онлайн «Гросс-адмирал. Воспоминания командующего ВМФ Третьего рейха. 1935-1943». Страница 64

Но 16 марта Гитлер денонсировал ограничительные статьи Версальского договора и заявил о возобновлении обязательной военной подготовки. Два дня спустя британское правительство заявило резкий протест против этой односторонней акции Германии и созвало межсоюзническую конференцию Франции, Англии и Италии в Стрезе[43], на которой союзники Британии поддержали ее в осуждении германской акции.

В то же самое время Британия запросила о том, согласно ли германское правительство принять британских представителей в Берлине для обсуждения военно-морской ситуации. После утвердительного ответа Германии британский министр иностранных дел сэр Джон Саймон и Энтони Иден прибыли в Берлин 25 марта для их известной встречи с Гитлером.

На этой встрече Гитлер информировал их о своем желании достичь соглашения с Британией об относительной численности двух флотов и заявил, что он был бы согласен иметь флот численностью только в 35 процентов от флота Великобритании. Британская делегация приняла это предложение к сведению, не выразив никакого отношения к нему. Было решено провести предварительное обсуждение на уровне военно-морских экспертов обеих стран в ближайшем будущем.

Чтобы понять готовность британцев начать подобное обсуждение, необходимо сделать обзор военно-морской ситуации Британии с 1919 года.

Накануне Первой мировой войны Британия заявляла о своем традиционном превосходстве флота над соединенными флотами двух следующих за ней сильнейших морских держав. Но Соединенные Штаты были намерены создать американский флот, не уступающий никакому другому флоту. Учитывая такую перспективу, Британия в 1921 году согласилась на американское предложение созвать конференцию пяти ведущих военно-морских держав – Англии, Соединенных Штатов, Японии, Франции и Италии – для обсуждения вопросов национального вооружения. Конференция, состоявшаяся в Вашингтоне в 1921-м и 1922 годах, не привела ни к какой окончательной договоренности, но установила ограничения на тоннаж крупных боевых кораблей для каждой из стран на пропорциональной основе, а также на водоизмещение и калибр орудий кораблей того или иного класса. Великобритания, имевшая многочисленные базы по всему миру, желала ввести строгие ограничения на размеры и калибр орудий крейсеров, но Соединенные Штаты, имевшие мало баз, отстаивали такой же тоннаж своих меньших по количеству крейсеров, но более крупных, более тяжело вооруженных и с большим радиусом действия. Франция и Италия отказались придерживаться ограничений по подводным лодкам и вспомогательным судам. Конечный результат заключался в том, что был объявлен военно-морской мораторий на строительство крупных кораблей, но началась гонка в строительстве легких сил.

Дальнейшие конференции по вопросам разоружения, состоявшиеся в Риме в 1924 году и в Женеве в 1927 году, не принесли никаких результатов, лишь вызвав дальнейшие расхождения во мнениях между британцами и американцами по вопросу крейсеров.

На Вашингтонской конференции было решено заморозить строительство всех крупных военных кораблей на десять лет. На конференции в Лондоне в 1930 году между теми же пятью державами Великобритания и Соединенные Штаты предложили продлить запрет на строительство крупных кораблей еще на пять лет, против чего возразили Франция и Италия на том основании, что Германия начала строительство «карманного» линкора. Позднее Британия попыталась убедить Германию прекратить строительство этого линкора, но канцлер Брюнинг отказался сделать это.

Следующая конференция пяти держав по разоружению была назначена на 1935 год. Тем временем в Женеве в 1933 году состоялась предварительная встреча. На ней Великобритания представила так называемый «план Макдональда», согласно которому ведущие морские державы могли продолжать вооружаться в рамках особых для них договоров, но менее крупные морские державы должны были сохранять достигнутый ими к тому времени уровень вооружений. Германия тогда была приглашена для обсуждения вопросов разоружения в первый раз, и ее попытались склонить к тому, чтобы программу строительства кораблей для замены устаревших заморозить до 1937 года. В результате «план Макдональда» был отвергнут практически всеми участниками этой встречи.

Затем в 1934 году Япония заявила, что она выходит из совместного соглашения, действующего до 31 декабря 1936 года, поскольку это было крайним сроком предварительного двухгодичного уведомления, предусмотренного Лондонским соглашением 1930 года.

Таким образом, попытка Великобритании создать систему военно-морского разоружения, контролируемую ею самой, совершенно свелась на нет. А потому она была готова принять поддержку от кого бы то ни было. Такая поддержка была предложена ей в виде германского добровольного ограничения своего военно-морского флота до уровня 35 процентов от британского. В качестве quid pro quo[44] Германия просила только отменить статьи Версальского мирного договора о разоружении, которые компенсировались бы новым соглашением.

Подобное соглашение, будь оно подписано, стало бы в первую очередь делом политическим, но никак не военно-морским, и поэтому заниматься им следовало исключительно самому правительству. Гитлер после встречи с двумя британскими посланцами стал тянуть время. Сказать по правде, он никак не реагировал даже на несколько запросов британского военно-морского атташе до тех пор, пока британское правительство не настояло на начале регулярных дипломатических переговоров.

По всей вероятности, на этом этапе Британия отнюдь не желала раздражать своих партнеров по Версальскому мирному соглашению столь активной своей инициативой. Поэтому ее посланцы предложили, чтобы военно-морские эксперты двух стран провели предварительное изучение вопроса.

Для изучения вопроса со стороны германского ВМФ я назначил небольшую комиссию под руководством контр-адмирала Гузе, начальника управления военно-морских операций, в задачу которой была вменена подготовка наших предложений. Поскольку специальный и полномочный посол Иоахим фон Риббентроп, который возглавлял германскую дипломатическую делегацию, не мог ориентироваться в военно-морских делах, я поручил капитану 2-го ранга Бюркнеру, сотруднику моего личного штаба, кратко изложить фон Риббентропу наши проблемы, а также поддерживать постоянный контакт с капитаном 1-го ранга Мюрхедом-Гоулдом, британским военным атташе в Берлине, на всех предварительных этапах переговоров. Контр-адмирал Шустер и капитан 2-го ранга Кидерлен должны были быть представителями германского военно-морского флота в нашей делегации в Лондоне.