Читать онлайн «Украина на перепутье. Записки премьер-министра». Страница 57

В целом на реализацию программы по энергоэффективности на 2014 г. предусматривалось финансирование в размере почти 500 млн грн. Из них 324,8 млн грн — средства первого транша бюджетной помощи Европейского союза в рамках Соглашения о финансировании программы «Поддержка выполнения Энергетической стратегии Украины в области энергоэффективности и возобновляемых источников энергии».

Для справки. Агентством «Госэнергоэффективность» совместно с регионами уже подготовлено 490 проектных предложений на общую сумму около 1,3 млрд грн, которые предполагается реализовать в рамках программы.

Положительные тенденции демонстрирует отечественная возобновляемая энергетика, темпы роста которой соответствуют европейским и мировым тенденциям и порой их опережают. По данным агентства «Госэнергоэффективность», по динамике развития возобновляемой энергетики Украина — третья в Европе.

На 1 января 2014 г. установленная мощность объектов возобновляемой энергетики составила 1,2 ГВт. В 2013 г. было введено в эксплуатацию 539,1 МВт, что на 50 % больше мощности, введенной в 2012 г. Все это позволило в прошлом году выработать более 1,5 млрд кВт·ч «зеленой» энергии, что позволило возместить энергоресурсы в объеме 527 тыс. т условного топлива.

Для справки. В частности, в 2013 г. значительно выросло производство ветровой и солнечной электроэнергии — в 1,9 раза, а выработка электроэнергии гидроэлектростанциями — на 31,6 %.

Таким образом, за последние четыре года в сфере энергоэффективности, энергосбережения и развития возобновляемой энергетики на Украине было сделано много, и уже есть весомые результаты, но потенциал эффективности в этом направлении настолько велик, что потребует многократного увеличения усилий государства, бизнеса и общества для его полной реализации. Ведь Секретариат Энергетической хартии в своем первом исследовании энергоэффективности на Украине отметил, что потенциал энергосбережения на Украине составляет 27 млн т нефтяного эквивалента, или 25 % конечного потребления всех энергоресурсов.

Хочу еще раз подчеркнуть, что впервые за все годы независимости в 2010–2013 гг. была реализована самая крупная программа повышения энергоэффективности и энергосбережения, увеличения производства возобновляемых энергоисточников. И если бы эта программа была продолжена и реализована в полном объеме, то Украина действительно могла бы полностью обеспечить себя энергоисточниками. К сожалению, теперь это только мечта.

Как я уже отмечал, 2010 г. стал для Украины не только годом долгожданной стабилизации финансово-экономической сферы после хаоса 2008–2009 гг., но и годом начала серьезных структурных реформ. Среди них в первом ряду безусловно стоит налоговая реформа. За 20 лет существования независимой Украины каждый год принимались десятки и сотни бессистемных налоговых изменений, одновременно действовали различные нормы указов, декретов, законов и постановлений. Все это создавало специфическую среду, крайне вредную для предпринимательства и очень удобную для недобросовестных чиновников, получавших возможности для злоупотреблений. В этой ситуации даже снижение ставок налогов, установление упрощенных норм мало чем помогало в создании благоприятного климата для предпринимательства.

Идея единого налогового кодекса, в котором была бы установлена раз и навсегда простая и понятная форма налогообложения, не раз обсуждалась, не раз делались попытки разработать и принять такой кодекс. Однако до практического воплощения дело никогда не доходило. Сразу же после назначения меня премьером в марте 2010 г. была создана рабочая группа, в которую вошли представители разных министерств и ведомств, общественных организаций, представители бизнеса. Я поставил перед ними несколько принципиальных задач:

1. Наша налоговая система должна быть в максимальной степени гармонизирована с действующими в Европе и России системами. Сразу же скажу: как специалист, я прекрасно понимал трудность этой задачи, потому что, несмотря, например, на общие для всех стран ЕС директивы по тому или иному виду налога, в каждой стране действуют свои нормы. И тем не менее я требовал, чтобы наша система была понятна для российских и европейских бизнесменов и чтобы она была более мягкой и более либеральной, чем действующие в этих странах.

2. Кодекс должен быть написан простым и понятным языком, исключающим возможность неоднозначных толкований. Для этого я предложил включить в рабочую группу специалистов-филологов.

3. Кодекс должен предусматривать перспективы своего развития, но только в сторону уменьшения ставок действующих налогов и либерализацию администрирования, и это должно ясно и четко вытекать из самого содержания кодекса.

4. Вся контрольно-проверочная работа должна быть, скажем так, риск-ориентированной. Любое нормально работающее предприятие, исправно уплачивающее налоги, должно проверяться не чаще чем один раз в 5 лет.

5. Должны быть исключены все внесудебные изъятия имущества и денежных средств у налогоплательщиков.

6. Кодекс должен ориентировать экономику на модернизацию, уменьшение нерациональной затратности, повышение энергоэффективности.

7. Отношения налоговых органов и предпринимателей должны быть партнерскими, умышленное нанесение им ущерба должно быть не только компенсировано, но виновные должны нести и вполне определенную ответственность.

Конечно, это были самые общие принципы, против которых ни у кого из членов рабочей группы не было никаких возражений. Однако когда дело доходило до обсуждения вполне конкретных норм кодекса, предусматривающих уже понятную их реализацию, между участниками возникало множество споров и дискуссий.

Основные спорные вопросы, по которым не удавалось достичь консенсуса, выносились на обсуждение с моим участием, и мне в конечном итоге приходилось брать ответственность за формулировку того или иного пункта.

Споры и разногласия сводились в общем-то к нескольким моментам. Нигде в Европе не существовало ни фиксированной, ни упрощенной системы налогообложения доходов физических лиц (то есть во всех странах действовала пропорциональная система налогообложения дохода: чем больше зарабатываешь, тем больший процент выплачиваешь, иногда свыше 50–60 %; у нас же действовала ставка 13 %, введенная по моей инициативе в 2003 г.).

В Европе нельзя ничего купить без использования кассового аппарата и товарного чека и т. д. Я понимал, что все это очень чувствительные позиции, особенно для мелких предпринимателей. Более того, многие из этих норм я сам инициировал, работая руководителем налоговой службы. Также мне было совершенно очевидно, что налоговая система Европы формировалась столетиями и отвечала развитой экономике, совершенно другого уклада, чем тот, который мы имеем на Украине после 70 лет плановой экономики. В Австрии, например, налогообложение молодого вина осуществляется исходя из указа какого-то маркграфа XVI в. Не идеализируя все эти системы, надо признать, что определенный порядок и определенные традиции там существуют, они уже плотно вошли в ментальность бизнеса.