Читать онлайн «Зато мы делали ракеты. Воспоминания и размышления космонавта-исследователя». Страница 75

В состав средств Центра управления входил и электрический стенд-модель корабля, на котором во время полета можно было имитировать возникающие отказы и проигрывать возможные способы выхода из затруднительного положения.

Оборудование Центра управления, большая и оперативная информация, предоставляемая каждому оператору, и то, что управление полетом ведется той же организацией, которая разрабатывала проект корабля, произвело впечатление продуманности и четкого распределения обязанностей и ответственности. Наличие необходимой информации у каждого члена группы управления, возможность непрерывного обмена мнениями между членами группы и принятия решений на месте позволяют избежать приводящих к большим потерям времени совещаний, передачи информации телеграммами, телеграфных докладов, переноса информации с регистрационных лент на плакаты-таблицы и графики. Тогда, в 1969 году американская схема управления полетом представлялась идеалом, голубой мечтой. У нас она была реализована только в середине семидесятых.

Прошло много лет, прежде чем я понял: для того времени это были прекрасные, передовые решения. Но на этом никак нельзя останавливаться: недопустимо, чтобы во время полета большое количество самых лучших специалистов и разработчиков отвлекались от своей основной работы и занимались в принципе достаточно простым делом: анализом бортовых измерений, характера работы бортового оборудования и разработкой предложений для руководителя полета по выходу из неожиданно возникающих ситуаций. Если логику анализа, разбор возможных ситуаций можно изложить словами, формулами, таблицами или графиками, то все это реально записать в виде алгоритмов работы бортовой вычислительной машины и передать ей контрольные функции и даже функции принятия срочных, не терпящих откладывания решений. Одновременно при такой схеме будут разгружаться и линии связи между космическим аппаратом и Центром управления. Появится возможность решительно сократить количество наземных пунктов связи, приема телеметрической информации и передачи информации на борт. Такая схема и существенно надежней, и не столь разорительна. Сейчас затраты на подготовку и управление полетом соизмеримы с затратами на изготовление.

Тренажеры для комплексной тренировки экипажей космических кораблей «Аполлон» по оснащенности, по методам имитации работы бортовых приборов и изменения видимой в иллюминаторы картины были близки к нашим корабельным тренажерам для «Союзов».

Для технических средств управления сложными процессами, которые мы видели и в Центре управления, и на тренажерах, и в пультовой испытательной станции завода, где изготавливались основные блоки корабля «Аполлон» характерно, что инженеры, проектирующие пульты и вывод информации, не забывали о возможностях человека по надежной переработке информации, соответственно, старались обеспечить достаточное количество рабочих мест и, главное, на каждом рабочем месте обеспечить возможность быстрого получения любой необходимой информации (но в виде доступных для понимания ограниченных стандартных порций), что является обязательным условием плодотворной, успешной работы.

Другое увидел на тренажерах. Внутри тренажеры, естественно, имитировали кабины кораблей, рабочие места членов экипажа. Приборные доски и пульты натурные. В кабине корабля «Аполлон» явно нарушался принцип соответствия возможностей человека и поступающего к нему объема информации — стены кабины были покрыты сотнями тумблеров с надписями, стрелочными индикаторами и т. п. Здесь же находился и пульт вычислительной машины, существенно упрощающей управление, и тумблеры, и громоздкие и несоответствующие своему назначению ручки управления. Кабины кораблей очень напоминали кабины современных самолетов, и это неслучайно — проектанты кораблей в США, насколько я понял, пришли в космическую технику в основном из авиации и невольно принесли с собой устаревшие методы отображения информации и управления. Как это ни странно, наземные пульты испытаний и управления были сделаны у них на более современном уровне. По-видимому, «второстепенная» работа была поручена людям, не слишком обремененным традицией и догмами.

Наши корабельные средства отображения, выдачи команд и управления, позволяющие концентрировать информацию, группировать команды, резко сокращать число элементов, используемых для выдачи команд (например, для выдачи нескольких сотен команд на корабле «Союз» используются лишь несколько десятков клавиш), представляются мне более удобными. Впрочем, мой спутник Береговой был другого мнения. Ему понравилось, что кабина «Аполлона» похожа на кабину самолета, одобрительно отнесся он и к тумблерам, и большим рычагам управления, он считал, что мы напрасно уходим от авиации.

А причем здесь авиация? Здесь же не самолеты, и работа другая.

После тренажеров мы осмотрели установку для тренировки ходьбы в скафандре в условиях лунной тяжести и сам скафандр. Скафандр произвел хорошее впечатление своей подвижностью. Это достигалось за счет тонкой герметизирующей оболочки. Герметизирующая оболочка — одна. Шарниры и гофры во всех местах движения частей человеческого тела.

В Хьюстоне же мы видели и специальный тренажер для отработки причаливания. Это огромное сооружение, в котором натурный по размерам и внешней форме макет основного блока «Аполлона» и макет лунной кабины с двумя тренирующимися космонавтами могут совершать перемещения в пространстве. Используются подъемники и тележки, включаемые по командам с ручки управления координатными перемещениями. Макет лунной кабины подвешен в карданном подвесе и во время имитации процесса сближения, в соответствии с командами, идущими с ручки управления ориентацией, кабина с пилотами вращается в пространстве. Это приводит к тому, что во время управления экипаж то стоит вертикально, то лежит на животе, то на боку. Чтобы экипаж не завалился в процессе тренировки, он закрепляется в кабинах на растяжках. Изменение положения тела относительно направления силы тяжести, конечно, вносит помехи в работу и никак не соответствует условиям полета. С моей точки зрения, это дорогостоящее сооружение американские специалисты сделали зря — наверное, были лишние средства. Наш специальный тренажер для отработки ручного управления причаливанием кораблей «Союз» был сделан проще — перемещалась только модель корабля, а на средствах визуального контроля, расположенных в кабине корабля, эта модель выглядит также, как натуральный корабль.

Лаборатория, где космонавты, вернувшиеся с Луны, проходили карантин, как смеясь рассказывали американские специалисты, была, по-видимому, построена также зря. Как и следовало ожидать, никаких микробов, вирусов или каких-либо других признаков органической жизни, привезенных с Луны, обнаружить, естественно, не удалось.