Читать онлайн «Осторожно! Биологическое оружие!». Страница 86

В 1997 году правительство выделило более пятидесяти двух миллионов долларов на программу мобилизационной подготовки для «отделов первичного реагирования» на чрезвычайные ситуации в 120 городах по всей Америке. В этих городах полицейские, пожарные и медики пройдут специальное обучение и получат оборудование, которое поможет им бороться с бактериологическим и химическим терроризмом. В 1998 году в этот список внесли Нью-Йорк, Лос-Анджелес, Чикаго, Хьюстон, Вашингтон, Филадельфию, Сан-Диего и Канзас-Сити, там программа будет полностью реализована к концу 1999 года. Одновременно предпринимаются меры по усилению безопасности в общественных зданиях, как, например, установка вентиляционных систем, защищенных от нежелательного вторжения, или модернизация воздухоочистителей.

22 мая 1998 года президент Клинтон в своей речи перед выпускниками Военно-морской академии США в Аннаполисе предложил пятилетний проект по созданию резервного запаса вакцин и антибиотиков, предназначенных для защиты американцев от бактериологических нападений, и финансирование в размере 420 миллионов долларов. Это дополнило принятую пятью годами раньше программу вакцинации американских войск с целью обеспечения их безопасности во время боевых действий. Защита от бактериологического терроризма стала чуть ли не самой главной задачей в Америке. В январе 1999-го, через год после того, как американцы атаковали объекты в Судане, Афганистане и Ираке, по всей стране начали появляться десятки сообщений по поводу сибирской язвы. Клинтон представил новый план борьбы с биотерроризмом в стране. «Борьба с терроризмом далека от завершения, — сказал он в речи, произнесенной в Национальной Академии наук, — и в настоящее время террористы ищут новые средства уничтожения. Они понимают, что не могут победить нас обычными военными средствами, поэтому они и изобретают новые методы нападения».[28]

Клинтон объявил, что расходы на создание и усиление городских отделов реагирования на чрезвычайное положение, на защиту правительственных зданий, на выявление и диагностирование вспышек заболеваний, связанных с бактериологическим нападением, а также на увеличение национальных запасов вакцин и антибиотиков составит в 2000 году 1,4 миллиарда долларов. Около четырехсот миллионов долларов будет потрачено на технологии обнаружения признаков биологического нападения и разработку новых вакцин.

Донна Шалала, министр здравоохранения, выступала после Клинтона. «Впервые в истории Америки система общественного здравоохранения объединилась непосредственно с системой национальной безопасности», — сказала она. Президент попросил сограждан не пугаться предстоящих перемен. Он также решительно утверждал, что новые задачи разведслужб не повлияют на гражданские свободы.

Америка сделала намного больше, чем любая другая страна, для защиты гражданского населения от бактериологического оружия. Но неизвестно, будут ли граждане благодаря приложенным усилиям в большей безопасности.

Проблема биозащиты не решена полностью. Программа первичного реагирования уже подверглась критике. «Такой подход может привести к тому, что силы террористов будут направлены на более «податливую» цель, в данном случае ею могут стать города, службы которых не получили необходимого оборудования и не прошли тренинг», — сказал в своем выступлении перед Конгрессом 2 октября 1998 года Фрэнк Чилуффо — начальник специальной группы по борьбе с терроризмом при вашингтонском Центре стратегических и международных исследований. Основная трудность состоит в том, что вышеупомянутая программа ошибочно предполагает, что можно определить место, где произошло нападение, но на самом деле бактериологическое оружие может применяться тайно и не оставлять следов.

С самого начала работ по биозащите обнаружились серьезные недостатки в вопросах координирования усилий местных и федеральных властей. В учениях с имитацией нападения, проведенных в Нью-Йорке в 1998 году, почти все участники из подразделения по чрезвычайным ситуациям оказались «мертвыми», потому что были недостаточно защищены. «Они все делали правильно, — рассказывал в интервью газете «Нью-Йорк Тайме» федеральный служащий, наблюдавший за учениями, — но план действий оказался неэффективным». Подразделение по чрезвычайным ситуациям потерпело поражение, потому что они не смогли определить, какие бактериологические вещества были применены.

А ведь именно раннее определение вещества является решающим в биозащите. От вида вещества и способа его рассеивания зависит, в частности, успеют ли врачи и спасатели найти способ, чтобы справиться с эпидемией.

Со времен Второй мировой войны США с переменным успехом изучают системы обнаружения. Большая часть методов основана на анализе проб воздуха из подозрительного района, доставленного в пробирке или чашке Петри, но взять такую пробу иногда очень трудно-, полевым измерительным приборам, которые использовались во время войны в Заливе, требовалось для анализа от тринадцати до двадцати четырех часов. А, например, для принятия мер против ботулинического токсина, находящегося на вооружении у иракцев, это было бы слишком поздно. Конечно, с тех пор технологии усовершенствовались. Изобретение бактериологической интегрированной системы определения (BIDS) сократило время анализа до тридцати минут, но до настоящего момента с ее помощью можно определить только присутствие сибирской язвы, чумы, ботулинического токсина и стафилококкового энтеротоксина В.

В сентябре 1998 года в Москве Клинтон и Ельцин договорились об «ускорении переговоров» по внесению дополнений в Конвенцию о бактериологическом оружии. Соединенные Штаты взяли на себя ведущую роль в этом вопросе. Так называемая «специальная группа» встречалась в 1998 году четыре раза, чтобы составить проект поправки об обязательных инспекциях в тех государствах, которые подозреваются в разработке или хранении бактериологического оружия. Из других мер обсуждались требования к таким странам открыть свои бактериологические объекты для регулярных посещений международными инспекторами и создание подразделений для расследования подозрительных вспышек заболеваний. Еще пять встреч специальной группы прошли в 1999 году. Темы для обсуждений были расширены, они касались также запрета на передачу секретных технологий на научных конференциях, через Интернет и через студенческие программы обмена.

Вышеупомянутые поправки, конечно, могут значительно сократить распространение бактериологического оружия. Но определенные государства, вероятно, найдут способы обойти их. Возьмем, например, Ирак, где специальной Комиссии ООН после войны в Заливе были предоставлены фактически неограниченные права по контролю над разоружением. Эти жесткие меры представляют собой не что иное, как нарушение национального суверенитета, чего большинство стран не потерпит. Но даже под угрозой проведения военных операций Ирак продолжает игнорировать инспекции ООН. Как же добиться тогда подчинения решениям ООН от таких мировых держав, как Китай или Индия?