Читать онлайн «Гитлер и его бог. За кулисами феномена Гитлера». Страница 154

С 1885 года Аравинда учился в известной школе Св. Павла в Лондоне. Он стал знатоком греческого и латинского языков, а также английской литературы. Он изучал «закон Божий» (Библию), французский язык и математику. Письменные отзывы преподавателей говорят о том, что эти предметы давались ему без труда. По своей инициативе он также изучил итальянский, немецкий и испанский в достаточной степени, чтобы читать Данте, Гете и Кальдерона в оригинале. Тогда он жил в большой нужде, так как его отец, по неизвестным причинам, практически перестал посылать денежное содержание ему и его другому брату: большая часть их скудных средств шла старшему, учившемуся в Оксфорде. Целый год Аравинде приходилось перебиваться «одним-двумя бутербродами с чаем по утрам, а вечером – однопенсовым куском колбасы».

Аравинда сдал экзамен на стипендию в Королевском колледже Кембриджского университета, и ему была предоставлена первая же открывшаяся вакансия – это означало, что он был лучшим кандидатом. Известный под именем А. А. Гхош, Аравинда учился в Королевском колледже с октября 1890 по октябрь 1892 года. Благодаря стипендии времена жесточайшей бедности остались позади. «Так как он получал стипендию, он должен был готовиться к классическим кембриджским экзаменам на диплом с отличием [эквивалент бакалавра искусств]. Он сдал их после двух лет подготовки вместо обычных трех. Одновременно, как кандидат на должность в ICS, он должен был следовать совершенно другой программе и продемонстрировать свое владение полудюжиной предметов на трех экзаменационных сессиях»214. Он успешно двигался по всем этим направлениям.

Общее образование, получаемое в этом университете, кратко охарактеризовано Питером Хисом так: «Как гуманитарий, Аравинда был вовлечен в систему образования, уходившую корнями в Ренессанс. Овладеть латинским и греческим, читать в оригинале Гомера, Софокла, Вергилия и Горация, впитать культуру классической Греции и Рима – вот что считалось приличным образованием для английского джентльмена. Правда, то, что изучалось в классах, составляло лишь часть, и не самую важную, приобретаемого в Кембридже опыта. Сама атмосфера этого университета полностью захватывала тех, кто поступал в него, и совершенно преобразовывала личность»215. А. А. Гхош вышел из Кембриджа ученым-гуманитарием и джентльменом. Знания, обретенные здесь, он сохранит на всю жизнь, став общепризнанным мастером английского языка и широко образованным человеком.

Но Аравинда уже не желал поступать в Индийскую гражданскую службу. Под влиянием отца, посылавшего ему вырезки из газет с описанием английских бесчинств в Индии, он стал смотреть на присутствие Британии в Индии по-новому. Он вступил в одни из националистических ассоциаций индийских студентов. В этих организациях находились осведомители, доносившие правительству о революционных речах А. А. Гхоша. Кроме того, он ненавидел рутинную бумажную работу в бюрократичной ICS. Три раза его вызывали на последний экзамен по верховой езде, но он так и не явился. В результате он был дисквалифицирован и исключен из списка кандидатов в ICS.

По стечению обстоятельств, именно тогда махараджа Бароды, во время одной из своих многочисленных поездок в Европу, посетил Лондон. Он обрадовался случаю за бесценок заполучить человека, подготовленного к ICS, что означало квалификацию много выше средней. Аравинда отплыл в Индию в феврале 1893 года. Он ступил на индийскую землю в гавани Аполло в Бомбее и был принят на службу Саяджи Рао Гаэквада III (1863—1939) два дня спустя. Несомненно, что контраст княжеской, но отсталой Бароды с такими местами, как Манчестер, Лондон и Кембридж, был разительным. Через некоторое время Аравинда уже читал курс французского языка и преподавал английский в колледже Бароды, где позже станет проректором. Махараджа также пользовался его услугами в качестве неофициального личного секретаря, главным образом для написания речей и истории своего царствования.

Не прошло и полугода после его прибытия в Индию, как Аравинде предложили написать серию статей в газете Indu Prakash. Этот момент можно считать его вступлением в индийскую политику. В появившейся серии, названной «Новые светильники вместо старых», он в пух и прах разносил партию Индийского национального конгресса (основанную в 1885 году) за ее смиренное поведение по отношению к британским хозяевам. Он делал это так убедительно, что руководство газеты испугалось и попросило его сбавить тон или писать на другие, не столь животрепещущие темы. «Новые светильники» – свидетельство ранней политической зрелости А. А. Гхоша и того огня, который горел в нем уже тогда. Несмотря на атмосферу «апатии и отчаяния», царившую в то время (независимость казалась тогда разумным людям «абсурдной химерой»), он был первым, кто открыто потребовал в печати полной независимости для своей родины.

Он был принят в Западное тайное общество в Бомбее, а также принес клятву беззаветно служить родине в Anushilan Samiti, «первой истинно революционной индийской организации» в Калькутте. К этому времени он женился на девушке из своего родного города, Калькутты (этот город тогда все еще был столицей Британской Индии – Дели займет его место лишь в 1911 году). Он бывал в Калькутте почти каждый год во время отпуска – этими случаями он пользовался для проведения тайной революционной деятельности, к которой позже присоединится и его младший брат Барин. Они пытались создать сеть организаций для подготовки вооруженного восстания. Впрочем, будет преувеличением сказать, что в те ранние годы их усилия увенчались даже умеренным успехом.

Но как раз тогда (в 1905 году) лорд Керзон внезапно объявил о разделении Бенгалии на две административных единицы (со временем это приведет к образованию индийского штата Западная Бенгалия и государства Бангладеш). Бенгальцы были крайне возмущены разделом своей древней земли – казалось, они подхватили патриотическую лихорадку. В этой атмосфере революционная деятельность наконец стала возможной. Революционный пыл подогрели и победы Японии в Порт-Артуре (1904 год) и Мукдене (1905 год) в войне с Россией – это впервые доказало, что азиатская страна может побеждать чванливых европейцев. В 1906 году в Калькутте был основан бенгальский Национальный колледж. Несмотря на то, что его жалование при этом уменьшалось в несколько раз, Аравинда оставил службу у махараджи и стал ректором этого колледжа.

Начался период лихорадочной активности. Ауробиндо – теперь он писал свое имя именно так – не только держал на плаву Национальный колледж, он также помогал газете воинствующих экстремистов Yugantar («Время перемен»), редактором которой был его брат Барин, регулярно писал в Bande Mataram – англоязычном революционно-националистическом еженедельнике и даже нашел время написать пьесу «Персей-освободитель», вышедшую в 1907 году. Голос Ауробиндо Гхоша разнесся по всей Индии. Его заметки, пропагандируя идею безусловной независимости и осуждая коллаборационизм, были написаны так искусно, что не пересекали тонкой грани, отделявшей их от прямых призывов к бунту.