Читать онлайн «Гитлер и его бог. За кулисами феномена Гитлера». Страница 135

Эсэсовцы в «стильной и элегантной» униформе хорошо осознавали свой статус. В основании пирамиды нацистского государства были обычные люди (евреи и цыгане не считались), затем шли члены национал-социалистической партии, после них – люди из СА в мундирах. На самой же вершине стояли СС, с презрением глядя на других, даже на СА, которые в их глазах были лишь безмозглыми уличными драчунами. Самыми сливками СС был Leibstandarte Adolf Hitler – преторианская гвардия Гитлера, которой командовал Зепп Дитрих. Это были арийцы, больше всего напоминавшие «образ Господа нашего», населявшие сладкие сны Лиги немецких девушек и кошмары не-нацистов.

«В СС находятся люди лучшего типа», – пишет Шелленберг. Действительно, Гиммлер усиливал элитарный характер СС, пытаясь привлечь туда как можно больше представителей немецкого дворянства и образованной молодежи. В высших эшелонах СС было значительное число офицеров с университетским образованием, в особенности юристов, экономистов и врачей. Они руководили СС как хорошо намуштрованные технократы. Это объясняет, почему орден, как раковая опухоль, распространялся по телу Третьего рейха. Бурлейгх пишет: «Историки много шумели по поводу того, что среди них было много юристов и экономистов, две трети которых имели высшее образование, а треть – докторские степени. Однако они, как и следовало ожидать, обошли вниманием тот факт, что докторат часто венчает усидчивое бездумие и ничего не говорит о самой личности. Ирония как раз в том, что именно университеты и были рассадниками элитарной формы антисемитизма, чей радикализм едва скрывался под панцирем “научной объективности” в подходе к “еврейскому вопросу”. Теперь же эти студенты-радикалы получили возможность применить на практике то, что они так часто обсуждали в узких кругах»95.

Сейчас широко признается тот факт, что СС были, словами Питера Лебенды, «полностью сознательным культом… Мечтой Гиммлера было создать из СС новую религию». «Церковные браки эсэсовцам запрещались, узы супружества скреплялись на собственных церемониях СС. Так как супруги проходили строгий тест на расовую чистоту, их принимали в состав нарождающейся элиты. За каждого ребенка матери полагался подарок от СС. Дети эсэсовцев проходили церемонию, альтернативную крещению, причем крестным отцом седьмого ребенка в семье становился сам Гиммлер. Главнейшим украшением этой церемонии был портрет Гитлера, а вместо духовенства – эсэсовцы со знаменами со свастикой и надписью “Проснись, Германия!” … Все это в точности отвечает хорошо документированным тенденциям сект и прочих тоталитарных организаций: контролировать все окружение члена секты»96.

Стандартная форма СС (у них была еще серая, feldgrau, для повседневной носки), со сдвоенной руной Зиг и черепом на фуражке, внушала немцам не меньший страх, чем тот, что испытывали жители оккупированных территорий. Каждый знал, что эти символы означают нацистскую беспощадность, пытки и смерть. «Я знаю, многим становится плохо, как только они завидят эту черную форму, – с удовлетворением сказал Гиммлер в речи, обращенной к своим командирам. – Мы это понимаем. Мы и не ждем, что окажемся центром народной любви»97. У них были свои церемонии для рождения, бракосочетания и смерти, в которых местный командир СС играл роль священника; у них была своя терминология для обозначения внутриорденской иерархии; у них было свое правосудие: ни одна внеорденская структура, даже военный трибунал, не могла привлечь эсэсовца к ответственности. Они жили в убеждении, что являются высшими и благороднейшими существами на земле. Управление миром – их законное право, ведь они – потомки нордической расы господ прошлого, которая, сохранив чистоту своей крови, сейчас вновь обретает присущие ей права и духовные силы.

Эти притязания на сверхчеловеческий статус Гиммлер стимулировал, как мог. Одним из его консультантов, с которым на протяжении ряда лет его связывала сердечная дружба, был австрийский провидец Карл Мария Вилигут или Вайстгор, «последний потомок древнего рода германских мудрецов Улиготов из Анса-Уана-Сиппе, уходящего корнями в отдаленные доисторические времена»98. Гиммлера впечатлила точность некоторых предсказаний Вилигута – он сделал его полковником СС и направил работать в исследовательские центры СС, занятые славными временами нордически-арийско-германского прошлого. Именно Вилигут разработал дизайн кольца с черепом, который Гиммлер вручал лишь самым высокопоставленным и самым верным своим паладинам. Кроме того, Вилигут убедил рейхсфюрера СС в особом значении и ценности для его ордена замка Вевельсбург неподалеку от Падерборна.

Старый обветшавший замок быстро привела в порядок команда заключенных импровизированного концентрационного лагеря. Это здание должно было стать «замком ордена СС, сравнимым по значимости с Мариенбургом средневековых тевтонских рыцарей», иначе – «Ватиканом» Ордена мертвой головы. То, что Гиммлер относился к этому очень серьезно, показывают дошедшие до нас планы будущей мировой столицы ордена – огромного комплекса зданий с Вевельсбургом в центре. Более того, несколько авторов напоминают нам, что после окончания завоевательных войн СС должны были жить в своем собственном государстве. По территории оно должно было примерно совпадать с территорией бывшей Бургундии – не современной виноградной французской провинции, а старой земли бургундов, от южной Германии до самого Средиземного моря. Символическое значение этого выбора, возможно, состояло в том, что Нибелунги были бургундами, а главный лозунг СС, вышитый на рукавах их кителей, был вдохновлен Nibelungen Treue, легендарной верностью Нибелунгов: Meine Ehre heisst Treue, «моя честь – это верность».

Поразительна свобода, с которой Гиммлер и его подручные могли заниматься осуществлением своих фантазий о прошлом, настоящем и будущем величии арийцев. Это показывает, как далеко зашло превращение Германии в остров иррационализма. Гиммлер мог публично провозглашать, что является инкарнацией германского императора Генриха Птицелова и в качестве кульминационного пункта грандиозной церемонии общаться с духом Птицелова у гробницы, в которую с воинскими почестями были помещены его останки. Он мог санкционировать и финансировать в 1938—39 годах экспедицию Эрнста Шафера в Тибет, надеясь отыскать там следы первых, богоподобных арийцев. Подобные экспедиции были посланы также в Исландию и Антарктику. Планировались и другие – на Дальний Восток и в Тиауанако, древний индейский город в Андах, но их пришлось отменить из-за войны.