Читать онлайн «Смертельные ловушки: Выживание американской бронетанковой дивизии во Второй мировой войне». Страница 112

Летом 1942 года 66‑й и 67‑й бронетанковые полки 2‑й бронетанковой дивизии Армии США начали освоение новых машин. Но уже в сентябре им пришлось спешно передавать «Шерманы» английским союзникам — британцы снова восстанавливали бронетанковые силы, потрепанные теперь уже в Африке. Практически сразу же танки пошли в бой — в октябре 1942 года развернулось сражение под Эль-Аламейном, в котором они приняли самое активное участие. Впрочем, скоро на африканском континенте появились и «Шерманы» с белыми звездами американской армии. После высадки американских войск в Тунисе и Алжире (операция «Факел») баланс сил на театре резко изменился в пользу союзников. С этого момента немцы лишились былого превосходства, все попытки командующего германским Африканским корпусом Эрвина Роммеля исправить ситуацию были тщетны. В то же время ситуация отнюдь не была легкой для танкистов Армии США. Американским танкам пришлось столкнуться с грозным противником — Panzerwaffe. На вооружении немецких войск в Африке были машины, превосходившие «Шерман», — PzKpfw IV с новой длинноствольной пушкой и PzKpfw VI «Тигр». Хотя немногочисленные немецкие тяжелые танки не могли существенно изменить ход всей кампании, стало ясно, что вооружение американских машин не является достаточным. Считалось, что 75‑мм пушка М3 способна пробить своим бронебойным снарядом на расстоянии 500 ярдов (460 м) броневую плиту толщиной 3 дюйма (76 мм) при попадании по нормали. Немецкие танки, с которыми пришлось столкнуться американцам, были гораздо более «толстокожими». Толщина лобовой брони немецкого среднего танка PzKpfw IVG — «рабочей лошадки» вермахта — составляла 80 мм. Тяжелый «Тигр», защищенный 100‑мм броней спереди и 80‑мм с бортов, являлся практически неуязвимым. Результаты столкновений с этими танками предопределили начало работ по усилению вооружения «Шермана». Итогом их стала разработка новой башни, в которой была установлена 76‑мм пушка увеличенной мощности. Орудие, принятое под обозначением М1, имело длинный ствол и обладало большей бронепробиваемостью: теоретически — около 100 мм по нормали на 1000 ярдах (915 м). А ее подкалиберный снаряд катушечной формы пробивал и вовсе 6 дюймов (150 мм) на 500 ярдах (460 м). Так как откат пушки М1 при выстреле был больше, чем у старой М3, и снаряд ее был длиннее, то и размеры новой башни увеличились. Снаряды на танках с 76‑мм пушкой размещались в так называемой мокрой боеукладке. Эта конструкция представляла из себя ящик с трубчатыми полостями, в которые укладывались снаряды. Остальной объем ящика заполнялся водой с добавлением антифриза. При повреждении танка огнем противника и разрушении боеукладки вода могла сохранить боеприпасы от возгорания и последующей детонации. Так как по-английски «мокрый» — wet, то «Шерманы» с 76‑мм пушкой и такой боеукладкой получили к названию модификации дополнение (76)W, например M4A3(76)W. Подобную конструкцию стеллажей боекомплекта получили и некоторые серии машин со старой 75‑мм пушкой.

Изначально военные не считали, что 76‑мм пушка должна окончательно вытеснить танки со старым орудием М3. Новая пушка имела ряд недостатков: больший размер выстрела определил уменьшенный боекомплект, причем в нем отсутствовали дымовые снаряды. Ресурс ствола М1 был меньше, чем у 75‑мм орудия. Поскольку орудие с мощным боеприпасом имело бо́льшую длину отката, то его пришлось оснастить дульным тормозом, поднимавшим при выстреле облака пыли. Впрочем, все эти минусы компенсировались увеличенной бронепробиваемостью пушки. «Шерманы» с 76‑мм пушкой поступали в части во всевозрастающих количествах и заменили машины с 75‑мм орудием на конвейере.

Улучшив противотанковые способности «Шермана», военные захотели получить танк, способный эффективно уничтожать полевые укрепления, дзоты и укрытую в строениях живую силу. Результатом этого стала установка 105‑мм гаубицы М4 (имевшей достаточно мощный осколочно-фугасный снаряд) в стандартной башне под 75‑мм пушку. Проведенные в феврале 1944 года испытания подтвердили успешность конструкции. Башня пошла в серию. Машины, оснащенные гаубицей, получили наименование М4(105) и М4А3(105).

Усиление вооружения не было единственным направлением улучшения конструкции основного американского среднего танка. С начала 1944 года серийные танки получили новую подвеску — HVVS (Horizontal Volute Spring Suspension). В этой подвеске упругие элементы (спиральные пружины) располагались горизонтально, в отличие от старого типа VVSS. Кроме того, пружину дополнял гидроамортизатор, принимавший на себя те удары, которые раньше передавались на корпус танка. Более мягкая подвеска позволила повысить подвижность танка в бою. Внешним отличием танков с подвеской HVVS также стали сдвоенные опорные катки и, соответственно, новая гусеница с одним гребнем на траке.

К высадке на Сицилию эти танки не успели и массово пошли в бой только во время операции «Оверлорд» — высадки в Нормандии, когда произошло открытие Второго фронта. Надо отметить, что к самой значимой кампании на Западном фронте американские танковые войска претерпели существенные изменения. Как уже говорилось выше, 15 июля 1940 года в Армии США появились первые две танковые дивизии. Глядя на их организационно-штатную структуру, становится ясно, что она далека от совершенства. Любая армия, получавшая более-менее значимое количество танков, старалась использовать их исходя из принципа массирования — и практически всегда в погоне за этим правилом лучшие военные умы переходили все разумные границы. Американские генералы не стали исключением.

В 1940 году танковая дивизия Армии США состояла из танковой бригады, мотопехотного полка, инженерного и разведывательного батальонов и отдельного артиллерийского дивизиона. Бригада включала в себя четыре полка, из них три танковых: два на легких танках и один на средних. Полк на средних танках имел в своем составе три танковых батальона, полки на легких — три танковых батальона и две роты (разведывательную и пулеметную). Четвертый полк был артиллерийским и состоял из четырех шестиорудийных батарей.

Предназначенное для самостоятельных действий соединение на деле с трудом могло выполнять возложенные на него задачи. Дивизия имела громоздкую структуру управления и была перегружена танками. Если оперировать основными расчетными единицами, батальонами, можно увидеть, что на 9 танковых батальонов приходилось всего 3 мотопехотных, считая роты в легкотанковых полках за один пехотный батальон. Так что за магическими цифрами «273 легких и 108 средних танков» с трудом пряталось неповоротливое бронированное чудовище, неспособное к активным самостоятельным действиям. Можно только предположить, что произошло бы с этим странным соединением, попади оно в мясорубку мировой войны: скорее всего, его постигла бы судьба советских мехкорпусов. Однако география была на стороне американцев. Наблюдая за сражениями в Европе, генералы сделали правильные выводы, и уже в марте 1942 года все пять танковых дивизий Армии США были переведены на новый штат. Его основным отличием стало уменьшение числа танковых полков до двух (соответственно изменилось и число боевых машин — 232 средних и всего 79 легких). Помимо них в состав соединения входили мотопехотный полк и артиллерийская бригада, дополненные разведывательным и инженерным батальонами. Бронетанковые полки теперь стали смешанными, в каждом было по два батальона средних и одному легких танков. Теперь соотношение танков и пехоты стало более благоприятным — на шесть танковых батальонов приходилось три мотопехотных. Но главной особенностью американской танковой дивизии стало введение в ней штабов бригадных Боевых групп А и Б (сокращенно БгА и БгБ). Подобная организация позволяла формировать боевые группы нужного состава, что резко увеличило тактическую гибкость соединения. В таком виде американские танковые дивизии и приняли участие в Африканской кампании.