Читать онлайн «50 величайших женщин. Коллекционное издание». Страница 156

Вирджиния и Леонард Вулф, июнь 1926 г.

В доме Вулфов установилась творческая атмосфера, переселившаяся туда из Блумсбери. У них бывали Элиот и Лоуренс, известнейшие литературоведы и деятели искусства. Общительная и всегда заинтересованная Вирджиния была в центре внимания. В 1917 году супруги Вулф основали издательство «Хогарт пресс». Большую долю обязанностей, связанных с деятельностью издательства, выполняла Вирджиния.

В 1919 году выходит второй роман Вирджинии «Ночь и день», затем выходят сборник рассказов «Понедельник и четверг» (1921 год) и роман «Комната Джейкоба», во многом подведший итог под ранними творческими экспериментами Вулф. В романе писательница описывает жизнь своего героя, изображая бесконечный поток образов, составляющих его сознание: от морского берега, где играл маленький Джейкоб Флендерс, до покрытых пылью вещей в опустевшей комнате Джейкоба, убитого на войне. Вирджиния Вулф постепенно завоевывает признание критиков, ее вес среди английских писателей растет. Но Вирджиния никак не может успокоиться. Она по-прежнему не удовлетворена; если не своим творчеством, то своей жизнью. Ей, как и всякой женщине, хотелось настоящую семью, детей, но – в силу известных причин – для нее это было невозможно. Вирджиния завидовала своей сестре Ванессе, вышедшей в 1907 году замуж за члена блумсберийского кружка, критика-искусствоведа Клайва Белла. У нее было несколько детей, она вся светилась семейным счастьем, – а Вирджинии оставались только ее произведения и эпистолярные романы с женщинами, близкими ей по духовной силе и литературным вкусам. В своих платонических привязанностях Вирджиния черпала вдохновение. Ее увлечение Мэдж Ван привело к созданию одного из лучших ее произведений – «Миссис Дэллоуэй», вышедшего в 1925 году. Роман, начинающийся известной фразой «Миссис Дэллоуэй сказала, что сама купит цветы», описывает всего один июньский день 1923 года, но в этом дне, как в зеркале, отразились жизни Клариссы Дэллоуэй, которая пытается заботами о званом вечере отогнать от себя мысли о смерти, ее мужа, дочери, друга детства, – и Септимуса Смита, который не знаком с Клариссой, но которому предстоит реализовать ее стремление к самоубийству. Ни в одном из своих предшествующих произведений Вулф не достигала таких высот в изображении эмоционального напряжения героев, такого мастерства, с каким она рисует малейшие движения души своих персонажей, никогда раньше не обрушивалась она с такой силой и откровенностью на существующие в Англии социальные порядки. Впрочем, обличение социальных проблем никогда не было самоцелью Вулф – они интересовали ее лишь как причина происходящего в душе человека.

Как и все произведения Вирджинии Вулф, этот роман писался очень тяжело, со множеством набросков и этюдов, позже переросших в отдельные рассказы. Но именно этот роман принес Вулф настоящую известность. В своем дневнике она записала: «Я думаю, что это наиболее удовлетворительный из моих романов», – примечательная оценка для писательницы, которая всегда невероятно пристрастно относилась к собственному творчеству.

Следующий роман Вирджинии Вулф «На маяк» (1927 год) был вдохновлен другой женщиной, Вайолет Дикинсон. К ней, как и к Мэдж Ван, Вирджиния испытывала чисто интеллектуальную привязанность. Все биографы сходятся на том, что если в жизни Вирджинии и была полноценная любовь, то это – ее увлечение Витой Сэквилл-Уэст. Они познакомились еще в 1922 году, когда Вулф было сорок, а Вите – тридцать. Вита происходила из аристократической семьи, у нее был муж и сын; к слову, оба они никогда не обвиняли ни Биту, ни Вирджинию ни в чем предосудительном. Вита была талантливой писательницей, но еще более талантливой она была как критик и вдохновительница. Именно в период их тесного общения были созданы лучшие произведения Вирджинии Вулф. Вершиной их романа стал знаменитый «Орландо» (1928 год), который сын Виты Сэквилл-Уэст Найджел Николсон назвал «самым длинным и самым очаровательным любовным письмом в истории литературы». «Орландо» – книга о человеке, который родился мужчиной во времена правления королевы Елизаветы и дожил до двадцатого века, незаметно переродившись в женщину. Никакой особой разницы Орландо при этом не замечает. Как и сама Вирджиния, которая однажды сказала о себе: «Я ни то, ни другое. Я не мужчина, я не женщина». «Как все-таки хорошо быть евнухом», – написала она в письме к Вите. Вирджиния воспринимала себя не как человека из плоти и крови, а как разум, по возможности свободный от физических влечений.

Вирджиния Вулф с племянниками, 1927 г.

Кстати, и в литературе она ратовала за тот же принцип; она отвергала Герберта Уэллса, Джона Голсуорси и Арнольда Беннетта за то излишнее, по ее мнению, внимание, которое они уделяют физической, материальной стороне человеческого существования, противопоставляя им Джеймса Джойса, Дэвида Герберта Лоуренса и Томаса Элиота – «спиритуалистов», к которым она причисляла и себя. Спиритуалисты, по ее мнению, стремятся «приблизиться к жизни и сохранить более искренне и точно то, что интересует их и движет ими». Про свое творчество Вулф писала: «Этот туманный мир литературных образов, похожий на сон, без любви, без сердца, без страсти, без секса – именно этот мир мне нравится, именно этот мир мне интересен». Помимо романов, Вирджиния Вулф всю жизнь писала критические эссе и статьи о литературе. Своеобразными эстетическими манифестами стали ее работы «Современная художественная проза», в которой Вулф излагает свое видение современной ей литературы, и «Мистер Беннетт и миссис Браун». Наибольшую известность Вулф принесло ее эссе «Своя комната» (1928 год), посвященное проблеме прав женщин. Этот своеобразный манифест феминизма затрагивает множество вопросов: место женщины в семье и обществе, ее роль в воспитании детей и решении политических вопросов, проблемы взаимоотношений мужчин и женщин, особенности женского мировосприятия и то, как тяжело современной ей женщине найти свое место в мире. «Женщина веками играла роль зеркала, наделенного волшебным и обманчивым свойством: отраженная в нем фигура мужчины была вдвое больше натуральной величины». Вирджиния Вулф, всю жизнь чувствовавшая себя связанной рамками своего пола, задается вопросом: а если бы Шекспир был женщиной, смог бы он творить? Смог бы он прославиться, будучи женщиной, так, как Шекспир-мужчина? По мнению Вирджинии, мисс Шекспир всю жизнь была бы несчастной – одержимая своим даром и проклятая своим полом, оскорбляемая и угнетаемая мужчинами, – и в конце концов покончила бы с собой. К такому же финалу всегда тяготела и сама Вирджиния – в ее жизни было несколько неудачных попыток самоубийства.