Читать онлайн «Сугубо доверительно [Посол в Вашингтоне при шести президентах США (1962-1986 гг.)]». Страница 229

Однако настоящего диалога с Вашингтоном сразу не получилось. В Москве все еще сильны были подозрения, что наметившиеся в это время некоторые подвижки в позиции администрации Рейгана в пользу такого диалога объяснялись главным образом предвыборными соображениями. Да ив самой администрации в этот период не было еще никакого отработанного курса на активизацию отношений с Советским Союзом. В этом вопросе сильно расходились во взглядах прежде всего Шульц и Уайнбергер. Правда, у самого президента стало проявляться — пусть и не очень последовательно — намерение искать какие-то договоренности с СССР на путях ослабления ядерной угрозы, особенно после успешного осуществления большой программы перевооружения Америки. За первые четыре года пребывания у власти Рейган претерпел определенную эволюцию от жесткой оппозиции контактам и переговорам с СССР к постепенному использованию их для достижения своих внутриполитических и внешнеполитических целей. Он не прочь был обрести в глазах американцев и мировой общественности имидж не только сильного президента, но и президента-миротворца.

Вскоре после переизбрания Рейгана на второй срок в начале 1985 года в Женеве была достигнута договоренность относительно рамок начинавшихся двусторонних переговоров по ядерно-космическим вооружениям.

После смерти Черненко в марте 1985 года идея первой за 6 лет советско-американской встречи на высшем уровне начала обретать конкретные очертания. Рейган высказался за встречу с Горбачевым. Тот не только согласился с этой идеей, но и повел среди членов Политбюро энергичную работу в пользу ее быстрейшего практического осуществления. Он с самого начала стал сторонником личных контактов на высшем уровне.

19-25 ноября 1985 года в Женеве состоялась первая встреча Рейгана и Горбачева. К удовлетворению обоих участников обнаружилось, что они могут разговаривать не только как непримиримые идеологические антагонисты, но и как лидеры, ведущие практический диалог поиска путей к решению давних проблем. Открывалась новая эпоха советско-американских встреч на высшем уровне, которые в конечном счете привели к радикальному изменению отношений обеих стран, да и не только их одних.

Мои сокровенные надежды на восстановление и развитие сотрудничества времен разрядки, не покидавшие меня даже в мрачные годы конца президентства Картера и первой половины правления президента Р.Рейгана, стали вроде сбываться.

В этой главе более подробно излагаются наиболее драматические события тех лет, в которых мне довелось непосредственно участвовать.

В 1981 году новая администрация США делала ставку на активное перевооружение страны и рост военных расходов за счет сокращения многих социально-экономических программ, просуществовавших в США около 50 лет. Белый дом, по существу, шел на демонтирование экономической и социальной политики страны, заложенной рузвельтовскими реформами 30-х годов.

Во внешней политике Рейган и его ближайшее окружение открыто отказались от политики разрядки и взяли курс на „прямое противоборство" с СССР, на ослабление социалистической системы всеми возможными средствами. Акцент делался на военную силу. Идеологической обработке американского населения в духе вражды к СССР были подчинены основные усилия правительственной пропаганды.

В самой администрации основные рычаги управления оказались в руках узкой группы главных помощников президента (прежде всего „большой тройки" — Миса, Бейкера, Дивера), которые от имени президента решали текущие вопросы. Из числа других руководителей администрации большим влиянием пользовались министр обороны Уайнбергер, министр финансов Риган, министр юстиции Смит. Довольно влиятельным в администрации был и вице-президент Буш. Положение госсекретаря Хейга осложнилось после его нашумевших стычек с Уайнбергером, „большой тройкой", а также с помощником президента Алленом.

Что касается стиля руководства, то президент сильно отличался от своих предшественников. Рейган предпочитал многое перепоручать своим помощникам, не вникая особенно в детали даже важных вопросов (это, в частности, проявлялось на его пресс-конференциях, но пресса весьма снисходительно относилась к этому, хотя другим президентам подобные ляпы не прощались).

Рейган глубоким знанием проблем не отличался, мыслил упрощенными категориями, руководствуясь твердо устоявшимися у него в течение многих лет броскими клише, антисоветскими и антикоммунистическими лозунгами, особенно в своем подходе к мировым проблемам. Догматизм во взглядах на внешнюю политику сопровождался у Рейгана склонностью и даже любовью к „политическому драматизму", созданию „мини-кризисов" и „шоковых ситуаций" (впрочем, таких, которые не представляют большой опасности для самих США), которые сопровождались умелым использованием патриотической риторики. Расчет тут был прежде всего на то, чтобы эффективнее воздействовать на население, мобилизовать его на поддержку военных программ и внешнеполитических акций администрации (в значительной мере Рейгану это удавалось, большинство американцев считало, что он „хорошо справляется с кризисами", которые он, по существу, часто сам же — вольно или невольно — создавал).

Изменения, происшедшие в конгрессе США в результате выборов 1980 года (переход большинства в сенате к республиканцам, укрепление их позиций в палате представителей, поправение многих демократов), предопределили его „идеологическую совместимость" с Белым домом. Под нажимом президента конгресс сдавал свои позиции в сфере внешней политики, по существу, лишаясь тех рычагов воздействия на администрацию в этой области, которые он завоевал в 70-х годах. Заметно ослабла и роль комитетов по иностранным делам обеих палат, особенно сенатского во главе с Ч.Перси, который не имел своего лица и фактически шел на поводу у администрации.

В целом во внешней политике конгресс неизменно и активно поддерживал милитаристский курс администрации, ее подход к советско-американским отношениям.

Отношения между СССР и США при новом президенте стали быстро ухудшаться. Надежды советского руководства на то, что после предвыборной кампании открыто враждебное Советскому Союзу поведение Рейгана сменится более трезвым подходом к межгосударственным отношениям, оказались несостоятельными. Белый дом стремился действовать повсюду в ущерб СССР, рассматривал все международные события только через призму конфронтации с Москвой. А это замкнуло американскую внешнюю политику на грубом, можно сказать, примитивном антисоветизме.