Читать онлайн «Их послал на смерть Жуков? Гибель армии генерала Ефремова». Страница 66

Противник в течение дня в полосе обороны 110-й СД, как и 113-й СД, активности не проявлял, изредка ведя артиллерийский и минометный огонь. Разрывом снаряда в этот день был убит один из лучших командиров рот 113-й СД младший лейтенант Дредитов.

На дворе стояла настоящая русская зима, температурный столбик на протяжении последних двух дней не поднимался выше – 18° мороза. Командующий группой армий «Центр» генерал-фельдмаршал фон Бок в этот день сделал в своем дневнике такую запись:

«Ужасный день… Начинаются потери от мороза. Докладывают, что в одном полку насчитывается 318 обмороженных…

…В ошеломляюще короткий срок русский снова поставил на ноги разгромленные дивизии, бросил на угрожаемые участки фронта новые из Сибири, Ирана и с Кавказа и стремится заменить свою потерянную артиллерию множеством ракетных орудий. Сегодня перед фронтом группы армий стоит на 24 (в основном доукомплектованных) больше дивизий, чем 15 ноября. В противоположность этому, сила немецких дивизий в результате непрерывных боев уменьшилась более чем наполовину; боеспособность танковых войск стала и того гораздо меньше. Потери офицерского и унтер-офицерского состава пугающе велики и в настоящее время могут быть пополнены меньше, чем потери в рядовых.

Приказы на не считающееся ни с чем продвижение вперед и преследование противника были оправданны до тех пор, пока у высшего командования имелись для того отправные точки и когда враг, из самых последних сил, сражался за свою жизнь. Стремление разгромить его коротким штурмом, как того требовало Главное командование сухопутных войск, «стоило максимального использования всех сил». Но это было заблуждение, и теперь группа армий вынуждена в самых тяжелых условиях переходить к обороне…»[166].

Поздно вечером штабом армии была получена телеграмма штаба Западного фронта, в которой требовалось немедленно передать в состав 5-й армии 18-ю ОСБр, 136-й и 140-й ОТБ. Причем не просто передать, а доукомплектовать танковые батальоны до 40 единиц танков за счет 5-й ТБр.

Полученное накануне вечером распоряжение командующего войсками Западного фронта вынудило командование 33-й армии и 222-й СД всю ночь работать над планом смены войск. К утру решение было принято. После уточнения всех вопросов, связанных со сменой войск, с командирами 222-й СД, 1-й Гв. МСД, 5-й ТБр, 18-й ОСБр, 136-го и 140-го ОТБ указанные части и соединения немедленно приступили к его выполнению.

Приказом командующего армией к исполнению должности командира 222-й СД, вместо пропавшего без вести полковника М.И. Лещинского, с этого дня был допущен полковник Бобров Федор Александрович, который стоял у истоков формирования этой дивизии.

Командир 222-й сд полковник Ф.А. Бобров. Фото 1940 г.

Весь день части дивизии производили смену подразделений 18-й стрелковой бригады.

К исходу дня все мероприятия по смене 18-й стрелковой бригады были завершены.

Части 1-й Гв. МСД занимали прежние участки обороны. В полосе обороны дивизии в течение дня велась редкая артиллерийская и минометная перестрелка.

110-я СД, занимая прежний рубеж обороны, вела инженерные работы по восстановлению разрушенных в ходе боев блиндажей и окопов. Противник в течение дня вел редкий минометный огонь по переднему краю обороны.

24-й лыжный батальон, в соответствии с распоряжением штаба армии, рано утром убыл в район Рассудово.

Изменений в положении частей 113-й СД за день не произошло. В полосе обороны дивизии велась редкая минометная и пулеметная перестрелка. Действовавшие ночью западнее Мельникова и в районе Романова полковые разведгруппы были встречены огнем противника и вернулись без результатов.

Наряду с ведением боевых действий войскам по-прежнему приходилось выполнять ряд не свойственных им задач. Условия, в которых находился тыл страны, требовал неординарных подходов к решению многих проблем. Без этого нельзя было выстоять и победить в той войне. Вот одно такое распоряжение, поступившее из штаба Западного фронта:

«…1. Под личную ответственность командиров частей и соединений организовать сбор и отправку убитых лошадей с передовых линий фронта, откуда последние будут направляться на машинах в мясокомбинаты.

2. При отправке убитых лошадей должен быть использован максимально весь свободный транспорт, идущий с передовых линий в тыл, где находятся ДВЛ…»[167].

8 декабря 1941 года Гитлер, наконец, дал принципиальное согласие на отход войск на новые рубежи для перехода к обороне, в директиве № 39, подписанной им, говорилось о необходимости «…прекращения всех крупных наступательных операций и переходу к обороне». Тем самым фюрер признал, что наступление на Москву провалилось. Решение на переход к обороне было обусловлено в первую очередь необходимостью удержания важных в оперативном и военно-хозяйственном отношении районов СССР, предоставлением отдыха войскам и, главное, созданием предпосылок для возобновления наступления против войск Красной Армии в 1942 году.

Отступая с оккупированной территории, немецкие войска оставляли за собой выжженную землю. На мирное советское население обрушились новые беды. Античеловечная сущность нацизма отражена в приказе командира дивизии СС «Райх» от 8 декабря 1941 г. Вот лишь выдержка из него:

«…7. Все войсковые части… являются ответственными за то, чтобы места расквартирования противника были бы сожжены без остатка. Для каждого дома должны быть приготовлены пучки соломы и бутылки с бензином. Все дома должны быть подожжены в 7.00 9 декабря. Надо следить за тем, чтобы зарево от пожаров не привлекло бы внимания противника…»[168].

После тяжелых боев начала месяца декабря на всем фронте армии установилось некоторое затишье, которое было обусловлено не только стремлением привести части и подразделения в порядок, но и наступившими в последние дни сильными морозами, оказывавшими существенное влияние на поведение противоборствующих сторон.

В полосе обороны 222-й СД в течение дня и ночи противник особой активности не проявлял. Разведка дивизии в ночь на 9 декабря обнаружила вражескую огневую точку северо-западнее Литвинова. Днем группа в составе трех человек, под командой политрука Ф.В. Васильева, неожиданно произвела смелый налет на нее. В результате было убито

6 фашистов и захвачено два ручных пулемета. Политрук в очередной раз с успехом продемонстрировал свое искусство проводить неожиданные налеты на врага.

В полосе обороны 1-й Гв. МСД противник также особой активности не проявлял, изредка ведя минометный и артиллерийский огонь. Артиллерия дивизии в ответ на огонь вражеской артиллерии вела огонь по скоплению пехоты на юго-западной окраине Наро-Фоминска и скоплению танков в районе разъезда 75-й км.