Читать онлайн «По целям ближним и дальним». Страница 89

Самолет-разведчик, посланный утром для фотографирования объекта бомбометания, привез снимок, на котором, кроме огромных клубов дыма, ничего другого не было видно. Вторично сфотографировать цель удалось только после того, как там окончились пожары, полыхавшие 39 часов подряд.

При помощи партизан потом установили, что в результате прямого попадания авиабомб взорвалось 45 немецких хранилищ с боеприпасами. Всего на территории склада размещалось 51 хранилище, причем только шесть из них уцелело, да и то потому, что они расположены были несколько в стороне и находились глубоко под землей. Результаты бомбометания, как говорится, не требуют комментария.

Уничтожая транспортные объекты и сооружения, вражеские склады с боеприпасами и горючим, авиация дальнего действия наносила большой урон врагу. Систематические удары АДД по коммуникациям противника в период подготовки к Курской битве дезорганизовали оперативные перевозки гитлеровцев, затягивали подготовку запланированной немецко-фашистским командованием операции "Цитадель". Я не говорю уже о том, что мы вынуждали противника снимать зенитные средства, прикрывавшие другие объекты и войска во фронтовой зоне, и перебрасывать их на усиление противовоздушной обороны железнодорожных узлов и станций.

Ощутимые удары по коммуникациям противника наносили и наши партизаны. В канун наступления немецко-фашистских войск под Курском их отряды начали специальную операцию по подрыву железнодорожных мостов и рельсов, по уничтожению немецких воинских эшелонов. Вот когда по-настоящему пригодилась взрывчатка, которую АДД в больших количествах доставляла партизанам!

В начале июня мы получили короткое, но отрадное сообщение от одного партизанского отряда: "Спасибо за груз. Мы взорвали 7 эшелонов врага"{58}. Партизаны по достоинству оценивали отвагу и высокое мастерство наших экипажей.

Как-то Семен Фроловский и Николай Маслюков темной и ненастной ночью приземлили тяжело груженные самолеты на лесной поляне, в пункте, не отмеченном даже на самой подробной карте.

Лесная поляна - не аэродром с бетонированной полосой. После дождя колеса шасси вязли в грязи, и в этих условиях поднять корабль, принявший на борт раненых партизан, было трудно. Изучив местность, летчик Фроловский решил начать разбег от лесной поляны, завершить его у обрыва реки. Это было, конечно, рискованно: за рекой, на противоположном берегу, находились гитлеровцы.

Когда начало смеркаться, Фроловский все-таки решил взлететь. Расчет был на внезапность. И вот, ускоряя разбег, Ли-2 понесся к реке. Точно рассчитав отрыв машины от земли, летчик поднялся над самым обрывом и на виду у забегавшихx по деревне гитлеровцев сделал разворот н взял курс на Большую землю.

В таких условиях нередко выполняли задания многие наши экипажи.

Весной 1943 года авиация дальнего действия доставила войскам, оборонявшимся на Огненной дуге, большое количество грузов. Спустя годы, на научной конференции, по-священной исторической победе Советской Армии под Курском, генерал-лейтенант Н. А. Антипенко, возглавлявший во время войны тыл Центрального фронта, вспоминал:

"...Нам сильно помогла авиация. В течение марта - первой половины мая 1943 года военно-транспортная авиация генерала Н. С. Скрипко (ныне маршала авиации) ежедневно подавала Центральному и Воронежскому фронтам наиболее дефицитные калибры боеприпасов. Обратные рейсы были использованы для эвакуации раненых. Лишь один Центральный фронт эвакуировал по воздуху 21 тыс. человек. Подобных масштабов эвакуации раненых по воздуху не было на протяжении всей войны"{59}.

В своем докладе на научной конференции Николай Александрович Антипенко допустил маленькую неточность. Военно-транспортная авиация, как самостоятельный вид ВВС, была образована после войны, но авиация дальнего действия имела части и соединения, вооруженные самолетами Ли-2 (бомбардировочный вариант), которые при необходимости в больших масштабах занимались перевозками войск, срочных грузов и эвакуацией раненых. Помню, нам пришлось по воздуху доставлять войскам, сражавшимся на орловско-курском и белгородском направлениях, кумулятивные и подкалиберные артиллерийские снаряды, обладавшие повышенной бронепробиваемостью. Для воздушных армий, действовавших в районе Курского выступа, мы перебросили на кораблях Ли-2 большое количество только что созданной инженером И. А. Ларионовым кумулятивной противотанковой авиационной бомбы ПТАБ-2,5-1,5.

К началу июля 1943 года войска Центрального и Воронежского фронтов по решению Ставки Верховного Главнокомандования находились в состоянии преднамеренной обороны. Они имели задачу на заранее подготовленных рубежах в оборонительном сражении измотать, обескровить ударные группировки врага и тем самым создать условия для перехода советских войск в решительное контрнаступление. АДД также была переключена на боевые действия в интересах этих фронтов.

Ставка Верховного Главнокомандования ночью 2 июля направила фронтам директиву, в которой предупредила войска о том, что немцы могут перейти в наступление в период с 3 по 6 июля. Войскам и авиации приказывалось быть в готовности к отражению возможного удара.

2 июля представитель Ставки Маршал Советского Союза А. М. Василевский убыл на Воронежский фронт. На орловском направлении представителем Ставки остался находившийся в войсках Маршал Советского Союза Г. К. Жуков. Он координировал действия Центрального, Брянского и Западного фронтов.

3 июля Сталин вызвал к себе Голованова и поставил авиации дальнего действия новую боевую задачу. Несмотря на поздний час, я с нетерпением ждал возвращения Александра Евгеньевича и встретил традиционным вопросом:

- Что нового?

- Новостей более чем достаточно, - озабоченно ответил он и сообщил, что в Генеральном штабе имеются данные опроса перебежчиков, захваченных на Воронежском и Центральном фронтах, свидетельствующие о том, что немцы собираются перейти в наступление 5 июля.

Мне было приказано вылететь на Воронежский фронт для организации действий АДД, и 4 июля вместе с офицером оперативного управления подполковником М.И.Таланиным я прибыл на основной КП фронта, находившийся в районе станции Ржава.

Дежурный сообщил, что представитель Ставки Маршал Советского Союза А. М. Василевский и командующий войсками Воронежского фронта генерал Н. Ф. Ватутин с группой генералов и офицеров штаба выехали на вспомогательный пункт управления, поближе к району боевых действий. К вечеру я представился Василевскому, и он кратко рассказал об обстановке на фронте.

Командование Воронежского фронта неоднократно получало донесения войск о заметном оживлении противника. Данные наземного наблюдения свидетельствовали о том, что за последнее время к линии фронта подтягивались немецкие части из глубины. Это подтверждали и экипажи самолетов-разведчиков 2-й воздушной армии. В первых числах июля еще более усилилось выдвижение из района Харькова на Белгород фашистских танков, мотопехоты.