Читать онлайн «По целям ближним и дальним». Страница 62

Самолет наэлектризовался и начал светиться. Молнии слепили глаза. Огненные языки бегали по стеклам кабины. Концы всех четырех винтов были окружены огненным кольцом, с плоскостей срывались языки пламени, радиокомпас временами глохнул и на щитках его управления бегали огоньки.

Пришлось пойти на снижение. Пробив сплошную облачность, преодолев все препятствия, мы все же вышли на Кенигсберг. Задание было выполнено".{37}

Наши летчики, в том числе некоторые дальнебомбардировочные части и экипажи ВВС Военно-Морского Флота, неоднократно совершали налеты на Берлин, Данциг, Штеттин, другие крупные военно-промышленные объекты противника. Авиация дальнего действия по заданию Ставки наносила удары по военным объектам Кенигсберга, другим дальним целям, расположенным в глубоком тылу фашистской Германии. На выполнение этой сложной и ответственной задачи были выделены наиболее опытные экипажи на самолетах Ил-4, Пе-8 и Ер-2. Остальные получили задачу действовать по прежним целям на воронежском и сталинградском направлениях, особенно в районах переправ противника через реку Дон.

Обширная территория страны, особенно ее западная часть, в течение нескольких суток находилась в зоне плохой погоды. На большом пространстве проходил метеорологический холодный фронт, сопровождаемый ливневыми дождями и грозами. Но решение на вылет было принято, несмотря на предупреждение метеослужбы. Экипажам пришлось столкнуться с большими трудностями. На Кенигсберг мы послали 75 самолетов, а пробиться к цели смогли только 38, остальные бомбардировали запасные объекты.

Наиболее успешно прошла бомбардировка железнодорожного узла Полоцк. По сообщению начальника одного из управлений НКВД СССР, в ночь на 19 июля 1942 года авиация дальнего действия уничтожила на железнодорожном узле Полоцк несколько немецких воинских эшелонов, в том числе крупный, состоявший из 60 вагонов и платформ с автомашинами, снарядами и немецкой пехотой. В итоге удара почти полностью была уничтожена живая сила противника и автомобильная техника. Уцелело лишь три вагона.

Одновременно на южном берегу Западной Двины наши бомбардировщики разрушили полностью две немецкие казармы, одну частично повредили. Квартировавший в этих казармах полк гитлеровцев предназначался к отправке на фронт, но понес такие большие потери, что утратил боевую способность.

После налета АДД на Кенигсберг и другие дальние цели не все экипажи вернулись на свои базы, попав в мощный грозовой фронт. Некоторые из них совершили вынужденную посадку на нашей территории, и несколько дней спустя возвратились в свои соединения.

Узнав об этом происшествии, Верховный Главнокомандующий сделал серьезное внушение командованию АДД, потребовав улучшить метеорологическое обеспечение полетов.

- Нам дорога жизнь каждого летчика, - заметил Сталин.- Рисковать надо разумно, воевать разумно.

Это было сказано не ради красного словца. Сталин придерживался именно такого правила. Вспоминается случай, связанный с подготовкой налетов авиации дальнего действия на Берлин. Нам была поставлена задача в июне нанести массированные удары по столице фашистской Германии. Генерал Голованов откровенно доложил Верховному Главнокомандующему, что такие полеты будут сопряжены с большими для нас потерями. В июне, как известно, самые короткие ночи в году. На обратном пути от дальних целей, когда начнется рассвет, бомбардировщики неизбежно будут перехвачены истребителями противника, активно действовавшими над линией фронта. АДД не имела ночных дальних истребителей, которые могли бы прикрывать бомбардировщиков на всем протяжении маршрута. И, как ни заманчиво было ударить по Берлину в июне 1942 года, в канун первой годовщины войны, Верховный Главнокомандующий отказался от своего намерения и разрешил перенести налеты на фашистскую столицу на более позднее и благоприятное для нас время. Но вместе с тем Ставка приказала командованию АДД повторить удары по Кенигсбергу.

В течение 20 и 21 июля наша метеорологическая служба усиленно собирала сведения о погоде на маршруте в районе цели. Поскольку линия фронта проходила довольно близко от границ Москвы, огромное пространство, находящееся западнее столицы, представляло для нас белое пятно. Мы имели не совсем полные метеорологические данные, поступавшие из нескольких пунктов на западной территории, включая Восточную Пруссию, куда вместе с разведывательными группами были заброшены и метеоспециалисты. Но для надежного прогнозирования погоды их отрывочная информация была недостаточной. Правда, поступали данные от англичан, характеризующие общую синоптическую обстановку. Присылали они порой в краткосрочные прогнозы погоды, но этого также не хватало для надежного суждении о возможной погоде на маршруте полета и над целью. Неполноту метеорологической обстановки мы стремились восполнить собственной воздушной разведкой погоды, посылая с этой целью наиболее подготовленные экипажи бомбардировщиков.

Несмотря на сложные метеорологические условия, 24 и 26 июля группа наших самолетов вновь бомбила военно-промышленные объекты Кенигсберга. В последнем налете участвовали 88 бомбардировщиков. К цели пробились 57. Остальные из-за сложных погодных условий бомбили запасные цели в Восточной Пруссии и Прибалтике.

В ночь на 26 июля удар наших бомбардировщиков по военно-промышленным объектам Кенигсберга оказался более внушительным, чем ранее. В восточной части города был взорван военный завод.

В июле АДД буквально каждую ночь совершала налеты на железнодорожные узлы Орел, Брянск, Курск, через которые тогда проходили все переброски немецко-фашистских войск на южное направление. Немцы заметно усилили противовоздушную оборону этих железнодорожных узлов. Так, например, Брянск прикрывался несколькими десятками зенитных орудий среднего калибра и 20-30 прожекторами. В районе Орла также наблюдалась значительная плотность зенитного огня. Многослойным зенитным артиллерийским огнем прикрывался и Курск. На перехват наших бомбардировщиков не раз поднимались Me-110.

В связи с непрерывными налетами АДД немцы подтянули к железнодорожным узлам значительные ремонтные средства, стремясь как можно быстрее восстанавливать разрушения на стрелках, железнодорожных мостах, различных путевых сооружениях. Чтобы вывести из-под наших ударов эшелоны, противник рассредоточивал поезда по мелким станциям и полустанкам, убирал с железнодорожного yзла составы с взрывоопасными грузами. Эта мера, конечно, затруднила боевые действия, но не избавила врага от ударов АДД.

Наши соединения вели предварительную воздушную разведку, кроме того, мы получали информацию от партизан. Экипажи "охотников" разыскивали неприятельские эшелоны на перегонах и полустанках, в местах выгрузки войск и техники и уничтожали врага с малых высот.