Читать онлайн «Письма внуку. Книга вторая: Ночь в Емонтаеве.». Страница 85

42. Как изготовить коллекцию ботанических слепков. Бюллетень Главного ботанического сада АН СССР. Вып.98, 1975, с. 87–89 (о моих горельефных «вечных гербариях»).

43. Стереоскопические рисунки вредных объектов. Защита растений. 1975, № 8, с.55 (моя стереоживопись: как делать «стереоблоки»).

44. Способом стереоскопических интерпретаций. Изобретатель и рационализатор. 1975, № 8, с. 26–27 и последняя стр. обложки (о моих «стереоблоках»). Искусственный гербарий. Пчеловодство. 1976, № 3, с. 28–29. (о моих горельефных «вечных гербариях»).

45. Портрет цветка. Уральский следопыт. 1976, № 3, с. 16 (о моих «вечных гербариях»).

46. Запечатленная природа. Наука и жизнь. 1976, № 7, с. 153–156 (о моих «стереоблоках», «вечных гербариях», «зеркальных муляжах», демонстрационном муравейнике).

47. Слепки галлов. Защита растений. 1977, № 4, с.46 (о моих горельефных «вечных гербариях»).

48. Изготовление самодельных наглядных пособий из гипса и стекла. В кн.: Изготовление наглядных пособий по биологии (методич. рекомендации). Омский гос. пед. ин-т им. Горького. Омск, 1978, с. 5–8 (о моих «стереоблоках» и «вечных гербариях»).

49. Музей сибирского института. Защита растений. 1978, № 12, с. 54–55 (о моём Музее агроэкологии и охраны окружающей среды под Новосибирском).

50. Волшебная зеркалопара. Уральский следопыт. 1979, № 12, с.47 (о моём зеркале прямого отражения).

51. Вы ещё не видели себя в зеркале. Изобретатель и рационализатор. 1980, № 1, с. 18–19 (о моём зеркале прямого отражения).

52. О создании Музея охраны природы Сибири. В кн. Проблемы природоохранного просвещения. Наука, Сиб. отделение, Новосиб., 1980, с. 136–138 (о своей мечте создать такой Музей).

53. Симферопольские «берегини». В кн.: Крымские каникулы. Сборник для туристов и краеведов. Книга 2-я. Симферополь, Таврия, 1985, с. 124–131 (о ценности лепных украшений старинных каменных зданий, о своей выставке на эту тему).

54. Степь рукотворная. Уральский следопыт. 1986, № 6, с. 66–69 (о моей сферораме «Степь реликтовая»).

56. Помнить или забыть? Сибирские огни. 1988, № 9, с. 172–175 (лагерные воспоминания).

57. Помнить или забыть? Уральский следопыт. 1990, № 1, с. 2–6 (лагерные воспоминания, много моих рисунков).

58. Мои университеты. Наука и жизнь. 1990, № 8, с. 122–126 (лагерные воспоминания и мысли; много моих рисунков).

59. Мой архипелаг. В кн.: Возвращение памяти. Новосиб. кн. изд-во, 1991, с. 211–219 (лагерные воспоминания и мысли; много моих рисунков).

60. 100-летию города Исилькуль Омской области. B.C. Гребенников — Буклет-набор цветных репродукций с моих произведений, крупноформатный; тексты: «О себе», «Об Исилькуле»; подробные подписи к картинам. — Новосибирск, «Наука», 1995.

— наиболее многочисленны (около сотни!), результативны и дельны, и потому я намерен перечислить их, вот так же, уже в следующем, третьем томе «Писем» — если доживу до написания такового.

Новосибирск, май 1994 года

Как только я перепечатал на машинке эту свою рукопись, вышло в свет почти одновременно ещё несколько моих новых, самостоятельных и в соавторстве, бионико-физических работ, научных (в списке — раздел III) — в некоем сборнике и в ещё одной научной же брошюрке. В них описаны природные безопорные движители, парадоксальные, но очевиднейшие; устройства, к коим подошло бы больше всего название «генераторы полтергейстов»; затронуты тайны гравитации, то есть земного притяжения, и ещё времени (одну статью я не постеснялся этак помпезно назвать «Прорыв в Пространство и Время», ибо такое совершал неоднократно, и описал). И ещё в сказанных трудах описаны и изображены конструкции и принципы моих кустарных, но славно-таки поработавших гравитопланчиков, перемещавших весьма далеко и быстро грузики, сначала малые, а затем в 70 килограммов, то есть меня самого, что, как я считаю, для начала было совсем неплохо. Описаны мною также некоторые экологические, медицинские, и, увы, политико-экономические аспекты применения этих устройств, не требующих ни горючего, ни электричества, и не изнашивающихся, но порой порождающих неожиданные выбросы огромных энергий, не очень понятные, и не очень приятные, вплоть до этаких небольших катастроф, что требует изучения незамедлительного и многомудрого, и потому вынужден был прервать эти работы в Новосибирске и Исилькуле ещё в 1991 году. Проводившиеся в кустарных условиях и в одиночку, эти эксперименты оказались весьма преопасными — например «попутный» разгром одной из омских квартир, попавших в мой волновой максимум, или пучность, на трассе опыта, почти тысячекилометровой, под утро 23 апреля 1991 года, и много других неблагоприятностей. Списочек сказанных трудов с подробными популярными рефератами, а может с фотографиями и схемами, я дам в следующем томе своих этих «Писем», к работе над каковым томом я уже приступил, и думаю, что провожусь с ним не дольше, чем с этим, а может и меньше, если не помешают хвори, или чьё-нибудь ослиное свинство, или ещё какая непредвиденная пакость; но будем надеяться на лучшее!

31 мая 1994 года, Новосибирск.

Я ж говорил и тебе, мой внук, и вам, читатели, что Мир — не без добрых людей. Владимир Викторович Филиппов, новосибирец, генеральный директор издательства _________________________, высокоуважаемый, только что мне вручил великолепно набранный, с учетом многих моих художнических и писательских придиристых прихотей, оригинал-макет, то есть экземпляр этого вот моего литературного творения, напечатанный на преотличной бумаге. В отличие от предыдущих моих работ «постсоветского» смутного периода, за этот гигантский, по моему разумению, труд его славных типографов с меня, автора, не взято ни копейки; и ещё вдобавок я получил от прелюбезнейшего Владимира Викторовича дискету с электронной записью сказанного оригинал-макета на случай если когда-нибудь появится возможность заказать тиражик этого тома, то издание изрядно удешевится, поскольку главная работа уже сделана. Читая корректуру, я поразился необыкновенно малому, почти нулевому количеству ошибок, опечаток, неверных переносов, которое в последние годы во всех издательствах возросли многократно, как из-за «компьютеризации» техники (во всяком разе так мне говорят: сие мол неизбежно — технический прогресс!), так и из-за явного падения уровня грамотности издателей — либо так их теперь учат русскому в школах-вузах, либо на сии должности набивается малограмотная шушера, особенно в многочисленных бульварных, политических и прочих газетёнках, и в «неоиздательствах», которые переводят добрую бумагу на всякую похабщину и человекоубийство; впрочем, там сойдёт и с ошибками… Того не скажешь о Мастерах, трудившихся над этой вот моею «Ночью в Емонтаеве»: обошлось почти без правок! Поэтому не могу не перечислить поимённо всех, приложивших к «Ночи» руку: