Читать онлайн «Гений войны Рокоссовский. Солдатский долг Маршала». Страница 150

План операции Рокоссовский представил 20 августа в Ставку ВГК. Он был утвержден 22 августа со следующими изменениями:

«1. 13-й армии самостоятельного прорыва не производить, а наступать во взаимодействии с левым крылом Брянского фронта, усилив за счет этой армии 48-ю армию.

2. Прорыв 48-й армии организовать на участке южнее р. Усожа с таким расчетом, чтобы иметь один общий участок прорыва с 65-й армией[497]».

Рокоссовский ясно представлял себе, насколько трудна и ответственна задача, которую должны решить войска фронта. А они еще не отдохнули после ожесточенных боев на Курской дуге, не успели восполнить потери. Требовалось их обеспечить продовольствием, боеприпасами, фуражом и горючим. Все базы и склады было приказано приблизить к войскам. Начальник тыла генерал Антипенко и его аппарат делали все возможное, чтобы в ходе наступления не допустить перебоев в снабжении. Опираясь на опыт боев на Курской дуге, Рокоссовский большие надежды возлагал на широкий маневр силами. Так как предстояло форсировать такие крупные реки, как Десна, Сож и Днепр, начальник инженерных войск генерал Прошляков получил указание создать необходимый резерв переправочных средств.

Однако к началу наступления, намеченному на 24 августа, завершить все мероприятия не удалось. Для полной подготовки войск потребовалось еще двое суток. 26 августа Центральный, Воронежский и Степной фронты после мощной артиллерийской и авиационной подготовки приступили к проведению Черниговско-Полтавской стратегической наступательной операции.

Противник ожидал наступления войск Центрального фронта и сразу же оказал упорное сопротивление. В полосе наступления 65-й армий оборонялись четыре пехотные дивизии (82, 251, 86 и 137-я) и части усиления 20-го армейского корпуса противника. В резерве у него здесь находились две пехотные и одна танковая дивизия. Старинный русский город Севск, располагавшийся на возвышенности, был превращен в сильный оборонительный узел. Подступы к городу простреливались огнем пулеметов и минометов. Поэтому направление главного удара было избрано в обход города с севера. Его наносил 18-й стрелковый корпус. На этом направлении была создана плотность артиллерии в 122 орудия на 1 км фронта. Вспомогательный удар с целью охвата Севска с юга наносил 27-й стрелковый корпус генерал-майора Ф. М. Черокманова.

После мощной артиллерийской и авиационной подготовки войска 65-й армии перешли в атаку. Однако, преодолев две-три траншеи, они попали под сильный огонь противника и залегли. Рокоссовский в сопровождении командующих артиллерией фронта и 16-й воздушной армией немедленно выехал на наблюдательный пункт командующего армией генерала Батова, чтобы на месте разобраться в обстановке. Командующий 65-й армией доложил, что в населенных пунктах, прилегающих к опушке леса, противник заблаговременно подготовил сильные оборонительные укрепления. Почти каждое строение превращено в опорный пункт. В каждом из них под деревьями были спрятаны самоходные орудия «Фердинанд», которые совместно с пехотой своим огнем сдерживали продвижение частей армии.

– Хорошо бы уничтожить эти «фердинанды», – сказал Батов и вопросительно посмотрел на командующего 16-й воздушной армией.

– В лесу трудно их поразить, – отозвался генерал Руденко. – Будем во время боя охотиться за ними.

Рокоссовский приказал огнем артиллерии и ударами авиации разрушить вражеские укрепления и расчистить путь наступающей пехоте.

В это время поступило донесение от партизан. В нем говорилось, что в лесу сосредоточены резервы противника, которые он при необходимости использует для парирования ударов войск 65-й армии. Прочитав донесение, Рокоссовский сказал Руденко:

– Бейте немцев в этом лесу.

Командующий 16-й воздушной армией решил применить дымовые авиационные бомбы, чтобы затруднить противнику маневр в лесу и заставить его выйти на опушку. Здесь намечалось накрыть вражеские резервы ударами с воздуха.

Рокоссовский спросил:

– Дым не вреден для людей?

– Нет, – ответил Руденко, – нисколько не ядовитый.

– И все-таки, – сказал Константин Константинович, – сначала нужно пробомбить лес, а затем поставить дымовую завесу.

Для удара по лесному массиву были выделены две авиационные бомбардировочные дивизии. После их налета один из авиационных полков сбросил на лес дымовые бомбы. Противник, как свидетельствует С. И. Руденко, вынужден был выйти из леса. В это время стрелковые части 65-й армии возобновили наступление и отбросили врага.

Первыми реку Сева преодолели части 69-й стрелковой дивизии. Ей на помощь по приказу командующего 65-й армией была направлена 60-я стрелковая дивизия генерал-майора И. В. Кляро. К утру 27 августа плацдарм на западном берегу был расширен по фронту до 20 км и в глубину до 10 км. В тот же день части 60-й, 193-й (полковник Ф. Н. Жабреев) стрелковых дивизий при поддержке 103-й танковой и 68-й пушечной артиллерийской бригад освободили Севск.

Немецкое командование понимало, какую опасность представляет для него быстрое продвижение 65-й армии. 27 августа в район Севска из 9-й армии и резерва были переброшены две пехотные и две танковые дивизии. Генерал Батов вынужден был принять решение о временном переходе к обороне и о переброске всех резервов на помощь 18-му стрелковому корпусу. К угрожаемому участку подтягивались части 2-й танковой армии, которые должны были разгромить контратакующую группировку врага. Но Рокоссовский принял иное решение. Вечером 28 августа он сообщил Батову:

– Танки перебрасываю 60-й армии.

– А мы одни остаемся, товарищ командующий?

– Черняховский вырвался вперед на тридцать километров, а вы завязли в тактической глубине. Понимаете это? Там большой успех.

– Но противник непрерывно наносит крупными силами контратаки нам по флангу…

– Знаю. Сдерживай! Получишь для этого корпус Самарского. А танки забираю сейчас же.

Действительно, в полосе наступления 60-й армии события развивались стремительно. 27 августа генерал Черняховский для развития оперативного успеха ввел в сражение 9-й танковый корпус генерал-майора танковых войск Г. С. Рудченко. Он совместно с частями 17-го гвардейского стрелкового корпуса генерал-майора Н. И. Бондарева при поддержке огня артиллерии и ударов авиации начал быстрое продвижение вперед. В результате своевременного ввода новых сил войска 60-й армии преодолели промежуточный рубеж обороны противника, продвинувшись к исходу 27 августа более чем на 15 км.

Генерал армии П. И. Батов впоследствии отмечал: «Нелегко было расставаться с таким соседом, как танковая армия. Но мы действовали в системе фронта. Командарм обязан чувствовать фронтовой замысел, быть готовым в нужный момент отдать все, понимая, что и тебе при соответствующей обстановке окажут поддержку. Успех 60-й армии, примыкавшей к нашему левому флангу, был неожиданностью. Черняховский имел меньше сил, чем мы. Но оказалось, что противник в разгар боев под Понырями снял с участка против 60-й армии значительные силы. Это был большой просчет вражеского командования, которым искусно воспользовался Иван Данилович Черняховский. Он создал в ходе наступления из стрелковых дивизий подвижные группы, собрав для них весь автотранспорт армии, и на второй день вывел войска на оперативный простор[498]».