Читать онлайн «Зеленая Змея». Страница 151

С. 258…в Белостоке (на границе между Финляндией и Россией)… — Ошибка памяти: Белосток — это город на польской границе. Русская таможня на Финляндской ж. д. находилась в местечке Белоостров С.-Петербургской губернии.

Васильева Елизавета Ивановна (урожд. Дмитриева; 1887–1928) — поэтесса, переводчица, драматург. Ее стихи печатались в 1910 г. в журнале "Аполлон" под вымышленной подписью "Чёрубина де Габриак". Этот псевдоним и романтически таинственная биография, придуманные ею вместе с М. Волошиным, ввели в заблуждение не только всю редакцию "Аполлона", но и московских поэтов. Когда мистификация раскрылась, Е. И. Васильева продолжала печататься, но уже под своим настоящим именем. (См.: Черубина де Габриак. Автобиография. Избранные стихотворения. М., 1989; Волошин М. История Черубины. — Волошин М. Путник по вселенным. М., 1990. Подборка материалов о ней напечатана в журн. "Новый мир", 1988, № 12). Антропософка. Вместе с Б. Леманом руководила работой Петербургского антропософского общества; как Б. П. Григоров и О. Н. Анненкова, была наделена правами "гаранта" (см. ниже прим. к с. 305). В соавторстве с С. Я. Маршаком написала несколько детских книг; переводила средневековую поэзию (сюжеты о короле Артуре).

С. 259. Щепкин Дмитрий Митрофанович — член Московского Губернского Земского Собрания; состоял в Канцелярии Государственной Думы; во Временном Правительстве в марте-июле 1917 г. занимал пост товарища министра внутренних дел.

Мама рассказывала, что ее… отстранили от должности попечительницы библиотек… — М. А… Сабашникова заведывала библиотеками-читальнями, воскресными школами и вечерними курсами для взрослых в Московском Столичном Попечительстве о народной трезвости. ("Вся Москва" за 1910 год).

С. 260…между Керенским и генералом Корниловым произошел раскол" в скором времени приведший Россию к катастрофе. — Корнилов Лавр Георгиевич 41-870-1918) — в июле-августе 1917 г. верховный главнокомандующий, один из инициаторов движения военных, получившего название "Корниловского мятежа". В дальнейшем — один из организаторов Добровольческой армии (Белого движения).

Примечательно, что эта оценка событий Сабашниковой, как их очевидцем, находит свою параллель в высказывании современного исследователя: "Вся наша новейшая история представлена нам выдумками да легендами — конечно, пристрастными, не случайными. <…> никогда не было корниловского мятежа, все это — ложь и истерика Керенского, он сочинил весь кризис* Сам вызвал фронтовые войска в Петроград, но из боязни левых отрекся от этих войск по пути и изобразил мятежом. То-то и Корнилов никуда не бежал, и Крымов доверчиво пришел к Керенскому на свою смерть. Мятежа — никакого не было, но этой истерикой Керенский и утвердил окончательно большевиков". (Радиоинтервью компании ВВС (февраль, 1979). — Солженицын А. И. Публицистика. Париж, 1989, с. 355 и с. 356, вторая пагинация).

С. 261. С группой… я начала заниматься эвритмией… — Это место книги М. Н. Жемчужникова дополнила в примечаниях своим рассказом о выступлении эвритмического кружка Сабашниковой, виденном ею в Москве, вероятно, в 1920-м году: "На Рождественском собрании в Антропософском обществе выступил эвритмический кружок, руководимый Маргаритой Васильевной. Была показана вторая глава Евангелия от Луки: "В те дни вышло от Кесаря Августа повеление…". Начинающие эвритмистки знали только гласные буквы и выполняли их движениями рук. Так как согласных в каждом слове обычно больше, чем гласных, то для синхронного их исполнения требуется более быстрый темп. Кроме того, внутренние ритмы и жизнь читаемого текста выражаются движениями ног, вычерчивающих на полу определенные формы. Это могла тогда только сама Маргарита Васильевна.

Эвритмистки — все в белом — стояли полукругом. Впереди, в центре эллипса, образуемого полукругом эвритмисток и дополняющим его полукругом зрителей, стояла Маргарита Васильевна.

Торжественно звучали хорошо знакомые слова, плавно текли воздушные движения белых фигур, освещаемых теплым светом свечей на елке. А впереди-нет, то была уже не Маргарита Васильевна, знакомая нам личность! Высокая, тонкая, овеянная белым сиянием покрывала, развевающегося от ее движений, она превратилась в белое пламя. Руки — вместе с хором стоящих позади эвритмисток-выпевали гласные, а вся фигура трепетала и двигалась именно как пламя горящей свечи. Но это были не беспорядочные, случайные трепетания свечи, горящей на ветру. Это была музыка, песня, исполненная высокого Смысла. Лицо, слегка поднятое вверх, свободное от всяких эмоций, отрешенное лицо в молитве или в медитации. А все тело — в полной гармонии с развевающимся вокруг него одеянием, облекающим его, движущимся вместе с ним в едином звучании великих слов: "Слава в вышних Богу и на земле мир…".

Это был действительно "священный танец", молитва, на миг ставшая зримой, живая молитва, воплотившаяся в человеческом теле, живая музыка, а "И родила Сына Своего первенца…".

И какая же сила подлинного священнодействия была в этом зрелище, если теперь, спустя полстолетия, воспоминание о нем живет в душе, как свечка, зажженная в Вербную Субботу в храме и в ладонях пронесенная сквозь бури жизни. И светится в ней благодарность.

Приходится горько пожалеть, что Маргарита Васильевна дважды прошла мимо, не услышала призыва Штейнера послужить проводником эвритмии в мир. А Лори Смит, выполнив эту миссию, в самом начале была устранена, по-видимому, какими-то кармическими силами личной судьбы. В руках Марии Яковлевны эвритмия пошла по пути искусства. Марии Яковлевне" принадлежит огромная заслуга в том, что эвритмия вошла в антропософскую педагогику и медицину. В руках педагогов и врачей она служит великому общему делу — осветлению душ. Но священнодействием, "священным танцем", предназначенным для нашей эпохи, она не стала. А ведь именно об этом высочайшем назначении эвритмии говорили слова Штейнера, обращенные к Маргарите Васильевне". (Почти дословно совпадающий рассказ опубликован в альманахе "Минувшее", № 6, с. 23–24).

С. 262. Есенин Сергей Александрович (1895–1925).

Хомяков Алексей Степанович (1804–1860) — мыслитель, славянофил, историк, богослов, писатель, поэт. Дом Хомяковых находился на Собачьей площадке, д. 7.

Маяковский Владимир Владимирович (1893–1930). Приведенные ниже строки — из поэмы "Война и мир". (Цит. по: Поли. собр. соч., т. 1. М., 1935).

С. 264…с колокольни Страстного монастыря. — Страстной монастырь был основан в XVII веке. Полностью перестроенный в конце XVIII-cep. XIX веков, простоял до 1937 года. На его месте сейчас находятся кинотеатр "Россия" и сквер.

"Божественная Комедия" — Поэма Данте; обширный свод христианского платонизма позднего Средневековья.