Читать онлайн «Три года революции и гражданской войны на Кубани». Страница 36

Здесь нужно отметить те основные «божяния» (желания), которые связывали украинские политики из Центральной рады и правительства с приходом немцев.

Не однажды делал заявления сам старый почетный председатель Центральной рады, историк «Украiни-Pyci» М. Грушевский.

Он дал пространное, но довольно путаное официальное «повiдомленне».

«В немецких политических кругах, – писал он, – издавна было „бажания“, чтобы Украина выделилась в самостоятельную сильную державу. Они считали это полезным для Германии. Уже „во время войны немецкое правительство принималось при помощи своих инструкторов учить пленных украинцев «осведомлять их со стороны национальной», подготовлять украинские полки, которые после войны могли бы стать на оборону Украины. И это не делалось без ведома украинских политических деятелей, так как эти последние были сторонниками лишь мирного разрешения украинского вопроса в России. Сами же немцы думали, что мирно украинский вопрос не разрешится, и их мнение «оправдалось»…

Теперь украинское правительство думало «пригодать coбi тi украинскi полки з полонених», что формировались в Германии. Оно полагало, что обойдется со своим войском да с помощью этих украинских полков и галицийских сичивых стрельцов, которых полагало получить с Галиции“… Но так как эти расчеты не оправдались, а „наше правительство оказалось в необходимости опешить с очищением Украины от большевиков, чтобы настал лад и не пропала бы весна для работы в поле“, то правительство „увидело себя обязанным принять помощь от немцев, которую те «зараз» по подписании трактата (очевидно, – мирного договора в Бресте), Украине и подали…“ „В интересах Неметчини, шоб Укратна була самостiйна i сильна, i вони помогають нам для цього“. Войско им самим нужно и поэтому их полки останутся только до тех пор, „пока они будут нужны нашему правительству для очищения Украины“. „I м наказано не грабувати, не кревдити украiнску люднiсть, бо нiмецке правительство хоче… шоб украiнска людноть дивилась на Hiмцiв, як на cвoix приятелiи…“

В свою очередь председатель правительства Голубович в не менее розовых красках рисовал отношения немецкого командования к украинскому правительству, – „вiдношения спiвробитництва“, т. е. отношения сотрудничества: „Нiмецьке вiйсько, як дружие“, не вмешивается во внутренние „хатнi справи“ УН Р. „Даже… Що – до реквизита хлiба, худоби и других продуктов“, то немецкие войска совершают это „не для вивозу в Нiметчину“, а для потребностей своего походного положения, выдавая при этом „квитки“, по которым будет платить украинское правительство…“ „Враги наши пускают лживые слухи, будто бы немцы хотят забрать с Украины весь хлеб“, но согласно с договором, который подписала Украинская Республика с Неметчиной, „мы продаем немцам только лишок нашего урожая, не уменьшая потребностей нашего населения и своего сельского хозяйства…“

„В заключение могу сказать, – писал голова рады народных министров, – что на мою думку, при нашей организованности, дружные отношения с могучею немецкою державою принесут лишь пользу молодой Украинской Республике…“ „поставлять ii наравнi з иншими великими державами“.

Наконец, 1 марта (в день рождения Тараса Шевченко) было опубликовано особое „оповещение“ и от самой Центральной рады, к слову сказать, наиболее путаное. Центральным местом в нем является тот же момент о приходе на Украину немцев:

– Хотя украинское войско, верное Центральной раде, „завзято“ билось с большевиками, но, видя, что борьба затягивается и что своими силами нельзя будет скоро выгнать из Украины врагов и завести лад, а весна подходит и для работы должен быть лад и порядок. Рада постановила принять „допомогу нових замирених сусщв – Нимеччини и Австрп“, „чтобы с помощью их войска как можно скорее очистить наш край“.

„Враги нашей воли по этому случаю «почали лякати» (пугать) людей, что теперь «с приходом немцев на Украину – конец украинской воли и конец свободы»“. „А це неправда“.

„Нiмцi… приходять як нaшi приятелi i помощники, на короткий час, щоб помогти нам в скрутну хвилину нашого життя“ и не имеют намерения в чем-нибудь изменить «нашi закони, и порядки, сократитъ самостийность и суверенность нашей республики»… (Там же. С. 140.)

Так, может быть, с какою-то затаенною мыслью, а, может быть, с какою-то странною наивностью, веря в какую-то особую благосклонность немцев к Украине, Грушевский со своими близкими усыплял и свое, и народное внимание и ткал неразрывные тенета для народа.

А немцы, сыграв «в дружбу» с украинской делегацией на «мирной конференции» в Бресте, подписав с нею «мирный» договор без аннексий и контрибуций, появились на Украине со своими войсками и, выгнав большевистского главковерха Муравьева, принялись наводить свой немецкий порядок на Украине.

Они разделили между собою «зоны влияния». «Австрийцям було вiддано пiвдень Украiни», – отмечается к книге П. Христюка. Значит, Германия удовлетворилась севером.

В том же месяце, которым датировано оптимистическое «оповещение» Центральной рады к громадинам Украины о «приятелях» немцах, именно уже началось «явне втручення нiмецького командуванiя унутршнi справи Республики». (Там же. С. 163.) Тюрьмы начали переполняться «громадянами» У. Н. Р., осужденными немецкими и австрийскими военными судами. А когда министр юстиции Ткаченко на это ответил «гострим циркуляром» к прокурорам окружных судов, указывая, что «чужi суди не мают сили в УНР», то именно не только этот циркуляр эту «силу» потерял, но и сам Ткаченко был убран со своего поста и заменен более покладистым паном С. Шелухиным, который должен был суметь «загладити негарне вражiиня вiд цього циркуляра». Немцы стали производить самочинно реквизиции хлеба и фуража, дело часто доходило до вооруженных конфликтов с населением, что кончилось общим немецким террором.

Вмешательство немцев во внутренние, даже бытовые дела Украины дошло до издания главнокомадующим немецкими войсками маршалом Эйгориом циркуляра «с силой местного закона» об обязательных условиях весеннего засева населением своих полей, причем было указано, что местное (немецкое) земельное законодательство должно проводиться на двух языках: немецком и украинском.

25 квiтня (апреля) фельдмаршал Эйгорн издал новый наказ о введении на Украине немецких военно-полевых судов. 26 квiтня ночью немцы обезоружили в Киеве украинскую «синюю» дивизию. (Она составлялась из бывших в немецком плену украинских солдат. См. выше.)

28 квiтня конец всему положил немецкий майор, который ворвался в Центральную раду с сотнею своих «озброених багнетами» (вооруженных штыками) солдат и скомандовал всем присутствующим «руки вверх»… Власть УНР под руководством старого Грушевского, таким образом, кончилась.