Читать онлайн «Три года революции и гражданской войны на Кубани». Страница 126

19

Впоследствии этот П. А. Третьяков станет одним из местных большевистских главковерхов – в военном иерархическом значении поднимется до должности начальника большевистской дивизии.

В это время не однажды заявлял о себе Петроградский «Совет союза казачьих войск».

Утверждение некоторых авторов (генералов Деникина, Покровского и др.), что Кубанская рада постановила 5/19 октября о выделении края в Кубанскую республику не соответствует действительности.

Нужно было бы помазать грязью, но погода была сухая, грязи не было.

Он был в это время в Москве директором одной из женских гимназий. По вызову довольно скоро приехал с семьей на Кубань, рассказывал, что его почти открыто провожали сослуживцы по гимназии и выражали пожелание, чтобы казаки не забыли о них, москвичах.

Много позже, при очень тяжелых обстоятельствах, Рада изберет его войсковым атаманом.

В это время произошел случай в станице Пашковской, где только усилием А. И. Кудабухова, проведшего всю ночь в переговорах и уговорах, удалось благополучно разрешить конфликт между казаками и офицерами и увести невредимыми последних из станицы.

Эта группа потом жестоко пострадала, была окружена и не многие из нее спаслись.

Это была первая казачья станица, откуда по нам стреляли.

Впоследствии, при обратном движении на Екатеринодар, мы несколько дней оставались в ст. Ново-Покровской, казаки – жители ее – рассказывали, что почти все они тогда были мобилизованы большевиками и в эту ночь были выставлены для охраны ж.-д. пути и, в частности, этого переезда.

– Сидим в окопах и слышим всю вашу «тамашу», а не стреляем; почему так это вышло, – ума не приложить.

При выезде из селения Горькая Балка к радянской колонне подъехал М. В. Родзянко и выразил соболезнование по поводу потери при въезде в это селение двоих наших товарищей. Теперь он следовал при краснокрестном отряде своего сына. Часть офицеров-добровольцев демонстрировали неприязненное к нему отношение, неправильно комментируя его роль при крушении монархии. Он не забывал, что у нас он нашел укрытие в первый период по выходе из Екатеринодара.

В молодости Л. Л. Быч служил в Новороссийске в качестве секретаря городской управы.

Всероссийский исполнительный комитет железнодорожного профсоюза. (Примеч. ред.)

Приведенные положения Быча см. в книге: Быч Л. Л. Кубанец. От Екатеринодара до Мечетинской. Екатеринодар, 1919.

Старый казак, владелец дома, где мы остановились, рассказывал, как к его лбу красноармеец уже приставил ствол, чтобы пристрелить, да спасибо пасынок, тоже красноармеец, в это время подбежал и отвел в сторону ствол.

– Стой, что ты делаешь? Это наш дед…

У деда и повадка вся староказачья и выговор. Улыбка и выражение глаз… Старик уже заглянул в глаза смерти.

Христюк П. Заметки i Матерiяли. 1917–1920 гг. Вена, 1921. Т. II. С. 139–142.

Конституционно-демократическая партия. (Примеч. ред.)

Башлык в кавказской одежде кубанцев имеет назначение, как капюшон в европейской, для укрытия от дождя, от холода. Поэтому при входе в закрытое помещение он снимается вместе с другой верхней одеждой и оставляется в передней; в комнаты, в зал и тому подобные кубанцы не входят с башлыком за плечами.

Такая фраза Раковского, как «я же вижу, что ваш юрисконсульт махает головой», была очень типична для «русака» – румынского еврея…

Василий Выпиваний – принц Габсбургского дома, тогда будто бы лансировался как кандидат на престол Украинской державы.

Верхом достижения агитации инженера К. была посылка одобрительного приговора станицы Таманской императору Вильгельму.

О действиях других кубанцев, проявивших себя нехорошо на Тамани, Краевая рада, уже по занятии Екатеринодара, имела суждение и несколько офицеров понесли заслуженную кару.

В «Очерках русской смуты» генерала Деникина эти слова приводятся как сказанные в обращении вообще к офицерам. Нужно думать, что было и то и другое обращение редкого по доблести генерала Маркова и к офицерам, и к кубанцам, которых было подавляющее большинство в армии.

Природная его фамилия, казака станицы Пашковской, – Шкура. Перемену последней гласной в начертании фамильного имени он произвел самовольно.

Это был тот именно Слащов, который впоследствии приобрел известность как защитник Крыма, прославился жестокостью, одним из первых потом сменил вехи и ушел на советскую службу.

В ноябре 1917 года с Кавказского фронта поступили две просьбы в Кубанское правительство о перемене фамилий: некий Бардак просил заменить его фамилию другой, более благозвучной – Валентинов, и войсковой старшина Шкура просил изменить родовую фамилию – на «Шкуранский». Правительство уважило обе просьбы, но извещение Правительства об этом уже не могло дойти вовремя до просителей ввиду развала фронта. В июле 1918 года войсковой старшина Шкура предстал в хуторе Тихорецком в виде полковника Шкуро, и этой фамилией пошел именоваться и дальше, у конечной буквы «а» своей фамилии отнял только одну палочку: не Шкура, а Шкуро.

Деникин А. И. Очерки русской смуты. Париж, 1921. Т. III. С. 188.

Пришлось быть свидетелем очень любопытного случая способа борьбы с агитатором.

Вижу Шкуро, нервно расхаживающего у входа в здание гимназии, около него три адъютанта, одного из которых я раньше знал очень мирным секретарем нашего кубанскою министра финансов Л-ча. Тут он в черкеске, при оружии.

Казаки подводят к начальнику отряда некоего господина в штатском и докладывают, что полчаса тому назад этот господин убеждал их повернуть оружие против притеснителей буржуев и их приспешников офицеров-золотопогонников…

Шкуро напустился на агитатора. Тот стал что-то возражать. Мой знакомый адъютант Шкуро – вдруг вижу – пришел в какое-то звериное состояние и хватается за свою деревянную кобуру, в которой помещается револьвер очень убедительной системы.