Читать онлайн «Атомная подводная эпопея. Подвиги, неудачи, катастрофы». Страница 59

Радиационная обстановка в реакторном отсеке резко ухудшилась, весь личный состав был из этого помещения удален. Пожар вначале тушили, забрасывая в отсек пенные и углекислотные огнетушители, и пресной водой. Затем решили залить реакторный отсек забортной, морской водой. С помощью пожарных машин в отсек залили до 250 т воды, которая распространилась в соседний и кормовые отсеки через выгоревшие уплотнения. Всего в корму поступило до 150 т воды с активностью примерно 1 × 10–3 Ки/л. По кабельным трассам, как по капиллярам, активная вода распространилась по всем отсекам и накапливалась в распределительных коробках.

Подводную лодку поставили на ремонт, и через несколько лет за более чем 10 млн.рублей она была восстановлена. Позже, в процессе эксплуатации, у нее были затоплены необитаемые помещения реакторного отсека, и она снова долго находилась в ремонте.

Второй неконтролируемый пуск реактора произошел в августе 1968 г. на недавно вступившем в строй подводном ракетоносце («К-140»). Командиром лодки был капитан 2 ранга А.Н.Матвеев, командиром БЧ-5 — капитан 3 ранга В.В.Телин.

Из-за неправильного монтажа сети резервного питания компенсирующих органов реактора левого борта (перепутывание фаз) при подаче питания начался их самопроизвольный подъем. Освободилось до 12% реактивности. Поскольку все приборы на пульте управления реакторами были отключены, дежурная служба не обнаружила никаких внешних признаков аварии, хотя мощность, как показывают расчеты, в это время была почти в 20 раз выше номинальной, а давление в первом контуре доходило до 800 кг/см2.

К счастью, разгерметизации первого контура не последовало, что свидетельствует о прочности материала, хорошей технологии изготовления и сварки. И хотя радиационная обстановка в реакторном отсеке ухудшилась, никто из обслуживающего персонала не пострадал. Паропроизводительная установка одного борта была выведена из строя.

Несколько лет длилось восстановление этой лодки и обошлось оно в десятки миллионов рублей.

В 1970 г. на заводе «Красное Сормово» при проведении гидравлических испытаний на строящейся атомной подводной лодке «К-320» реактор вышел на неконтролируемый уровень мощности. Реактор был загружен активной зоной, поглотители еще не установлены, но в соответствующие конструкции были вварены заглушки. Во время гидравлических испытаний корпуса реактора на высокое давление одну из заглушек вырвало и потоком воды подняло компенсирующую решетку. Реактор вышел на мгновенную критичность, и в цех поступила активная вода.

Реактор и активную зону впоследствии пришлось заменить.

8 сентября 1967 г. около двух часов ночи на первенце атомного флота Советского Союза «К-3», находившемся в Норвежском море, произошел пожар. Шли 56 сутки плавания в подводном положении, лодка возвращалась в базу, до нее оставалось 1700 миль.

Пожар начался в первом отсеке от опасного скопления паров гидравлики (в то время в этой системе применялась горючеопасная жидкость), вызванного протечками в гидравлической системе, и возникновения искры. При переходе личного состава во второй отсек, пожар через открытую переборочную дверь перекинулся дальше. Выделение угарного газа было настолько интенсивным, что уже через несколько минут личный состав первого и второго отсеков вышел из строя (не отвечал на запросы центрального поста). Кратковременное открытие переборочной двери из третьего отсека во второй для производства разведки привело к загазовыванию и третьего отсека, где личный состав (а это центральный пост, то есть главный командный пункт подводной лодки) также начал терять сознание. Аварийная партия четвертого отсека начала выводить личный состав из третьего. Лодка всплыла в надводное положение, провентилировала третий и четвертый отсеки пуском дизель-генераторов в течение нескольких часов, и в надводном положении с загерметизированными первым и вторым отсеками четверо суток шла в базу. Лодка спасена, но 39 моряков погибли, запертые в двух отсеках — таков суровый закон подводников.

На скромном памятнике, установленном сослуживцами в Заполярье, надпись: «Подводникам, погибшим в океане 08.09.67 г.» и маленький якорь.

На первых подводных атомоходах, как советских, так и американских, первый контур реакторов был заполнен водой высокой степени очистки — бидистиллатом. Она служила одновременно замедлителем нейтронов, средством охлаждения ГЭУ и средой для передачи тепла в парообразующую систему. Однако в то время бидистиллат не считался оптимальным теплоносителем, и поиски в этом направлении продолжались.

На второй атомной лодке США — «Си Вулф» первый контур заполнили жидким металлом. Вскоре американцы убедились, что жидкометаллический теплоноситель создает дополнительные сложности. Во-первых, необходимо постоянно поддерживать сплав в горячем состоянии при стоянке лодки на базе. Во-вторых, эксплуатация реактора постоянно связана с угрозой замораживания (особенно в разветвленных вспомогательных коммуникациях) в случае технического отказа систем или при ошибках экипажа. Поэтому после непродолжительной эксплуатации ГЭУ с жидкометаллическим теплоносителем на «Си Вулфе» вновь перешли на воду. К сожалению, мы не сумели достаточно быстро отказаться от применения жидкометаллического теплоносителя.

В начале 60-х годов ВМФ была передана подводная лодка с двумя реакторами на промежуточных нейтронах и жидкометаллическим теплоносителем, получившая обозначение «К-27». Председателем комиссии по ее опытной эксплуатации был известный моряк вице-адмирал Г.Н.Холостяков, первым командиром — капитан 2 ранга И.И.Гуляев. За успешное проведение сложнейших испытаний оба удостоены звания Героя Советского Союза. Командиром БЧ-5 лодки был капитан 2 ранга О.Л.Нагорских, впоследствии контр-адмирал.

«К-27» успешно использовалась на боевом патрулировании и участвовала в учениях. Через несколько лет после начала ее эксплуатации была проведена уникальная научно-инженерная операция по перезарядке активных зон реакторов при поддержании в расплавленном состоянии металлического теплоносителя.

Несчастье с лодкой произошло 24 мая 1968 г. Экипаж, которым командовал капитан 1 ранга П.Ф.Леонов (командир БЧ-5 — капитан 2 ранга А.А.Иванов), осуществлял проверку и фиксацию параметров ГЭУ в режиме самого полного хода. Вдруг автоматический регулятор мощности реактора левого борта самопроизвольно вышел в крайнее верхнее положение, затем его мощность за одну-две минуты упала с максимальной до 7-8%. Настойчивые попытки выйти на мощность оказались безуспешными. Причину этого прекрасно понимал командир БЧ-5. При проверке лодки перед выходом в море он записал в журнале: «БЧ-5 к выходу в море не готова из-за непроведения температурной регенерации сплава».