Читать онлайн «Мировой кризис». Страница 31

Если в настоящее время положение до известной степени изменилось и Советская республика не стоит под опекой Германии и не подвергается систематической эксплуатации, то это произошло лишь потому, что демократические государства Запада и Америки продолжали бороться за общее дело, несмотря на дезертирство России. На них-то и обрушилась теперь с новой силой Германия»[17].

Корнилов и Алексеев на Дону. – Образование русской добровольческой армии. – Судьба военного снаряжения в Архангельске. – Серьезное положение на Западе. – Американско-японские трения. – Новый персонаж: проф. Масарик. – Чехо-словацкие корпуса. – Большевистское предательство. – Удивительнее возмездие. – Интервенция союзников в Сибири. – Омское правительство. – Поразительное превращение. – Балтийские государства. – Финляндия. – Польша. – Пилсудский. – Украина. – Бессарабия.

Большевистское перемирие и последовавшее вслед за ним заключение мира с центральными державами произвели огромное впечатление в России. В тот самый день, когда были приостановлены военные действия (2 декабря 1917 г.), генералы Корнилов, Алексеев и Деникин подняли на Дону контрреволюционное знамя. Все они пробрались в это убежище к лояльным казакам обходными путями и не без опасности для жизни. Здесь, окруженные простым и преданным населением, эти военные вожди явились центром притяжения для всех наиболее благородных элементов старой России. Но на чем был основан их политический авторитет? Императорский режим был дискредитирован во всех классах общества. Царь отрекся от престола и находился уже на пути к месту своего убийства – Екатеринбургу. Большевизм все еще рядился в тогу демократического прогресса и под давлением событий проявлялся в самых насильственных формах. В России ничто не могло устоять перед двумя лозунгами: «всю землю крестьянам» и «всю власть Советам». Но тем не менее целость и неприкосновенность России и обязательства ее перед союзниками, от соблюдения которых зависело ее доброе имя, звучали внушительно и повелительно. Правда, идеи эти были дороги лишь для отдельных лиц, разбросанных по огромным фронтам и обширным внутренним территориям. Но боевой клич был подхвачен, перенесся через степи и горы, и решительно всюду, – среди всех классов, в каждом городе и в каждой деревне, – нашлись те, кто услышал этот клич. Если подняла голову мировая революция, то и мировая цивилизация все еще не покидала поля сражения. Более двадцати государств и народов, населяющих пять континентов, шли походом на центральные империи, которые погубили Россию. По всем морям неудержимо двигались корабли, направляясь к западному фронту войны. Могущественная Америка готовилась из-за океана идти на подмогу союзникам и была охвачена военными приготовлениями. Во главе огромных организаций стояли государственные люди, имена которых были известны в каждой семье. Хотя Россия была повержена на землю и разбита, борьба за общее дело продолжалась. Деспотические правительства должны быть свергнуты, а не заменены иной формой тирании. Для собравшихся на Дону русских патриотов были драгоценны честь русского оружия и наследие Петра Великого, которое они должны были охранять, хотя бы поплатившись за это жизнью.

Формирование и подвиги русской добровольческой армии могут составить тему исторической монографии, которую с благодарностью прочтут все боевые товарищи русских в Британской империи, во Франции, в Италии и в Соединенных Штатах, а равно и в мелких государствах, ныне окончательно обеспечивших свою свободу. Когда по всей огромной империи разнеслись известия об отторжении территорий от России и о том позоре, которому она подверглась, – это несчастье, повергшее в ужас многих, воодушевило на подвиг некоторых. Постепенное превращение отряда отчаявшихся изгоев в крупную военную единицу было отмечено двадцатью почти неизвестными битвами, в которых добровольцам приходилось сражаться против подавляющего по численности неприятеля и которые можно сравнить только с битвами Гарибальди, Гофера и Ларошжакелена. Вожди падали один за другим. Корнилов был убит в конце марта. Каледин, лидер донских казаков, потерпев поражение, кончил самоубийством. Самой тяжелой потерей была смерть Алексеева, крупного стратега, не уступавшего Фошу и Людендорфу и прекрасно знакомого с государственными делами страны. Тяжесть борьбы мог он вынести только до сентября 1918 г. Его заменил Деникин, обладавший всеми достоинствами и недостатками упорного, рассудительного, спокойного и честного вояки. Во второй половине 1918 г. русская добровольческая армия среди переменных успехов гражданской войны значительно расширила границы той территории, на которую распространялась ее власть. Впрочем, мы не можем говорить здесь сколько-нибудь подробно о ее приключениях и достижениях. На первых порах велись бесконечные споры и господствовал беспорядок, но тем не менее создалось чувство общения с внешним миром, на котором и покоился авторитет контрреволюционных вождей. Сотрудничество с союзниками скоро приняло практические формы.

В период революции Франция, Великобритания и США в огромных количествах поставляли России военное снаряжение. Для уплаты за это снаряжение царистская и революционная Россия заключала займы. В Архангельск и Мурманск было поставлено более 600 тыс. тонн военных материалов, не говоря уже об огромных количествах угля. Еще при царском режиме в Мурманск была проложена от Петрограда железнодорожная линия в 800 миль длиной, главным образом за счет труда и страданий военнопленных. Военное снаряжение и продовольственные запасы грудами лежали на пристанях. Большевистское правительство отказалось платить займы, за счет которых должны были оплачиваться все эти материалы, и поэтому они являлись по справедливости собственностью союзников. Но перед союзниками возник тревожный вопрос о том, в чьи руки попадет все это снаряжение. Такое же положение создалось и во Владивостоке, куда американцы и японцы навезли огромное количество военных припасов. Неужели вся эта масса смертоносного материала должна была пополнить арсеналы центральных держав и продлить бойню еще на неопределенное время? Можно ли было предоставить его в распоряжение малодушного правительства, изменившего союзному делу и открыто враждебного всякой цивилизации, дабы оно, пользуясь им, раздавило всякую оппозицию своей власти? Вопросы эти возникли еще зимой 1917 года и приобрели чрезвычайную остроту еще до подписания Брест-Литовского мира.

Условия Брест-Литовского мира делали совершенно ясным, что блокада центральных держав, осуществлявшаяся с помощью столь огромных морских сил, в значительной степени была прорвана. Россия очутилась в распоряжении немцев. Мы видели, что отныне германские армии, столь усилившиеся на западном фронте, и стоявшее за ними гражданское население неприятельских стран смогут пользоваться житницами Украины и Сибири, нефтью Каспийского побережья и всеми вообще ресурсами огромной страны. В первые месяцы 1918 г. Германия в сущности достигла больше того, чем сколько она могла выиграть два года тому назад, до того как Фалькенгайн не обломал столь неосторожно своих зубов о Верденские твердыни. В какой степени и насколько быстро дадут себя чувствовать все эти последствия, сказать было трудно; но из дополнительных соглашений Германии с Украиной было ясно, что немцы намереваются оккупировать эту страну и извлечь из нее максимальное количество запасов. В это время никто не ждал быстрого окончания войны, и по-видимому нельзя было сомневаться в том, что немцы и австрийцы располагают достаточным временем и силами, чтобы неопределенно долго существовать за счет склонившейся перед ними гигантской империи. Немцы уже перевозили с русского фронта на западный 70 дивизий, составлявших более одного миллиона человек, 3 тысячи орудий и соответствующее военное снаряжение. Австрийцы также подкрепили свой итальянский фронт и непрерывным потоком посылали новые подкрепления на запад. Французская армия едва оправилась от мятежей 1917 г., а британская армия, стараясь облегчить положение французов и дать им передышку, истекала кровью после бесконечных наступлений по всему фронту от Арраса до Пашенделе. Таково было положение после краха в России. Вскоре начались величайшие битвы всей кампании, и ситуация стала еще более грозной. Даже в конце 1917 года, для того чтобы выиграть войну, союзникам было чрезвычайно важно снова создать восточный фронт против Германии и не пропустить русские припасы в центральные державы. Поэтому 23 декабря военные представители Верховного союзного совета постановили, что все национальные войска в России, решившие продолжать войну, должны поддерживаться всеми средствами, какие только имеются в нашем распоряжении. В Сибири один из союзников мог действовать, преимущественно перед всеми прочими, чрезвычайно быстро и энергично. Япония была расположена поблизости, располагала сильными и свежими силами, была вполне готова к выступлению и непосредственно заинтересована в нем. Но против ее выступления выдвигались веские аргументы. Если бы Япония выступила против России, то большевики, при поддержке русского народа, могли бы заключить прямой союз с Германией против союзников. Японцы были не прочь выступить и обнаруживали готовность взять под свой контроль значительную часть сибирской магистрали, но говорили, что участие в этой экспедиции американцев будет встречено в Японии недоброжелательно. 31 декабря британское правительство вступило в переговоры по этому вопросу с президентом Вильсоном. Соединенные Штаты высказались как против индивидуальной интервенции Японии, так и против совместной интервенции Америки и Японии. Японцев оскорбило такое отношение, которое на первых порах чувствовало себя обязанным разделять британское правительство. Японцы считали, что им нужно поручить все решительно интервенционистские выступления во Владивостоке, на которые изъявят согласие союзные державы, ибо укрепление враждебного германского влияния на берегах Тихого океана было бы непосредственной угрозой Японии. В конце января британское правительство, при поддержке французского, решило предложить Японии действовать в качестве уполномоченного союзных держав. Президент Вильсон по-прежнему противился всякой интервенции и в особенности индивидуальному выступлению Японии. С другой стороны, японцы требовали, чтобы в том случае, если Япония будет уполномочена на выступление державами, она получала от Америки помощь деньгами и военным снаряжением.