Читать онлайн «Мировой кризис». Страница 104

В нескольких случаях премьер-министр от имени кабинета предлагал прийти к соглашению, ставя условием, чтобы ирландские повстанцы признали зависимость от короны и связь с империей. Попытки добиться компромисса теперь вновь возобновились. В мае 1921 г. лорд Фитц Алан, один из лидеров английских католиков, был назначен вице-королем вместо лорда Френча. Он согласился взять на себя столь неблагодарную задачу исключительно из чувства общественного долга. Через три дня сэр Джемс Крэг, премьер-министр северной Ирландии, по поручению Ллойд-Джорджа встретился с де-Валера в том месте, где скрывался этот последний. Эта встреча, состоявшаяся после долгих предварительных переговоров, была, несомненно, замечательным эпизодом. Ольстерский лидер, представитель всех трех групп, которые противились гомрулю, был отведен вооруженными шин-фейнерами по длинным и извилистым тайным тропинкам в штаб-квартиру вождя ирландских повстанцев. Эту миссию сэр Джемс Крэг решился взять на себя потому, что он был мужественен, считал себя обязанным заботиться о благополучии империи и не считался ни с какой личной опасностью, грозившей его жизни или его политической репутации. Его переговоры с вождем шин-фейнеров ни к чему не привели. В течение четырех часов де-Валера, перечислявший причиненные ирландцам обиды, успел добраться только до акта Пойнингса, изданного при Генрихе VII. К этому времени было пора уже окончить дискуссию, превратившуюся в лекцию. Сэр Джемс Крэг опять поручил себя своим проводникам и по обходным дорогам был отвезен в Дублин. В маленьком автомобиле, который трясся по плохой дороге, сидели три человека, – два шин-фейнера, по всей вероятности, обреченных на смерть, и премьер-министр оранжистского Ольстера. Вдруг позади них появился бронированный грузовик с отрядом «черно-рыжих». Хотя проводники сэра Джемса Крэга хотели этой встречи, они решили пропустить грузовик вперед. Тяжелый броневик проехал на расстоянии какого-нибудь одного фута от маленького автомобиля. Некоторое время он ехал рядом, и «черно-рыжие» с любопытством поглядывали на пассажиров маленького автомобиля. Наконец грузовик двинулся вперед и исчез вдали. Все три ирландца, занимавшие столь различное положение, обменялись взглядами, полными взаимного понимания.

Хотя разговоры Крэга и де-Валера ничем не закончились, через пропасть был перекинут канат. С этого момента агенты британского правительства в Ирландии теми или иными путями старались войти в контакт с штаб-квартирой шин-фейнеров.

В конце мая сэр Невиль Макреди представил весьма мрачный отчет о положении в Ирландии. «Я полагаю, – писал он, – что расквартированные ныне в Ирландии отряды будут прекрасно выполнять свой долг в течение всего этого лета, но я все же убежден, что если к октябрю не удастся достичь мирного решения вопроса, то вряд ли можно будет требовать от военных отрядов, чтоб они прожили еще одну зиму в таких же условиях, в каких они жили в течение прошлой зимы. Ради сохранения воинского духа и дисциплины солдат необходимо будет удалить из „ирландской атмосферы“, да и многие офицеры, по моему мнению, окажутся не в состоянии продолжать свою службу в Ирландии без длительного отпуска, хотя, может быть, они и не признаются в этом… Если я не ошибаюсь, существующее положение вещей в Ирландии, поскольку оно отражается на расквартированных здесь отрядах, должно быть окончательно ликвидировано к октябрю, в противном же случае необходимо принять меры, чтобы сменить все отряды, а равно и большинство командиров и их штабы». Этот отчет был одобрен сэром Генри Вильсоном. Не могло быть и речи о том, чтобы провести в жизнь преподанные в нем советы. Сквозившее в отчете отчаяние не оправдывалось фактами, да и сменить войска не представлялось никакой возможности. Очевидно, нужно было не сменить гарнизон, а послать в Ирландию обширные подкрепления, пополнив наличные войска новыми. Хотя эта мера должна была обойтись дорого и представляла ряд затруднений, но она была вполне осуществима. Кабинет не согласился с заключениями отчета, но все же ему приходилось должным образом учесть эти алармистские утверждения ирландского главнокомандующего, одобренные, кроме того, начальником имперского генерального штаба.

Но все эти явления и тенденции, может быть, и не выплыли бы на поверхность, если бы не произошло одно событие. 22 июня король должен был лично присутствовать на открытии первого парламента северной Ирландии. Министры не могли предложить монарху такую речь, которая встретила бы отзвук лишь у населения северной Ирландии. Как известно, король, действуя согласно не только букве, но и духу конституции, выразил настойчивое пожелание, чтобы текст речи мог встретить хороший прием у всех его ирландских подданных, – южан и северян, зеленых и оранжистов. Взгляды монарха высоко поднимались над партийной борьбой, расовыми и религиозными спорами и местными разногласиями и, естественно, считались лишь с общими интересами всей империи в целом. Поэтому премьер-министр и руководящие члены правительства под свою личную ответственность включили в королевскую речь слова, которые приходилось истолковать, как искренний призыв к тому, чтобы отвратительный и гибельный конфликт был покончен общими усилиями.

«На Ирландии, – сказал король с очевидным волнением, – сосредоточены взоры всей империи – той самой империи, многочисленные нации и расы которой объединились, несмотря на свои давнишние споры, и в недрах которой образовались новые нации на глазах у самых молодых присутствующих здесь людей. Эта мысль ободряет меня и дает мне возможность превозмочь ту скорбь и то беспокойство, с которым я следил в последнее время за развитием ирландских событий. От всего сердца я молюсь о том, чтобы мой приезд в Ирландию оказался первым шагом к окончанию междоусобной борьбы всего ее народа, независимо от расы или верований.

В этой надежде я призываю всех ирландцев прекратить борьбу, протянуть друг другу руку прощения и примирения, забыть и простить прошлое и открыть для любимой нами страны новую эру мира, довольства и дружелюбия. Я больше всего желаю, чтобы в южной Ирландии произошло вскоре то же самое, что происходит ныне в этом зале, и чтобы при подобном же случае там имела место подобная же церемония.

Парламент Соединенного королевства обеспечил для этого все необходимые меры, а ольстерский парламент указывает путь, каким следует идти. Будущее зависит от самого ирландского народа. Пусть это историческое собрание послужит прелюдией к тому дню, когда ирландский народ северных и южных провинций, представленный одним или двумя парламентами, в зависимости от решения самих этих парламентов, начнет работать совместно, одушевленный общей любовью к Ирландии и действующий на прочной основе справедливости и взаимного уважения».