Читать онлайн «Спецназ ВДВ. Диверсионно-разведывательные операции в Афгане». Страница 65

В расположении провели предварительный допрос пленных. Те подтвердили, что их группа входит в состав банды Мохаммеда, а он сам уже некоторое время отсутствует. Каждая группа знает только свой пункт сбора в дневное время, где собираются другие — неизвестно. После обеда их передали в разведотдел армии, а трофейное оружие — на склад вооружения дивизии.

При подведении итогов этой операции было обращено особое внимание на инженерную разведку местности и маршрутов выдвижения, на выявление разведывательных признаков, указывающих на установку одиночных мин, участков минирования или минновзрывных заграждений. Как правило, те, кто устанавливает мины непроизвольно, оставляют много следов, а специально где-то рядом устанавливаются метки или ориентиры, их надо грамотно прочитать. В данном случае все обошлось без серьезных последствий, так как была установлена обычная итальянская противогусеничная мина без дополнительного заряда.

Остался открытым один вопрос: как смогли душманы установить мину на глазах у разведчиков, которые вели наблюдение с горы Ходжа-Раваш за местностью и движущейся колонной? С горы все отлично просматривается. За это дело взялся лично Ленцов А.И. Изучил карту, местность, произвел измерения и пришел к выводу, что мина была установлена в так называемой мертвой зоне, которая не просматривалась с горы из-за небольшого бугорка. Это был очень маленький участок. Видимо, нашелся специалист из кишлака Паймунар, который определил это место, выбрал удобный момент и, когда колонна прошла, на колее установил мину. Люди Залмая его вычислили и, когда он вез виноград на рынок в Кабул, арестовали и доставили в райком. Там активисты устроили ему такой допрос, что он показал, где спрятаны две оставшиеся мины, и рассказал все, что знал и не знал. Дальнейшая судьба его неизвестна.

Без всякого сомнения, ключевая роль в подготовке и проведении этого поучительного, своевременного и нужного методического занятия в боевой обстановке принадлежит дивизионным разведчикам и непосредственно их командиру ст. лейтенанту А. Ленцову. Не менее важной была задача по обеспечению действий дивизионных разведчиков в ходе захвата мятежников. Ее с успехом выполнили разведчики полковых рот.

Из этого занятия молодые офицеры усвоили все необходимое для дальнейших самостоятельных разведывательных действий. В одну из ночей с их участием разведчики потревожили сон жителей кишлака Паймунар. Захватили дом, где жил председатель исламского комитета, и арестовали его. Своими действиями разведчики напомнили местным жителям, что с соседями надо жить мирно, а безобразничать на дорогах нельзя, тем более ставить мины, за это придется серьезно отвечать. Председателя исламского комитета после обработки передали в партийный комитет.

В процессе дальнейшей работы разведчики старались не упускать из поля зрения кочевников, которых было полно на севере Кабула, и регулярно проводили с ними профилактические мероприятия. Собирали старейшин кочевых племен, доводили до них требования советских военных по будущему мирному сосуществованию, сообщали, что будет за укрывательство бандитов. Иногда их тревожили по ночам, как бы напоминая: мы всегда с вами и совсем рядом. Надо отдать им должное — они старались придерживаться мирных принципов.

При моем очередном посещении партийного комитета и обсуждении с товарищем Залмаем обстановки в подконтрольном ему районе как-то само собой речь зашла о том, что назрела необходимость собрать старейшин кишлаков его района и пригласить советского командира, главного в этом районе. Эта идея у него возникла в ходе беседы со старейшинами кишлака Паймунар. Я заверил его, что доложу об этом командиру дивизии и в ближайшее время Залмай получит ответ.

В этот день секретарь не ожидал моего приезда и торопился на встречу со своим руководством в Кабуле. Я еще некоторое время оставался в здании комитета, встретился с нужным мне человеком, получил необходимые сведения и убыл в штаб дивизии на доклад к полковнику Слюсарю. Он внимательно выслушал суть предложения Залмая и сказал: «А что, возможно, и будет какая-то польза от этой встречи. Передай своему секретарю, чтобы встречу организовал в их выходной, в ближайшую пятницу».

Обеспечение безопасности мероприятия возложили на командира дивизионной роты Ленцова. К обеду ближайшей пятницы к зданию партийного комитета по одному и небольшими группами потянулись старики. Собралось более полусотни человек. Беседа начиналась с трудом, чувствовалось какое-то недоверие и отчуждение. Но после выступления Залмая старики разговорились. Начали задавать вопросы, при этом внимательно следили за реакцией Слюсаря. Им было непонятно, почему стреляют и бомбят, они хотели знать, когда это все закончится. С ответной речью выступил командир дивизии. Он обратил внимание старейшин на непрекращающиеся обстрелы и нападения душманов из их родных кишлаков на советские колонны и расположения войск. Добавил, что и впредь будет поддерживать порядок в зоне ответственности дивизии и жесткими методами отвечать на бандитские вылазки. Если у старейшин возникнут к нему вопросы или появятся проблемы, которые необходимо решать с помощью шурави, необходимо их передавать через секретаря райкома, и они будут рассматриваться советским командованием. Под конец беседы некоторые старики с нескрываемым интересом расспрашивали командира дивизии о семье и детях, как живут люди в Союзе. Командир рассказал им о своей семье, о житье-бытье народа. Сравнивая жизнь, к примеру, советского узбека с жизнью нынешнего афганца, смело можно рапортовать: узбек одной ногой стоит на пороге коммунизма. У афганца царит еще кетмень и соха. Через два часа встреча закончилась. Однако старики не спешили расходиться, а собрались по группам и что-то еще долго обсуждали между собой. В кои-то веки им еще придется всем вместе собраться и почесать языки. И уже когда стало темнеть, не спеша стали расходиться по своим кишлакам.

Через несколько дней при очередной встрече Зал-май сообщил мне, что многие старейшины в своих кишлаках собрали жителей и довели до них требования советского командира. После этой беседы некоторое время в округе была тишина и спокойствие. Ночью не было стрельбы, прекратились обстрелы колонн и подразделений. Видимо, старейшины поверили полковнику Слюсарю. Но со временем иностранные наемники начали нарушать все соглашения, и обстановка снова стала осложняться в районе ответственности дивизии. Тем не менее такие встречи стали практиковаться и далее. Были попытки проводить подобные митинги в районах боевых действий, но ничего, кроме обид, они не приносили. Позднее от таких мероприятий в районах, где происходили бое-столкновения, военные отказались.