Читать онлайн «Уго Чавес. Одинокий революционер». Страница 61

Можно сказать, что из-за родства с президентом Адан был «обречён» на выполнение самых сложных и ответственных политических поручений. Не на все предложения брата он давал «автоматическое» согласие. Так, он отверг попытку Уго выдвинуть его кандидатом на пост губернатора штата Мерида в 2000 году («Меня там знают, но я не уверен в победе»). Не дал согласия Адан и на своё назначение Главным координатором Боливарианских кружков. Их идеологическая разномастность, анархичность и нередкий экстремизм требовали человека с иным характером.

Однако за титаническую, почти неподъёмную работу по реформированию «Движения Пятая Республика», превращению его во влиятельную, идеологически мотивированную партию Адан взялся с охотой. Он был хорошо знаком с трудами Ленина о партийном строительстве и понимал, что нельзя отдавать в чужие руки стратегически важную задачу по созданию организованной и дисциплинированной политической силы. В будущем эта партия станет для боливарианцев важнейшим инструментом удержания и укрепления власти. Адан начал работу с позиций «политического директора» в «MVR» и занимался ею практически без перерыва семь лет, увенчав её конкретным результатом — созданием Единой социалистической партии Венесуэлы (PSUV).

Самым трудным в совместной работе братьев по консолидации «боливарианского проекта» был период с 1999 по 2002 год. В правительстве, вооружённых силах, государственном аппарате, в экономике и финансах — везде были элементы «пятой колонны», которые идентифицировали себя с Четвёртой республикой и были враждебны всему, что символизировал Чавес. Ему предстояла сложная и долгая борьба, исход которой был непредсказуем. Всё приходилось начинать с нуля. Прежде всего необходимо было провести полное обновление правящего аппарата, что предвещало конфликты и конфронтации, причем без оптимистичного прогноза.

Само развитие событий подсказывало: надо больше опираться на широкие народные массы. Попытки заинтересовать реформами привилегированные сословия — в их же интересах, чтобы предупредить кровавый революционный взрыв, — не встречали отклика и понимания. Их интересовало другое: охота за назначениями, выгодные контракты, коррупционные комбинации. Чавес стал «уходить» в популизм, шаг за шагом перевоплощаясь в лидера возмущённых социальным неравенством народных масс.

В числе первых «нестандартных» шагов Чавеса на президентском посту было направление открытого «письма солидарности» Ильичу Рамиресу Санчесу, всемирно известному под псевдонимом Карлос, а ещё больше по остросюжетному фильму «Шакал», для которого послужил прообразом, но в весьма искажённой и примитивной форме. В фильме Ильич показан безжалостным аморальным террористом, для которого насилие — высшая цель жизни.

Для Чавеса адресат его послания — соотечественник и революционер, а никоим образом не жестокий и беспринципный террорист. Антигуманные условия содержания Карлоса, получившего пожизненный срок, осуждаются венесуэльским президентом. Чавес обратил внимание на Карлоса ешё в период своей предвыборной борьбы. В венесуэльской прессе было опубликовано письмо Ильича со словами поддержки «маргинальному кандидату».

«Письмо солидарности» сопровождалось конкретными действиями. По распоряжению Чавеса оплачиваются судебные издержки Ильича, предпринимаются меры по его репатриации на родину для отбывания заключения в венесуэльской тюрьме.[59]

Помимо родственников Ильича Рамиреса поддерживает его адвокат Исабель Кутан-Пейре. Обаятельный узник сумел покорить сердце француженки. Брачный союз позволяет им чаще видеться, противостоять злоупотреблениям тюремных властей. Исабель удалось добиться отмены откровенно репрессивной меры по многолетнему содержанию Ильича в одиночке под надуманным предлогом его «возможного негативного влияния на заключённых». «Тюремные власти пытаются добиться умственной и физической деградации Ильича», — подчеркнула в своем иске Исабель. Она выиграла дело, и её подопечному была выплачена компенсация за ущерб, нанесённый здоровью.

Карлос Рамирес, принявший ислам, делает громкие заявления, даже находясь в тюрьме. В интервью французскому телеканалу он заявил, что атаки на Всемирный торговый центр в Нью-Йорке 11 сентября 2001 года были актом «законной войны». Последовал новый суд и денежный штраф в 6,5 тысячи долларов. На суде присутствовал представитель посольства Венесуэлы, который обнял Рамиреса, когда полицейские агенты проводили его мимо. Этот поступок был истолкован как неофициальный жест солидарности Боливарианской Венесуэлы с Ильичом Рамиресом.

Смерть в тюрьме воспринимается им как вероятный финал его жизни. Силы для сопротивления он черпает на примере отца, профессионального революционера, преподавшего сыну первые уроки конспирации. В открытом письме «Мой отец» по поводу его смерти в возрасте 90 лет, Ильич так вспоминает о нем: «Да, он имел необычайные способности для организации военных заговоров. Он обучил меня правилам конспирации и помогал в практической деятельности подполья советами, как вести себя под неусыпным наблюдением разведывательных служб, как использовать их собственных агентов, особенно женщин, как не стать жертвой их цепкого прощупывания. Коммунист sui generis, мой отец с убеждением говорил, что без помощи военных коммунистическая партия Венесуэлы никогда не сможет довести дело до революции. Только офицеры-патриоты «типа Насера» смогут взять власть, чтобы совершить революцию. История подтвердила, что он был прав».

В те же первые месяцы президентства «чавесологи» обратили внимание на то, что Чавес при каждом удобном случае цитировал наряду с Боливаром и Библией Лукаса Эстрелью, мало кому известного тридцатилетнего аргентинского писателя, живущего в Чили. Он был автором книги, вернее брошюры, «Оракул воителя», стилизованной под труды буддистских мудрецов. По мнению почитателей Эстрельи, его труд даёт ответы на все экзистенциальные вопросы. Фанатики книги изобрели «мистическую» процедуру её применения: нумеровали 36 фасолинок по числу глав в книге, ссыпали их в мешочек или просто в карман и потом, когда возникали жизненные затруднения, наугад извлекали одну из них. Цифра на фасолинке соответствовала номеру главы, в которой надлежало искать ответ. Эту брошюру Чавесу подарила Марисабель, чтобы он мог бороться со стрессами президентской жизни.

Благодаря Чавесу «Оракул воителя» стал бестселлером не только в Венесуэле, но даже в Европе и США. Лукас Эстрелья превратился в модного гуру-эзотерика, которому в Латинской Америке завидовали многие писатели: написал одну книжонку, а читают её повсюду.