Читать онлайн «Немецкие подводные лодки во второй мировой войне». Страница 121

С марта 1943 года союзные конвои с военными грузами для России следовали уже не через Северный Ледовитый океан — в Мурманск, а через Средиземное море, которым они теперь снова могли пользоваться, — в Персидский залив. Лишь в конце 1943 года возобновилась отправка конвоев в Мурманск. Поэтому в течение лета 1943 года в Северном Ледовитом океане так и не представилось случаев нанести удар.

6 сентября группа под командованием адмирала Кумметца направилась к Шпицбергену и разрушила там погрузочное оборудование и угольные шахты, которыми пользовались англичане. Этот выход кораблей должен был также наладить взаимодействие группы с приданными ей эскадренными миноносцами.

После операции "Тирпиц" и "Шарнхорст" вернулись на свои стоянки в Альтен-фьорде. "Шарнхорст" стоял в Ланг-фьорде, "Тирпиц" — в Каа-фьорде. Оба фьорда являются ответвлениями Альтен-фьорда. Стоянка линейного корабля "Тирпиц" была защищена от атак подводных лодок сетевым заграждением. Оно исключало возможность прорыва подводных лодок противника, до тех пор пока оставался закрытым проход, необходимый для движения портовых плавучих средств.

В конце сентября 1943 года английские подводные лодки привели на буксире к Альтен-фьорду три "карликовые" подводные лодки. Две из них: "Х-5" и "Х-7" — были уничтожены нашим охранением, но "Х-6" удалось проникнуть внутрь сетевого заграждения через открытый в тот момент проход и прикрепить к корме "Тирпица" специальную мину. Взрыв причинил "Тирпицу" настолько серьезные повреждения, что его ремонт занял пять месяцев. Со стратегической точки зрения выход "Тирпица" из строя на такой длительный срок был большой потерей. Когда в конце 1943 года союзники возобновили движение конвоев в Мурманск, наша группа состояла только из "Шарнхорста" и приданных ему эскадренных миноносцев.

В ноябре 1943 года в связи с болезнью Кумметца командование группой было возложено на контр-адмирала Бея. Как и Кумметц, он служил на эскадренных миноносцах и получил в мирное время и во время войны разностороннюю тактическую подготовку.

То, что в дальнейшем будет рассказано о последнем бое "Шарнхорста" и его потоплении, я в основном почерпнул из боевого донесения, которое английский адмирал Фрезер 28 января 1944 года направил адмиралтейству (Supplement to the London Gazette, 5 August 1947).

Однако когда английская историография изучит операцию "Шарнхорста" и опубликует материалы о ней, необходимо будет еще раз проверить мое изложение событий. Но и тогда любое описание последней операции "Шарнхорста" останется неполным, поскольку мы не знаем, какими мотивами руководствовался в своих действиях павший в бою командующий группой контр-адмирал Бей. Мы не знаем также, могли бы мы действовать лучше, чем это сделал он. С такой точки зрения и следует подходить к описанию событий, приведших "Шарнхорст" к гибели.

22 декабря 1943 года примерно в 400 милях к западу от Тромсё (Северная Норвегия) германский самолет обнаружил конвой, шедший курсом на северо-восток.

Около полудня 23 декабря германская воздушная разведка обнаружила его вторично на том же курсе. Конвой состоял примерно из 17 сухогрузных транспортов и трех танкеров в охранении трех или четырех крейсеров и девяти эскадренных миноносцев или корветов.

В этот момент наша боевая группа в Альтен-фьорде состояла из линкора "Шарнхорст" и пяти эскадренных миноносцев 4-й флотилии эсминцев. Командовал группой контрадмирал Бей, поднявший свой флаг на "Шарнхорсте". Группа непосредственно подчинялась командованию флотом. 22 декабря 1943 года она получила приказ в течение трех часов подготовиться к выходу в море.

24 декабря, когда конвой был обнаружен вновь примерно в 250 милях к западу от северной оконечности Норвегии (причем он продолжал следовать курсом на северовосток), стало ясно, что речь шла о транспортах с грузами для России.

Командующий подводными силами на Северном Ледовитом океане развернул подводные лодки в завесу к западу от острова Медвежий с целью перехватить конвой.

25 декабря одна из лодок донесла, что в 09.00 конвой шел курсом 60 градусов и находился в квадрате АВ 6720.

В полдень подводная лодка вновь донесла о конвое и сообщила погоду: ветер южный — семь баллов, дождь, видимость — две мили.

Обстановка, таким образом, была следующая. Конвой с военными грузами для России в охранении крейсеров проходил в пределах досягаемости нашей группы. Его местонахождение, курс и скорость хода были точно известны. Поскольку граница льдов доходила до Медвежьего, а боевая группа обладала превосходством в скорости, конвой не мог уклониться от ударов наших кораблей.

Наша разведка не обнаружила в море ни одного тяжелого корабля противника, но это, конечно, еще не означало, что таких кораблей действительно не было. Однако вполне возможно, что они находились так далеко от конвоя, что стремительный удар "Шарнхорста" мог принести успех.

Большое количество военных материалов, которые 20 судов конвоя могли доставить в Россию, значительно усилило бы наступательную мощь русских. При благоприятной обстановке наша боевая группа должна была помешать этому. По моему мнению, мнению командования флота и штаба руководства войной на море, на этот раз "Шарнхорсту" представилась возможность добиться крупного успеха.

Поэтому 25 декабря я приказал "Шарнхорсту" выйти в море и сопровождении 4-й флотилии эсминцев.

В директиве командования флота боевой группе были даны следующие указания:

"а) Начало операции боевой группы "Шарнхорст" с пятью эсминцами против конвоя — 26.12 с наступлением рассвета (около 10.00);

б) атака сосредоточенными силами только при выгодной боевой обстановке (погода, видимость, ясность обстановки);

в) если обстановка не окажется благоприятной, атаковать только силами эскадренных миноносцев; линкору отходить на позицию ожидания эскадренных миноносцев, а в случае необходимости — даже на позицию ожидания во внешнем фьорде."

25 декабря в 19.00 "Шарнхорст" и 4-я флотилия эсминцев снялись с якоря и в 23.00 вышли из норвежских шхер. Оттуда они следовали совместно ходом 25 узлов и курсом 10 градусов в точку, где должен был находиться конвой 26 декабря в 10.00. Вечером 25 декабря отмечался юго-западный ветер 6 баллов, умеренная зыбь, волна — 5 баллов, увеличение облачности, хорошая видимость.

25 декабря в 23.55 Бей радировал командованию флота:

"В районе операции предположительно ветер юго-западный, 6–8 баллов, оружие эсминцев использовать трудно, скорость хода ограничена."

Что же побудило командующего боевой группой передать такую радиограмму?

Ее передали, не запросив предварительно командира флотилии эсминцев о боеспособности при данной погоде его эскадренных миноносцев, шедших совместное "Шарнхорстом". Кроме того, подводные лодки уже передали метеосводку, значит, командование флота уже знало погоду, и боевая группа должна была об этом знать. Несмотря на это, боевая группа своей радиограммой нарушила радиомолчание, столь важное в тактическом отношении. Почему — мы не знаем.