Читать онлайн «Тайны погибших кораблей (От Императрицы Марии до Курска)». Страница 167

Посмертные судьбы погибших всегда в руках живых. Никто не спрашивал согласия капитан-лейтенанта Дмитрия Колесникова на покидание корабля, на расставание со своим экипажем. Но главковерх приказал оставить отсек, и капитан-лейтенант Колесников приказ выполнил, как будто для того, чтобы доставить донесение с борта затонувшей атомарины. Нечто подобное совершил когда-то погибший командир К-8 капитан 2-го ранга Всеволод Бессонов, который успел передать список вахты, зажатый в закостеневшей от холода руке, и навсегда уйти в пучину.

* * *

Капитан 1-го ранга Геннадий Лячин войдет в историю российского флота вовсе не как командир злосчастной атомарины. Он войдет в боевую летопись ВМФ как командир того "Курска", который - и это без всякой патетики совершил летом 1999 года поход в Атлантику и Средиземное море.

Не каждого командира корабля и не после каждого похода принимает в Кремле Президент страны. Таких за последние полвека по пальцам перечесть можно: первый - командир первой советской атомной подлодки - Осипенко.

Лячин о походе: "...В этом походе было всякое... Побывали в южных широтах Атлантики, в Средиземном море. Лодка новая, и в первом же ее автономном походе важно было проверить, насколько надежными окажутся ее материальная часть, все жизненно важные системы, особенно в сложных условиях большого противостояния противолодочных сил флотов НАТО. А задача была - поиск и слежение за авианосными ударными группировками потенциального противника. Предстояло узнать все: состав его сил, маршруты развертывания, переходов, характер деятельности и многое другое.

И мы не давали спокойной жизни многочисленным силам противника, и к себе ощущали, мягко говоря, повышенное внимание. Нам пытались активно противодействовать в первую очередь патрульная противолодочная авиация, а также надводные корабли и подводные лодки. Мы их своевременно обнаруживали, но случалось, что и они нас засекали. У них задача была - установить за нами длительное устойчивое слежение, что мы им постоянно срывали..."

Запомним эти слова командира "Курска". Именно такая задача стояла и перед американскими подлодками "Мемфис" и "Толедо" в роковой августовский день: длительное и устойчивое слежение.

Глава шестнадцатая

СЕКРЕТНЫЙ ПОХОД "КУРСКА"

- А дальний поход у них был в прошлом (1999 году. - Н.Ч.) году - это шедевр! - восклицает бывший заместитель командира АПЛ "Псков" капитан 1-го ранга Виктор Суродин. Он знал Лячина еще с того времени, когда их подводные лодки "Курск" и "Псков" строились в Северодвинске. - Они дошли незамеченными до Средиземного моря - по Баренцеву, потом по Северному, через Фареро-Исландский рубеж с его суперчувствительными гидроакустическими станциями SOSUS, дальше в Атлантику и в Гибралтар. Их засекли уже на пути домой. Российская лодка, тем паче такого класса, в этот район не заходила давно. Когда выяснилось такое, по тревоге поднялся весь 6-й флот США. На контроперацию "противник" потратил десятки миллионов долларов, но "Курск" выполнил ВСЕ (!) боевые задачи и вернулся домой...

Да, поход "Курска" в Средиземное море в 1999 году вызвал глухое раздражение Пентагона. Это был поход особого рода. Помимо демонстрации флага в тех водах, куда Россию традиционно и старательно не допускали все последние двести лет, он давал понять, что российский флот скорее жив, чем мертв, несмотря на почти десятилетнее систематическое его умерщвление.

"Курск" прошел той самой "тропой холодной войны", какой почти сорок лет ходили советские подводные лодки - от берегов Кольского полуострова через Норвежское море и далее между Британией и Исландией в Центральную Атлантику со скрытным проходом сквозь гибралтарскую щель в Великое Море Заката, как называли древние лазурный простор меж трех континентов Европы, Азии и Африки.

Разумеется, это был акт большой политики, поскольку Америка с Англией вели активную воздушную войну против Сербии (не забудем, что в Первую мировую войну Россию заставили вступить именно под флагом защиты сербских братьев от австро-германской экспансии).

Россия, как обессиленная затравленная медведица, смогла лишь оскалить свои ядерные клыки. Клыками были ракеты "Курска", доставленные Лячиным и его экипажем в зону международного конфликта.

Каких-нибудь лет десять назад такие походы - с Севера в Средиземное море через противолодочные рубежи, развернутые НАТО на пути Гибралтару, были обыденном делом. Теперь же это стало предприятием особого риска и особой чести. И то, что "Курск" сумел совершить такой поход, или, как говорят военные моряки, боевую службу, говорит и о высокой технической готовности корабля, и о морской выучке экипажа. И то, и другое в условиях пристеночного существования флота - весьма и весьма непросто, архисложно, как говаривал один из вождей государства. Вот почему за некогда ординарный поход в "Средиземку" командир "Курска" был представлен к золотой звезде Героя России и получил ее, увы, посмертно.

- "После "автономки" меня принял для доклада Владимир Путин, рассказывал потом Геннадий Лячин корреспонденту "Курской правды", Владимир Владимирович внимательно выслушал короткий доклад о походе, задал несколько вопросов и высказал удовлетворение миссией экипажа атомного подводного крейсера "Курск" в Атлантике и Средиземноморье. Высокая оценка дана также главкомом ВМФ и Министерством обороны России.

Главный же вывод был таким: Россия не утратила возможности в целях собственной безопасности и своих национальных интересов обеспечивать свое активное военное присутствие во всех точках Мирового океана, и по-прежнему ее атомный подводный флот является надежным ракетно-ядерным щитом нашей великой морской державы.

Глава семнадцатая

СКОЛЬКО ОНИ ПРОДЕРЖАЛИСЬ?

Страшное совпадение...

О том, что "Курск" будет затоплен в рамках специальных учений, Агентство военных новостей сообщило ровно за три месяца до катастрофы - 11 мая 2000 года:

"...В июле - августе на Северном флоте пройдет учение аварийно-поисковых сил флота по оказанию помощи "затонувшей" атомной подводной лодки. План учений уже подготовлен и утвержден в Управлении поисковых и спасательных работ ВМФ... В соответствии со сценарием учения атомная подводная лодка в результате "аварии" должна лечь на грунт, а спасательное судно "Михаил Рудницкий" обеспечит выход на поверхность "пострадавшего экипажа". Подъем людей с глубины свыше ста метров будет произведен с помощью специального спасательного "колокола".

Увы, "Михаилу Рудницкому" и в самом деле пришлось выходить на помощь "Курску", но уже по другому сценарию, который написала Смерть.

* * *

Вот самый острый и больной для всех вопрос - как спасали? По мнению людей, не представляющих себе, что такое море, глубина и подводные работы, - спасали из рук вон плохо. Можно понять родственников погибших им все казалось слишком медленным, порой преступно медлительным и даже нарочно затянутым, чтобы "погубить последних свидетелей". Наверное, и я бы так же считал, если бы не знал, если бы сам не принимал когда-то участие в морских спасательных работах... Но я-то видел, с каким бесстрашием, с каким рвением уходят в глубины, в затопленные корабли наши водолазы-смертолазы...