Читать онлайн «Воспоминания немецкого генерала.Танковые войска Германии 1939-1945». Страница 101

Для этого необходимо:

а) отказаться от снабжения второстепенных театров военных действий танками новой конструкции, ограничиваясь использованием на этих фронтах танковых частей, имеющих на вооружении трофейную материальную часть;

б) свести все танковые подразделения и части (включая танки «тигр», «пантера», T-IV и временно также часть лёгких самоходных орудий) в танковые дивизии и танковые корпуса, находящиеся под компетентным командованием;

в) принимать во внимание условия местности при использовании танков в наступлении;

г) держать в резерве новую материальную часть (т. е. в настоящее время танки «тигр» и «пантера», а также тяжёлые самоходные орудия) до тех пор, пока мы не будем иметь этой техники в количестве, обеспечивающем успех решающего внезапного удара; преждевременное рассекречивание новой техники может привести к тому, что уже в следующем году мы встретим эффективную оборону противника, против которой за такой короткий срок нам нечего будет противопоставить;

д) отказаться от новых формирований; основу старых танковых и моторизованных дивизий составляют хорошо обученные солдаты и неплохая техника, что обеспечивает необходимую помощь при обучении новых пополнений; этого нельзя сказать о новых формированиях.

Продолжительное использование танковых дивизий исключительно в обороне является в настоящее время расточительностью. Это мешает пополнению дивизий и снижает их готовность к наступлению.

Из вышеизложенного можно сделать вывод о необходимости снять с фронта большое количество танковых дивизий и направить их в тыл на пополнение.

6. Противотанковая оборона всё больше и больше становится главной задачей самоходных орудий, так как другие противотанковые средства недостаточно эффективны в борьбе с новыми танками противника и несут слишком большие потери.

Все дивизии, находящиеся на основных фронтах, нуждаются поэтому в определённом оснащении их этим видом оружия, в то время как на второстепенных фронтах следует удовлетворяться созданием резерва самоходных орудий при главном командовании, а дивизии вооружить в первую очередь противотанковыми орудиями на самоходных лафетах. В целях экономии личного состава и материальной части следует постепенно осуществлять слияние дивизионов самоходных орудий с противотанковыми дивизионами.

Новые тяжёлые самоходные орудия следует использовать только на главных фронтах и для выполнения особых задач. Именно они являются в первую очередь противотанковым средством.

Эффективность 75-мм самоходного орудия L-70 ещё неизвестна.

7. Танковые разведывательные батальоны превратились в пасынков танковых дивизий. Если их значение в Африке бесспорно, то на Восточном фронте в настоящее время оно уменьшилось. Однако это не должно вводить нас в заблуждение. Если мы в 1944 г. снова предпримем наступление большого масштаба, на что будем надеяться, то нам необходимо иметь эффективную наземную разведку.

Для этого необходимо:

а) достаточное количество лёгких однотонных бронетранспортёров (находятся в производстве и уже выпускаются);

б) бронеавтомобиль с большой скоростью передвижения (60–70 км/час), надёжной бронёй и хорошим вооружением.

В настоящее время такие машины больше не выпускаются. Я прошу полномочий на изучение этого вопроса вместе с министром Шпеером, чтобы затем сделать конкретное предложение.

8. Для оснащения моторизованных частей танковых дивизий необходимо продолжать выпуск 3-тонных бронетранспортёров и наладить их серийное производство, отказавшись от всяких конструктивных изменений.

Этими машинами также должны быть обеспечены инженерные части и части связи бронетанковых войск.

9. Артиллерия танковых и моторизованных дивизий уже 10 лет получает в достаточном количестве надёжные самоходные орудия. Танки новой конструкции не могут быть использованы артиллерийскими наблюдателями.

10. Прошу дать принципиальное решение следующих вопросов:

а) утвердить проект организации штаба генерал-инспектора бронетанковых войск с местом пребывания в главной ставке фюрера и штаба инспектора бронетанковых войск армии резерва с постоянным местом пребывания в Берлине;

б) утвердить штатное расписание организации войск военного времени;

в) подчинить всю самоходную артиллерию генерал-инспектору бронетанковых войск;

г) отказаться от новых формирований танковых и моторизованных дивизий в сухопутных войсках и в войсках СС, ввести в существующих дивизиях, а также в дивизии «Герман Геринг» новое штатное расписание военного времени;

д) продолжать выпуск танков T-IV в 1944–1945 гг.;

е) сконструировать бронеавтомобиль хотя бы на основе имеющихся конструкций;

ж) ещё раз проверить необходимость конструирования лёгкого самоходного орудия с 75-мм пушкой L-70. В противном случае (если придётся отказаться от этой конструкции) заменить его лёгким самоходным орудием с 75-мм пушкой L-48 и бронетранспортёром для пехоты.

Каждый пункт доклада вызвал горячие споры. Все пункты, по крайней мере теоретически, были одобрены, за исключением одного — подчинения самоходных орудий генерал-инспектору бронетанковых войск. При обсуждении этого вопроса в зале поднялась буря негодования. Все присутствующие, кроме Шпеера, были против меня, особенно возмущались, конечно, артиллеристы. Шеф-адъютант фюрера даже заявил, что самоходная артиллерия является единственным оружием, в котором артиллеристы могут заслужить рыцарский крест. Наконец, Гитлер сказал, сочувственно посмотрев на меня: «Вы видите, все против вас. В таком случае я тоже не могу согласиться». Это решение имело большие последствия, ибо самоходная артиллерия осталась сама по себе; противотанковые дивизионы сохранили на вооружении несовершенные орудия на тракторной тяге, пехотные дивизии были лишены эффективной противотанковой обороны.

Прошло 9 месяцев, пока Гитлера убедили в этой ошибке, но уже не удалось до конца войны обеспечить все дивизии этим столь необходимым противотанковым средством. К сожалению, во вред общему делу даже одобренные предложения постоянно то отводились, то опять принимались, то объединялись в одно предложение, что препятствовало их осуществлению на практике; это касается в первую очередь моих настойчивых, неоднократных просьб о своевременном отводе с фронта на пополнение танковых дивизий, чтобы создать подвижный резерв в распоряжении верховного командования. Но именно верховному командованию и недоставало понимания решающего значения подвижных боеспособных оперативных резервов. Это непонимание господствовало до самого последнего дня войны, оно в значительной степени виновно в нашем поражении. Виновен в катастрофе и Гитлер со своими военными советниками, которые не только не поддержали меня по вопросу о создании таких резервов, а, наоборот, даже препятствовали мне.