Читать онлайн «Сталин против Троцкого». Страница 104

Меркадер так и не признался, что он являлся агентом НКВД. Даже его настоящее имя стало известно лишь в 1946 году. Рамон получил 20 лет и полностью их отсидел. После чего приехал в Москву, где стал Героем Советского Союза. Дальше жил тихо. О своем прошлом он отзывался так: «Если бы пришлось заново прожить сороковые годы, я сделал бы все, что сделал, но только не в сегодняшнем мире. Никому не дано выбирать время, в котором живешь».

Итак, Троцкого не стало. Но дело его продолжалось. Правда, так, что глаза бы не глядели… Товарищ Сталин совершенно правильно предсказал судьбу этого движения без Троцкого.

После смерти Вождя и Учителя IV Интернационал очутился в очень скверном положении. Их идеи оказались совершенно несозвучными эпохе. Но это бы еще ладно. Довольно быстро выяснилось: у троцкистов не оказалось другого признанного лидера. То есть такого, который мог бы, как Ленин, своим авторитетом приводить к общему знаменателю различные мнения. А их, этих мнений, было полно. История развивалась совершенно непредсказуемым образом.

Не нашлось и такого человека, как Сталин или Мао Дзэдун, которые могли бы приспособить идеологию к конкретным условиям и требованиям момента. Так что чем дальше – тем больше троцкисты скатывались в сектантство.

К тому же, троцкисты не занимались никаким реальным делом. А такое положение всегда ведет к бесчисленным сварам по поводу содержания выеденного яйца. Это мы видели в эмигрантской дореволюционной среде. Да и среди белой эмиграции наблюдалось примерно то же самое.

Уже упоминалось о позиции Троцкого по поводу оккупации Франции. Троцкисты действовали в том же духе.

«IV Интернационал уже в период оккупации призвал своих сторонников служить в коллаборационистских органах. „Мы полагаем, – писали троцкисты, – что немцы будут оккупировать Европу долгие годы, и речь поэтому о нашем присутствии в единственных организациях, которые будут наделены властью“. Более того, троцкисты даже вступали в легионы французских „добровольцев“, созданных фашистами для борьбы с движением Сопротивления. Эти люди, становясь полицаями и старостами, говорили, что собираются проводить „революционную политику“! Большего издевательства над революцией трудно себе представить.

Позицию немногих троцкистов, сочувствовавших борьбе с фашизмом, лидеры IV Интернационала клеймили, как „социал-патриотическое извращение… несовместимое с программой и основной идеологией IV Интернационала“.

Фашисты отвечали любезностью на любезность. В условиях оккупации французские троцкистские организации, фактически с разрешения нацистов, проводили многочисленные собрания, съезды и даже конференцию европейских секций IV Интернационала.

Троцкистская литература выходила без всяких проблем. Единственным случаем „репрессий“ против троцкистской прессы является арест в 1941 г. Жака Ру – издателя „Парижской революции“. Жак был приговорен всего к 6 месяцам заключения, что было исключительно мягким наказанием для нацистского правосудия».

Не гнушались троцкисты и напрямую сотрудничать с Абвером. Об этом, к примеру, докладывал парижский резидент НКВД. Немцы использовали троцкистов для поиска ушедших в подполье руководителей Компартии Франции.

В своем дневнике Геббельс писал, что 24 июня 1944 года он отдал приказ создать три радиостанции, вещавшие на СССР. Одна должна была вести передачи в «белогвардейском» духе – то есть «за Россию против жидов и большевиков», вторая – в «национал-сепаратистском», пропагандируя украинский, белорусский, татарский и прочие национализмы. А третья… Правильно – должна была вещать в троцкистском духе. Правда, этот проект как-то не заладился. Немцы рассчитывали победить голой силой. К тому же советское руководство поступило просто и жестко – приказало сдать все приемники. Немцы же на оккупированной территории тоже не приветствовали наличие у населения радиоаппаратуры. Точнее – за это расстреливали. Но, как видим – тенденция…

Справедливости ради стоит сказать, что не все троцкисты были сторонниками непротивления немцам. Но и тогда их позиция была такой, что хоть стой, хоть падай. Так в № 87 «Бюллетеня оппозиции» за август 1941 года помещен материал «За защиту СССР!», подписанный Исполнительным Комитетом Четвертого Интернационала. Материал вызывает тихий ужас с чисто профессиональной точки зрения. Я уже упоминал принцип политической журналистики: «В статье должна быть одна мысль, повторенная не менее трех раз». Но троцкисты этого не могли. Они говорят в материале – да, надо защищать СССР. Но… поступиться принципами не в состоянии. Поэтому идет длиннейшее обличение Сталина: «Сам Гитлер является продуктом заката пролетарской революции, вызванного великим вредителем, имя которому Сталин. Мы повторяли и повторяем: без Сталина не было бы Гитлера! Над современным закатом Европы, над неисчислимыми бедствиями для трудящихся масс и над потерей великих надежд лежит мрачная тень Сталина, великого организатора пролетарских поражений!»

И так далее. Но ладно. А как защищать?

«Первым союзником СССР является германский пролетариат, у которого тот же враг: германский империализм. Но даже и теперь теснимая армиями Гитлера, бюрократия не решается апеллировать к нему. Она обратилась к немецкому народу, в том числе и к „честным национал-социалистам“ с воззванием, которое не заключает ни одной пролетарской ноты, а полно жалких и смешных ламентаций. В борьбе с германским империализмом пролетарский интернационализм является более могущественной силой, чем та помощь, которую Москва может получить от Лондона или Вашингтона».

Ну, и наконец, полный апофегей: «Чтоб покончить с Гитлером, – лучшим оружием является восстановление советской демократии.

Бюрократический режим, который существует благодаря компромиссу между пролетариатом и империализмом, не сможет надолго пережить войну. Даже в случае победы дни сталинской клики сочтены. Победа, даже в форме длительного сопротивления, разбудила бы все надежды советских масс и рассеяла бы апатию, накопившуюся за годы поражений. Рабочие и колхозники все меньше мирились бы с произволом бюрократов, а поражение германских армий неизбежно вызвало бы то, чего Сталин боится больше всего, – пролетарских восстаний по всей Европе. Теряя почву под ногами в огне европейских революций, Сталин последовал бы вскоре в бездну за Гитлером».

Как видим, во время Второй мировой войны троцкисты решили повторить лозунг Ленина о превращении империалистической войны в гражданскую. Между прочим, в Италии и Греции чуть было так и не случилось. Коммунисты, которые сильно окрепли в подполье, в движении Сопротивления, решили попробовать взять власть. Да и во Франции влияние ФКП после войны было очень сильным. А на троцкистов, которые примчались учить их жизни, люди левых взглядов смотрели мрачно: а вы кто такие и откуда взялись?