Читать онлайн «Нож в спину. История предательства». Страница 69

Но Англия и Франция поделили Ближний Восток по-своему. Лига Наций вручила мандат на управление Сирией и Ливаном Франции. Французы выставили Фейсала из Сирии, и он стал королем Ирака. Палестина же напрямую управлялась Англией.

Палестина мало напоминала цветущую землю, описанную в Библии. Это было пустынное и унылое место, бесконечно отставшее в своем развитии от Европы. Приезжавшим из Европы переселенцам доставались самые скудные земли, на которых ничего не росло. Они осушали болота и прокладывали дороги. Они гибли от малярии и голода, отчаявшись, уезжали, но самые упорные оставались. Работа была только крестьянская, но переселенцы радовались этому: они считали, что евреи должны вернуться к своему исконному делу — возделыванию земли.

Палестинские евреи стремительно меняли облик региона. Умеренные арабские политики были готовы сотрудничать с ними, видя, как преображается Палестина. Но не Хадж Амин Аль-Хусейни, чьи взгляды сформировались под влиянием книги «Протоколы сионских мудрецов». Он считал палестинских евреев неверными, которые не заслуживают жизни. В 1920 году он произнес перед толпой в Иерусалиме антиеврейскую речь. Вдохновленные слушатели бросились претворять его слова в дела и убили нескольких евреев. Так начался террор, который продолжается в Палестине уже много десятилетий.

Сделав свое дело, Хадж Амин скрылся. Суд заочно приговорил его к десяти годам тюремного заключения. Но сидеть ему не пришлось. В Палестине была создана британская гражданская администрация, которую возглавил сэр Герберт Сэмюэль, депутат парламента и бывший министр внутренних дел. Он амнистировал всех арабов, осужденных британскими военными судами, в том числе Хадж Амина.

Когда умер его старший брат Камаль аль-Хусейни, Хадж Амин сам захотел стать великим муфтием Иерусалима. Кандидатур было несколько, избирали муфтия наиболее авторитетные священнослужители, в результате голосования Хадж Амин оказался четвертым. Но ему помог чиновник британской администрации Эрнест Ричмонд, с которым они дружили. Ричмонд не скрывал ни своего гомосексуализма, ни ненависти к евреям. Он уговорил британского верховного комиссара отдать титул великого муфтия Амину аль-Хусейни.

Хадж Амину было тридцать шесть лет. Он делал маникюр, стригся у лучших парикмахеров, питал пристрастие к дорогим ресторанам и модной мебели. У него было много врагов среди политических конкурентов, его несколько раз пытались убить. Он не выходил из дома без бронежилета и телохранителей. Он ощущал в себе призвание не богослова, но политика. Он председательствовал на первой Всеобщей исламской конференции в Иерусалиме, основал Палестинскую арабскую партию и Высший арабский комитет.

Британцы рассчитывали его назначением умиротворить радикально настроенных исламистов. Но, как всякая политика умиротворения, она потерпела провал. С его избранием политический исламизм в Палестине взял верх над более умеренными течениями. Хадж Амин превратил религию в инструмент борьбы с врагами.

Летом 1929 года в Иерусалиме начались столкновения между арабами и евреями — из-за права доступа к Стене Плача. Здесь когда-то стоял храм царя Соломона. Его разрушил вавилонский царь Навуходоносор IL Он уничтожил Иудейское царство и увел евреев в плен. Когда они вернулись из вавилонского плена, то восстановили храм. И он вновь был разрушен — на сей раз римлянами… Эта стена — все, что осталось от второго храма.

На этом месте мусульмане воздвигли две мечети. И для арабов Стена Плача — часть комплекса мусульманских святынь, включающих мечети Омара и Аль-Акса. Верующим евреям разрешалось находиться лишь в коридоре шириной три с половиной метра. После попытки сделать более удобным подход к стене великий муфтий обвинил евреев в намерении осквернить святые места ислама. Нужен был повод для нападения на евреев.

17 августа 1929 года семнадцатилетний еврейский юноша случайно послал футбольный мяч в сад, принадлежавший арабам. Когда он отправился за мячом, его убили. Сотни радикалов во главе с аль-Хусейни ворвались в еврейский квартал Иерусалима. Они убили сто тридцать три еврея, несколько сотен ранили. Будущий президент Израиля Хаим Герцог навсегда запомнил, как погромщики напали на его 80-летнюю прабабушку, которую пырнули ножом.

Это был поворотный пункт. Политическая борьба против евреев соединилась с религиозным фанатизмом. Хадж Амин стал вождем радикального исламизма.

Палестинские евреи защищались, создавали отряды самообороны. В 1936 году между палестинскими арабами и палестинскими евреями разразилась настоящая война. Перестрелки в поселениях и на дорогах перерастали в нечто большее. Поезда и железнодорожные мосты взлетали в воздух. В том же году начались первые поставки оружия на Ближний Восток, подогревавшие войну. Оружие, боеприпасы, взрывчатку и деньги муфтию присылал Гитлер.

Великий муфтий установил контакты с нацистами еще в 1933 году — сразу после их прихода к власти в Германии. В конце марта 1933 года Хадж Амин обратился к германскому генеральному консулу в Иерусалиме доктору Генриху Вольфу и предложил помочь новому нацистскому правительству.

В тридцатых годах по всему Ближнему Востоку распространились симпатии к нацистам. Арабские политические партии копировали нацистскую партию. Лидер партии БААС в Сирии вспоминал:

— Мы были расистами, мы восхищались нацистами, читали их книги. Мы первыми задумались о переводе «Майн кампф» на арабский язык. Все, кто жил тогда в Дамаске, помнят, что люди тяготели к нацистам, потому что они побеждали, а мы тянулись к победителям.

Арабские боевые отряды формировал единомышленник муфтия, еще один бывший офицер турецкой армии Фаузи аль-Каукчи.

«Каждый год перед Рождеством, — вспоминала секретарь фюрера Криста Шрёдер, — йеменский имам присылал Гитлеру в подарок несколько мешков кофе. Те, кого Гитлер вносил в особый список, получали от него килограмм-другой кофе, что в то время было бесценным подарком, поскольку кофе входил в число продуктов, которые продавались по карточкам».

Нацистская Германия воспринималась арабскими националистами как лучший союзник в борьбе против англичан и палестинских евреев. Тут была общность взглядов и общность целей.

20 января 1941 года великий муфтий писал Гитлеру: «Я посылаю в Берлин моего личного секретаря, чтобы от имени крупнейшей и влиятельнейшей арабской организации и от моего имени он начал переговоры с германским правительством о налаживании искреннего сотрудничества во всех сферах. Я желаю вам, ваше превосходительство, долгой и счастливой жизни, блистательной победы, а великому немецкому народу и вашим союзникам — процветания».