Читать онлайн «Двор российских императоров. Энциклопедия жизни и быта. В 2 т. Том 1». Страница 91

Граффити на стекле

Говоря о повседневной жизни российских императоров, следует упомянуть еще об одной традиции, которая сохранялась в семье на протяжении нескольких поколений. Речь идет о граффити на стекле. Это был способ запечатлеть то или иное важное событие. Вообще, с фиксацией различных событий никаких сложностей не существовало, поскольку российские императоры добросовестно вели дневники. Кроме того, их действия тщательно фиксировали камер-фурьерские журналы. В случае же с граффити была важна именно сиюминутная личная фиксация события. Технически всё обстояло очень просто – несколько слов, дата или фраза выцарапывались на стекле бриллиантом. Иногда об этой надписи становилось известно многим, иногда о ее существовании знали только авторы. К сожалению, стекло – очень хрупкий материал, а Зимний дворец и другие императорские резиденции пережили не одну войну.

Одно из самых ранних свидетельств граффити – надписи на оконном стекле датского дворца Фриденсборг. В сентябре 1864 г. наследник-цесаревич Николай Александрович и датская принцесса Дагмар объяснились в любви. В память об этом событии на одном из окон дворца они выцарапали надписи «Nix» и «Dagmar». После того как в апреле 1865 г. цесаревич умер, невеста «перешла» к младшему брату – Александру. Когда в мае 1866 г. будущий Александр III прибыл в Данию для сватовства к той же Дагмар, его поселили в комнатах, где всего два года назад жил его любимый старший брат. В этих комнатах он и обнаружил выведенные на стекле надписи. После удачного завершения сватовства Александр решил повторить «опыт» старшего брата и предложил невесте оставить на стекле их имена627. Можно предположить, что окна Фриденсборга по сей день украшают четыре имени – двух русских цесаревичей и дважды одной Дагмар…

Другая дошедшая до нас история связана с романом цесаревича Николая и гессенской принцессы Аликс. Во время их второй встречи в 1889 г. они оставили свои имена на стекле одного из окон Коттеджа в Петергофе. Тогда цесаревичу был 21 год, а его будущей жене – 17 лет. История их граффити имела продолжение. В 1896 г. император Николай II и императрица Александра Федоровна отправились в первый заграничный вояж. В ходе путешествия они навестили родину императрицы, заехав в Дармштадт. И во дворце, в котором выросла девочка Аликс, они вновь оставили свои имена, вырезанные бриллиантом на одном из «гостевых окон». Дело в том что в дармштадтском дворце существовало окно, на стекле которого из десятилетия в десятилетие все значимые гости оставляли автографы.

Прошли годы. Постоянной резиденцией императорской семьи вновь стал Зимний дворец. И в 1902 г., стоя у одного из окон дворца, императрица Александра Федоровна вырезала на стекле ничего не значащие для посторонних слова: «Ники смотрит на гусар».

Как это ни удивительно, несмотря на революцию 1917 г., пожары Гражданской войны, ремонты дворца и страшную блокаду, стекло с надписью уцелело. И сегодня мы, проходя по залам, можем приподнять завесу тайны и словно наяву увидеть руку императрицы, вырезающую на стекле эту малопонятную для нас надпись.

Российский императорский двор справедливо считался одним из богатейших монархических дворов Европы. Неисчислимые ресурсы бескрайней России и положение абсолютных монархов позволили Романовым накопить огромные богатства. Однако «денег много не бывает», и наряду с колоссальными доходами привычная роскошь императорского двора требовала астрономических расходов. Периодически российские монархи, как самые обычные люди, сталкивались с проблемой отсутствия денег. Поэтому деньги считали, причем особенно тщательно считали те деньги, которые шли на личное потребление членов императорской фамилии. Разграничение финансов на государственные и личные отчетливо обозначилось еще при Петре I, но окончательно оформилось только в конце XVIII в.

5 апреля 1797 г. Павел I распорядился выделить из государственных владений часть недвижимых имений («из числа состоящих в государственной собственности»), и появились так называемые удельные доходы. Эти доходы предназначались исключительно для содержания членов императорской фамилии. И это были огромные денежные средства. С 1797 по 1897 г. из них было потрачено 236 308 791 рубль.

Павел I разделил императорскую семью на две основные категории. К первой он отнес тех членов императорской фамилии, кто имел «по первородству право к заступлению места наследника престола». Ко второй категории – всех тех, кто не имел прав на престол «по отдаленности их первородства, пока не пресечется поколение старших». Первым личное содержание выплачивалось из государственных сумм, то есть из Государственного казначейства, вторым – из удельных. Естественно, это содержание было разным.

В результате данного решения Павла I личные доходы российских императоров, вплоть до Николая II, стали складываться из трех источников. Во-первых, это были ежегодные ассигнования из средств Государственного казначейства на содержание императорской семьи. При Николае II эта сумма достигла 11 000 000 рублей. Во-вторых, это доходы от удельных земель. В-третьих, проценты с капиталов, хранившихся в английских и германских банках628.

Конкретные суммы на содержание были регламентированы Павлом I в 1897 г. Четвертая глава «Учреждения об императорской фамилии» так и называлась – «О содержании членов императорского дома».

Царствующей императрице выделялось 200 000 рублей в год плюс суммы на содержание ее двора. На содержание детей царя до совершеннолетия – по 33 000 рублей в год. На наследника-цесаревича давалось 100 000 рублей. На супругу наследника – 50 000 рублей в год, при возможном вдовстве – пенсия в 100 000 рублей и содержание ее двора. Детям наследника до совершеннолетия – по 20 000 рублей в год на каждого.

Четко прописывались суммы приданного капитала. Дочерям и внукам императора по прямой нисходящей линии – по 1 000 000 рублей. Правнукам и праправнукам – по 100 000 рублей. Происходящим от праправнуков императора – по 30 000 рублей. Еще раз отметим, что финансирование царствующей императорской семьи (первая категория) шло из средств Государственного казначейства, всех остальных (вторая категория) – из удельных сумм.

Определение суммы содержания каждого представителя императорской фамилии, поступавшей из государственного бюджета, – дело довольно деликатное. С одной стороны, существовала традиция, которая требовала поддержания привычной роскоши российского императорского двора, с другой – были и инфляция, и различные сложные жизненные коллизии в самой семье, которые вызывали настоятельную необходимость траты весьма крупных сумм. Так или иначе, при Николае Павловиче сложился определенный порядок финансирования императорской семьи, который не менялся вплоть до конца XIX в.