Читать онлайн «Двор российских императоров. Энциклопедия жизни и быта. В 2 т. Том 1». Страница 152

Конечно, столь жесткий контроль со стороны воспитателей не вызывал восторга у великих князей. Они подчинялись, но осадок сохранялся на долгие годы. Следует признать, что в отношении родителей к детям присутствовал элемент здорового прагматизма, учитывавший их будущее положение в родовой иерархии Романовых. И эта некоторая отчужденность во взаимоотношениях с родителями тяжело переживалась детьми. Так, спустя много лет, в 1878 г. великий князь Владимир Александрович рассказывал окружающим о «равнодушии своих родителей» к ним и без всякого уважения говорил о своих воспитателях194. Присутствовавший при этом великий князь цесаревич Александр Александрович соглашался с ним, называя свое детство «отвратительным воспоминанием»195.

Наличие негативных детских впечатлений подтверждал и граф С. Д. Шереметев, который был одним из адъютантов цесаревича Александра Александровича. Он писал, что ему не раз приходилось слышать от великого князя Александра Александровича упоминания о том, что у него «почти не было хороших воспоминаний отрочества… Пребывание в Зимнем дворце для него всегда было мрачное время, и он даже раздражался вспоминать о нем. Счастливое время для него началось с переездом из Зимнего дворца в Аничков. Почему он не любил вспоминать про свое детство и почему он раздражался, говоря об этом времени, – не знаю»196.

Видимо, воспоминания о детстве действительно не доставляли радости Александру и Владимиру. Наблюдая за взрослением своих младших братьев, разница в возрасте с которыми доходила до пятнадцати лет, они констатировали, что детство младших счастливее их собственного197.

У Александра III и императрицы Марии Федоровны было пятеро детей. Первый ребенок, будущий Николай II, родился в мае 1868 г., когда отцу было 23, а матери 20 лет. Естественно, «по образцу прошлых лет», воспитательную стратегию в отношении внуков определял Александр II. В раннем возрасте всех детей опекали одинаково: русские кормилицы в кокошниках, няни-англичанки, короткие платьица и женское окружение. Когда мальчики стали подрастать, родители поставили задачу перед воспитателями сформировать из великих князей «нормальных», не избалованных детей. В мемуарах часто приводятся слова Александра III: «Повторяю, что мне фарфора не нужно. Мне нужны нормальные здоровые русские дети».

Главным воспитателем к Николаю в 1877 г. был назначен генерал Григорий Григорьевич Данилович. В этой должности он состоял до 1891 г., то есть 14 лет. Это было решение Александра II, которое отнюдь не вызывало восторга у родителей ребенка.

Впоследствии, после гибели империи, современники, анализируя особенности сложного характера Николая II, «предъявили счет» Г. Г. Даниловичу. Некоторые из мемуаристов заявляли, что воспитательная метода Даниловича сломала характер Николая II, сделав наследника скрытным и замкнутым. Предъявляли претензии и Александру III, который не сумел передать детям свою харизму власти: «Их слишком настойчиво учили быть «прежде всего людьми» и слишком мало подготовляли к их трудной сверхчеловеческой роли»198.

Рассуждая на эту тему, следует иметь в виду, что Данилович был профессиональным военным педагогом. Свою педагогическую карьеру он начал в Дворянском полку, а затем служил под началом такого талантливого руководителя военно-учебных заведений, как Я. И. Ростовцев. Данилович принимал участие в реформе военно-учебных заведений в 1860-х гг., многие годы возглавлял аристократический 2-й Кадетский корпус. Это был опытный военный педагог, стоявший на уровне требований своего времени.

Трое сыновей Александра III не были избалованными детьми. Родители держали их в руках, причем каждый по-своему. Отец охотно разделял детские забавы не только своих детей, но и их ровесников. Сохранилось несколько фотографий Александра III с клюшкой в руках на катке у Аничкова дворца, рядом со своими подросшими сыновьями. Императрица Мария Федоровна подходила к этому вопросу по-иному, не выходя за рамки дворцового этикета. Естественно, отношение царственных родителей к своим детям обсуждалось в свете. Так, многие сходились в том, что любимым сыном Александра III был младший – Михаил, что Георгий – самый талантливый и способный, а старший сын Николай довольно бесцветен как личность. Досужим разговорам не было конца…

Доставалось и императрице Марии Федоровне. Например, генеральша Богданович в своем дневнике, со ссылкой на камердинера Николая II, писала, что «детей своих Мария Федоровна совсем не любит. Она детей никогда не ласкала. Покойный Александр III был гораздо нежнее с детьми, чем мать. Несмотря на свою суровость, бывало, царь обнимет сыновей, но мать – никогда. Иногда, совсем неожиданно, царь заходил в спальню детей, но мать, как заведенные часы, заходила аккуратно в один и тот же час, так же, как в одно и то же время дети являлись к ней – поздороваться утром, поблагодарить после завтрака и обеда и прочее. Радциг говорит, что он был полным хозяином в спальне наследника, никакого контроля за ним не было»199.

Вмешивалась в воспитательный процесс и ближайшая родня. Мальчишки оставались мальчишками и, естественно, шалили. По рассказам мемуариста, однажды на вокзале во время торжественных проводов Александра III его сыновья страшно расшалились, бегая между ногами сановной публики. Видимо, они совершенно не реагировали на замечания, и тогда выведенный из терпения младший брат царя великий князь Владимир Александрович схватил будущего Николая II за уши и публично выдрал его, повторяя: «Я тебе говорю – перестань шалить»200.

Но наряду с многочисленными воспитателями по должности рядом с цесаревичем Николаем оказался редкий человек, который являлся воспитателем по призванию. Это был преподаватель английского языка Карл Иосифович Хис (Heath). Он появился рядом с цесаревичем, когда тому исполнилось 10 лет. Благодаря Хису все дети Александра III получили прекрасную физическую подготовку. Генерал Н. А. Епанчин писал об этом в мемуарах: «Физическое развитие наладилось случайно. Дело в том что для занятий по английскому языку был приглашен мистер Хис… Именно Хис обратил внимание на недостаточность физических упражнений цесаревича и занимался этим делом и, между прочим, закаливанием цесаревича, в чем достиг превосходных результатов». Говоря о результатах этого воспитания, Н. А. Епанчин подчеркивал, что царь «был очень вынослив в физическом смысле, не боялся сквозного ветра, не был подвержен простуде и обладал прекрасным здоровьем»201.

Об этом же упоминали и другие мемуаристы. А. П. Извольский писал, что «действительным руководителем его занятий был англичанин Хетс, занимавший место частного учителя в императорской семье. Особенную склонность он чувствовал к спорту и затратил много труда, чтобы воспитать в своих учениках любовь ко всем видам спорта. Ему Николай II обязан совершенным знанием английского языка и увлечением спортом»202. Негативно относившийся к царю кадет и масон В. П. Обнинский также счел необходимым упомянуть об этом: «.англичанин Mr. Heath, «Карл Осипович», как его обыкновенно называли. прекрасный художник и спортсмен. В юношеские годы первое место занял спорт всех видов, и царские сыновья хорошо скакали, стреляли, ловили лососей. подвижность и любовь к спорту отличали всех детей Александра III»203.