Читать онлайн «Двор российских императоров. Энциклопедия жизни и быта. В 2 т. Том 1». Страница 129

Когда Николай II женился, то светские сплетники немедленно отметили, что молодая жена по-своему называет мужа. Если раньше его дома звали Nica, то молодая императрица стала звать его Коко947. Впрочем, это имя не закрепилось в семье, и Александра Федоровна стала, как все, называть супруга Ники.

У императрицы Александры Федоровны были свои прозвища. Так, в детстве она подписывала свои письма «М. К. № III». Это было сокращением детского прозвища – Маленькая Королева № III948. Свои послания к мужу она часто незатейливо подписывала «твоя старая курица», «твоя старая женушка». Однако, как правило, и за глаза, и в глаза ее называли Аликс.

Имелись домашние имена и у детей Николая II. Так, третью дочь, великую княжну Марию Николаевну, сестры звали Машкой. Четвертую, великую княжну Анастасию Николаевну, самую заводную и шкодливую – «швибздом»949. У долгожданного цесаревича Алексея были только комплиментарные домашние прозвища. Родители в переписке называли его на английский манер – «бэби», «крошкой» или «солнечным лучом».

Дошедшая до нас переписка Николая II и императрицы Александры Федоровны позволяет реконструировать и то, как они именовали часть своего окружения. В основном по имени-отчеству, но известны и прозвища. Анну Александровну Вырубову в письмах супруги называли Аней, Большой Бэби, в минуты раздражения – «коровой» или «инвалидом». Воспитателя и учителя французского языка Пьера Жильяра звали в глаза Жиликом. Гофлектриссу императрицы Екатерину Адольфовну Шнейдер – Триной или Шнейдерляйн. Камер-юнгферу Александры Федоровны, приехавшую с ней из Германии в 1894 г., Марию Густавовну Тутельберг в семье называли Тюдельс. Камердинера Александры Федоровны – Густава Генриховича Лио почему-то прозвали «листопадом».

Фрейлину Анастасию Васильевну Гендрикову ласково именовали Настенькой. Адмирала Константина Дмитриевича Нилова между собой прозвали «маленьким адмиралом», а другого моряка, контр-адмирала свиты его величества, командира императорской яхты «Штандарт», англомана Ивана Ивановича Чагина – Джонни. Друга детства Николая II Александра Илларионовича Воронцова-Дашкова в глаза и за глаза звали попросту Сашкой. Было прозвище и у министра императорского двора В. Б. Фредерикса, которого царственные супруги глубоко уважали. В своей переписке они называли его «стариком».

Когда в 1915 г. императрица Александра Федоровна начала плотно втягиваться в политическую жизнь страны и почувствовала вкус к принятию управленческих и кадровых решений, они с мужем изобрели шифрованные прозвища, по поводу которых до настоящего времени ведутся споры.

Например, известно, что принца Александра Петровича Ольденбургского супруги называли Алеком, а весьма пожилого премьера Ивана Логгиновича Горемыкина – «премудростью». Однако вопрос о том, кому принадлежат прозвища «красная шапочка», «цветущий» или «малина», до сих пор вызывает споры.

Рождение детей – это всегда радость. Рождение детей в императорской семье – радость двойная, поскольку дети обеспечивали устойчивость правящей династии, особенно мальчики. В целом со времен Павла I, имевшего четырех сыновей, и на протяжении всего XIX в. проблема наследника перед императорской семьей не вставала.

Все русские императрицы рожали дома, то есть в тех резиденциях, где у них начинались схватки. Ни одна из царственных особ не рожала в специализированных клиниках, которые в XIX в. уже существовали. Даже когда в 1904 г. на Васильевском острове лейб-акушер Д. О. Отт открыл роскошную акушерскую клинику, ни одна из особ императорской фамилии ею так и не воспользовалась. Рожали традиционно дома, приспосабливая одну из комнат под родильную палату.

Цесаревны и императрицы, вне зависимости от сроков беременности, неуклонно соблюдали график переездов из резиденции в резиденцию, при этом за беременной особой императорской фамилии неотступно следовал лейб-акушер. Так, Николай II родился в мае 1868 г. в правом крыле первого этажа Александровского дворца Царского Села, куда, следуя традиции, царская семья только-только переехала. Из пяти детей Николая II одна дочь родилась также в Александровском дворце, а три дочери и сын – в Нижнем (Новом) дворце в Петергофе. Лейб-акушеру Д. О. Отту во Фрейлинском доме возле Нижнего дворца была выделена отдельная двухкомнатная квартира, где он и жил, ожидая наступления очередных родов императрицы.

Как правило, при родах или в непосредственной близости от родильной комнаты присутствовали все члены большой императорской семьи, которые на тот момент оказывались поблизости, а муж буквально держал рожавшую жену за руку. Эта традиция восходила еще к временам средневековья. По древней европейской традиции, высшая аристократия имела право присутствовать при родах королевы, непосредственно удостоверяясь в истинности и родов, и самого наследника, будущего властителя.

При родах цесаревны или императрицы с той же целью в обязательном порядке присутствовал министр императорского двора. С начала XIX в. этого требования уже не придерживались столь буквально, и во время родов министр двора находился в соседней комнате, имея при себе пять вариантов манифеста о рождении ребенка. Царь сам выносил министру двора новорожденного и вписывал в указ заранее выбранное имя1. Когда императрица Александра Федоровна готовилась произвести на свет первого ребенка в 1895 г., в недрах канцелярии Министерства императорского двора, согласно принятой процедуре, были заранее заготовлены пять проектов правительственного указа о рождении ребенка. Эти проекты предусматривали все основные возможные варианты: 1) сын; 2) дочь; 3) двойня из двух сыновей; 4) двойня из двух дочерей; 5) двойня из сына и дочери. В документе пропускалось только имя ребенка и не указывался день его рождения. Проект указа на рождение сына формулировался следующим образом: «В день сего… Любезная Супруга Наша Государыня Императрица Александра Федоровна благополучно разрешилась от бремени рождением Нам Сына, нареченного…»2.

Таким образом, манифест сообщал подданным о рождении ребенка в императорской семье, официально провозглашая младенца «высочеством». Когда у Николая I в 1827 г. появился второй сын, в манифесте сообщалось: «Объявляем всем верным Нашим подданным, что в 9 день сего сентября любезнейшая Наша Супруга, Государыня Императрица Александра Федоровна разрешилась от бремени рождением Нам Сына, нареченного Константином…»3. Следует добавить, что общественность информировали не только о рождении ребенка, но и о наступлении беременности у императрицы. Такие объявления печатались в разделе официальной хроники «Правительственного вестника».