Читать онлайн «Романовы. Семейные тайны русских императоров». Страница 223

Там, в 1958 году, на ферме Хэлтон, неподалеку от Торонто, в возрасте 77 лет скончался Н. А. Куликовский.

Бедную, одинокую, больную Великую княгиню приютил у себя дома, в Торонто, капитан Мартьянов. Там, лежа под иконами своего письма, она умерла 24 ноября 1960 года и была похоронена рядом с мужем на русском участке кладбища «Норс-Йорк».

При погребении военный оркестр играл марш Ахтырского полка.

Теперь из ноября 1960 года, с русского кладбища в Канаде, где мы попрощались с дочерью императора Александра III — Ольгой, нам предстоит снова вернуться в Санкт-Петербург начала XX века, где готовилась еще одна свадьба — племянница Александра II, дочь его брата Владимира, Великая княжна Елена должна была выйти замуж за третьего сына греческого короля Георгиоса I — принца Николая.

Великая княжна Елена Владимировна была пятым и последним ребенком в семье Владимира Александровича и Марии Павловны, в девичестве принцессы Марии Мекленбург-Шверинской, их единственной дочерью, родившейся 17 января 1882 года.

Ей было 20 лет, когда по заранее намеченному плану Ольга Константиновна — «королева эллинов» и король Георгиос I сосватали за нее своего третьего сына — принца Николая.

Таким образом, продолжительный династический союз в 1902 году получил свое дальнейшее развитие. Еще раз совершался политический акт дальнейшего сближения Греции с Россией, путем укрепления династических связей дома Романовых с Глюксбургами и, соответственно, с родственными им немецкими династиями.

Николай был на десять лет старше Елены Владимировны, и это сразу же дало себя знать — он держался, как многоопытный, повидавший жизнь человек, да и в самом деле, между двадцатилетней девушкой и тридцатилетним мужчиной разница была весьма значительной. Правда, впоследствии жизнь все рассудила по-своему и отвела каждому из них свой срок: Николай прожил 66 лет, скончавшись в 1938 году, Елена Владимировна прожила 75 лет, умерев в 1957 году.

Этот раздел книги будет посвящен событиям, происходившим в августейшей семье в 1901–1904 годах.

Следуя схеме, по которой были построены воспоминания Александра Михайловича, расскажем об одиннадцати двоюродных дядьях императора. По старшинству первыми из них были три сына Великого князя Константина Николаевича — Константин, о котором рассказывалось в предыдущей главе в связи с его женитьбой в 1884 году на Елизавете Саксен-Альтенбургской, в России ставшей Великой княгиней Елизаветой Маврикиевной.

Кроме Константина Константиновича, у Константина Николаевича было еще два сына — Дмитрий и Николай. (Был еще и четвертый сын — Вячеслав, но он умер в 15-летнем возрасте в 1879 году.) Один из них — Николай — после небывало позорного происшествия — кражи в собственном доме, был отправлен в ссылку в Ташкент и пребывал там до конца своих дней. Второй сын — Дмитрий — был страстным кавалеристом и отдал этому роду войск всего себя: ни на что другое ни времени, ни желания у него не оставалось.

Из всех членов императорской фамилии самое большое влияние на государственные дела оказывал Великий князь Николай Николаевич (младший), сын Великого князя Николая Николаевича (старшего) и внук императора Николая I. Когда новый царь вступил на престол, он назначил двоюродного дядю и своего бывшего полкового командира генерал-инспектором кавалерии. Но, заняв этот высокий военный пост, новый генерал-инспектор нередко выходил за рамки своей компетенции, хотя ее не хватало Николаю Николаевичу и на то, чтобы хорошо руководить кавалерией, — он был признанным авторитетом в вопросах строя, подготовки парадов и смотров, но, обладая напором и упрямством, мог вынудить своего августейшего племянника сделать в большой политике то, чего тот не хотел, но зато хотел он — его дядя.

Его влияние объяснялось, в частности, также и тем, что жена Николая Николаевича — дочь князя Черногорского Анастасия (Стана) Николаевна, имела сильное влияние на императрицу Александру Федоровну. Не меньшее влияние оказывала на императрицу и родная сестра Станы — Великая княгиня Милица Николаевна, бывшая замужем за родным братом Николая Николаевича Петром. «Сестры-черногорки», как их прозвали, простодушные, суеверные, с холерическим, полуистерическим темпераментом, легко поддавались влиянию всяких сомнительных личностей — знахарей, ясновидцев, целителей, блаженных, играя на струнах души многих аристократов, склонных к мистицизму.

Муж Милицы — Великий князь Петр Николаевич — был полной противоположностью своему старшему брату. Он с детства болел туберкулезом легких и из-за этого долгое время жил в Египте. Он серьезно занялся архитектурой и таким образом стал белой вороной среди прочих Романовых.

Еще более одиозной фигурой считался в семье Романовых Великий князь Николай Михайлович — выдающийся историк, занимавшийся эпохой Александра I, автор нескольких многотомных монографий и публикатор множества документов конца XVIII — начала XIX веков. Следует заметить, что все «Михайловичи» выгодно отличались почти от всех прочих Романовых многочисленными и разнообразными талантами. Историк В. П. Обнинский связывал это с тем, что жена Великого князя Михаила Николаевича Ольга Федоровна — до принятия православия Цецилия Баденская — была дочерью еврейского банкира и наделила своей беспокойной кровью всех детей, отличавшихся от многочисленных кузенов и кузин умом, предприимчивостью и авантюризмом.

Когда Николай II вступил на престол, Николай Михайлович только еще готовился к деятельности историка, ибо с 1883 года, по окончании Академии Генерального штаба, как и все его родственники, состоял на военной службе. Он был командиром кавалергардского полка, но его интеллектуальный уровень был настолько выше, круг интересов настолько шире, чем у его однополчан, что общение с офицерами-кавалергардами не давало Николаю Михайловичу никакого удовлетворения. Все свободное время он проводил в архивах Санкт-Петербурга и Парижа, приводя в изумление парижан тем, что живет в скромном старом отеле «Вандом», а его излюбленными заведениями являются не «Фолибертер» и не «Максим», а Национальная библиотека, Национальный архив и Коллеж де Франс.

Будучи натурой незаурядной и цельной, обладая выдающимися способностями, он вызывал у множества высокопоставленных карьеристов чувства зависти и озлобления. Его младший брат, Александр Михайлович, писал о нем: «Я не знаю никого другого, кто мог бы с большим успехом нести обязанности русского посла во Франции или же в Великобритании. Его ясный ум, европейские взгляды, врожденное благородство, его понимание миросозерцания иностранцев, его широкая терпимость и искреннее миролюбие стяжали бы ему лишь любовь и уважение в любой мировой столице. Неизменная зависть и глупые предрассудки не позволили ему занять выдающегося положения в рядах русской дипломатии, и вместо того чтобы помочь России на том поприще, на котором она более всего нуждалась в его помощи, он был обречен на бездействие людьми, которые не могли ему простить его способностей ни забыть презрения к их невежеству».