Читать онлайн «Адмирал Советского Союза». Страница 199

На последнем этапе войны, когда армия стремительно двигалась вперед, речные флотилии оказывали немалую услугу армейским частям, и бронекатера были всеми признаны как самые удачные корабли сопровождения войск. Не случайно бронекатера действовали на Днепре и даже в верховьях Дуная, на Висле, Одере, Шпрее, а при разгроме Квантунской армии – на Амуре, Сунгари, Уссури. На берегу Волги на постаменте стоит гвардейский бронекатер «Алексей Калюжный». Названный так в честь одного из героев обороны Севастополя, этот бронекатер с боями прошел в годы войны от Сталинграда до Вены.

Среди судов Волжского речного пароходства встречались и ветераны Волги-матушки реки, такие как, например, «Волгарь» («Волгарь-доброволец», как назвали его в гражданскую войну). В те годы «Волгарь», превращенный в канонерскую лодку, воевал вместе с известными отрядами моряков Ивана Кожанова. В мирное время этот небольшой кораблик водил нефтяные караваны, а когда началась Великая Отечественная война и враг подошел к Волге, легендарный «Волгарь» снова оказался в строю. После установки зенитных орудий и пулеметов он в самые жаркие дни битвы за Сталинград перевозил туда бойцов и доставлял боеприпасы, отбиваясь от фашистских самолетов.

В середине сентября гитлеровцы предприняли попытку овладеть центром города. Специальным решением Ставки для пополнения 62-и армии выделялась ставшая потом знаменитой 13-я гвардейская дивизия генерала А. И. Родимцева. Ее нужно было перевезти через Волгу. Выполняли эту задачу боевые корабли флотилии. В ночь на 15 сентября под непрерывным огнем противника бронекатера и тральщики форсировали реку и высадили на другом берегу сначала 42-й стрелковый полк родимцевской дивизии. Высадка сопровождалась боем и проходила под прикрытием огня кораблей и сухопутной артиллерии. Задача полка состояла в том, чтобы оттеснить немцев и захватить плацдарм для высадки основных сил дивизии. Следующей ночью была высажена вся дивизия. Войска переправлялись на катерах, буксирах, баржах и даже на простых рыбачьих лодках. Дорога была каждая минута. Город переживал критические часы.

Это была не обычная перевозка войск, а скорее высадка десанта, которую обеспечивали боевые корабли в условиях противодействия противника. И подобные случаи были не единичны.

В Сталинградской битве моряки сражались не только на кораблях флотилии, а, как и под Москвой, в рядах морских стрелковых бригад, полков, сводных отрядов. Немало моряков в составе маршевых батальонов и рот влилось в армейские части. Только во 2-й гвардейской армии под командованием генерала Р. Я. Малиновского, прибывшей из резерва Главного Командования в район Сталинграда, находилось около 20 тысяч моряков.

Если корабли Волжской флотилии комплектовались прежде всего моряками Балтийского, Северного и Черноморского флотов и различных флотилий, то морские стрелковые бригады в основном были укомплектованы людьми с Тихоокеанского флота и Амурской флотилии. Преимущественно отсюда же брали моряков и для пополнения армейских частей Сталинградского фронта.

В первые месяцы 1942 года в Красную Армию было послано около 150 тысяч моряков. Случилось так, что к моменту прибытия тихоокеанцев и амурцев «на запад», как иногда любят говорить на Дальнем Востоке, в весенне-летнем наступлении фашистской армии наметилось волжское направление, и поэтому больше всего моряков было послано именно сюда, в междуречье Волги и Дона.

Уже в первые дни Сталинградской битвы моряки приняли участие в боях на суше.

23 августа моторизованные части гитлеровцев прорвались к правому берегу Волги севернее Сталинграда, на участке Рынок – Латошинка. Командование фронта почти не имело резервов, а враг мог вот-вот ворваться в город. К месту намечавшегося прорыва были переброшены танковая бригада, противотанковый артиллерийский полк и сводный батальон моряков под командованием капитана 3 ранга П. М. Телевного, который занял позиции северо-восточнее Тракторного завода. Доставленные на машинах моряки сразу вступили в бой. На 260 моряков имелось всего 100 винтовок, 20 ручных пулеметов и 14 автоматов. С утра 24 августа и до исхода дня 26 августа, пока не подошли подкрепления, моряки с ополченцами сдерживали натиск врага. 28 августа оборону этого участка взяла на себя 124-я стрелковая бригада полковника С. Ф. Горохова. Моряков, а позднее 124-ю бригаду поддерживали огнем канонерские лодки «Усыскин» и «Чапаев», 4 бронекатера и 2 плавучие батареи. Именно тогда впервые на бронекатерах были использованы «катюши».

Произошло это не случайно. Наш Военно-Морской Флот еще задолго до войны занимался испытанием на различных катерах на Черном море ракетных пушек, представлявших собою прообраз «катюш». Это было вызвано необходимостью восполнить недостаток в крупных кораблях. Однако более совершенные реактивные установки, легкие и малые по габаритам, появились только в первые месяцы войны. Артиллерийское управление Наркомата ВМФ не упустило возможности применить их на бронекатерах, и прежде всего в речных условиях. Так появились «катюши» на Волге, у стен Сталинграда.

До подхода крупных армейских подкреплений моряки стояли насмерть. Совместно с 282-м полком НКВД и танками 99-й танковой бригады моряки перешли в наступление и выбили противника из Латошинки. После прорыва позиций немцев следовало немедленно закрепить успех, однако для этого не хватило сил. Морской батальон, потерявший почти половину людей, вынужден был отойти. К сожалению, приказ об отходе моряки получили с запозданием, и потому лишь немногим удалось выйти из окружения. Но, так или иначе, ценой многих жизней морской батальон на некоторое время все же задержал врага на окраине города.

В середине сентября вместе с 13-й гвардейской дивизией моряки героически сражались на улицах Сталинграда. Иногда им приходилось отражать по 10–15 атак противника в день.

В связи с этим хотелось бы сказать несколько слов о подвиге моряка-тихоокеанца Михаила Александровича Паникахи, служившего в 883-м стрелковом полку. Когда полк был атакован танками противника, боец Паникаха взял две бутылки с горючей жидкостью и под огнем вражеских пулеметов пополз навстречу головному танку. Приблизившись к нему на 30–40 метров, боец размахнулся для броска. Но в это мгновение поднятая вверх бутылка была разбита пулей. Воспламенившаяся жидкость облила лицо и обмундирование Паникахи. Объятый пламенем, он поднялся во весь рост и с возгласом «Фашисты не должны пройти!» бросился к вражеской машине, разбил о ее броню вторую бутылку и сам лег на броню танка. Гитлеровские танкисты пытались выскочить из машины, но были сражены метким огнем бойцов отделения сержанта Климова. Подожженный танк взорвался. Потеряв головную машину, гитлеровцы прекратили атаку и отступили.