Читать онлайн «Бенджамин Дизраэли, или История одной невероятной карьеры». Страница 120

Однако английская политика всегда политика гибкая. Предусматривая сохранение территориальной целостности Турецкой империи, Лондон весьма заботился о том, чтоб эта целостность не была нарушена в пользу России или балканских народов. В то же время политика «целостности» подразумевала отторжение от Турции в пользу Англии различных территорий: каких и когда — это зависело от обстоятельств. В начале списка таких территорий можно поставить Ионические острова, приобретенные Англией в 1815 г. Дизраэли, выступавший рьяным поборником доктрины «целостности Турции», продолжал этот список. Пополнили список английских приобретений за счет турецких территорий преемники Дизраэли после первой мировой войны, когда Англия захватила в том или ином дипломатическом оформлении и Палестину, и Иорданию. Таким образом, политика Англии в отношении Турции, сформулированная еще Джорджем Каннингом, возглавлявшим Форин оффис с 1807 г., в своих основных чертах и целях проводилась правящими кругами Англии более столетия.

Крупнейшие достижения Дизраэли на международной арене связаны именно с обеспечением интересов Англии при решении «восточного вопроса». Дизраэли внес в борьбу за эти интересы и свой бурный темперамент, и незаурядные дипломатические способности, и готовность идти на большой риск, и волю в достижении цели. Важными вехами на этом пути были покупка акций компании Суэцкого канала, «приобретение» острова Кипр и Берлинский конгресс 1878 г.

В 1869 г. француз Фердинанд Лессепс закончил постройку на территории Египта канала, соединившего Средиземное и Красное моря. Канал имел важное стратегическое и экономическое значение: он сокращал путь для судов, следующих из Европы в Индию и Тихий океан, на тысячи миль. Вскоре более трех четвертей всех торговых грузов, шедших через Суэцкий канал, были английскими. Однако акции компании, управлявшей каналом, принадлежали наполовину компании и наполовину хедиву Египта, с 1517 г. находившегося в составе Османской империи.

Хедив был безмерно расточителен и в конце 1875 г. оказался на грани банкротства. Он решил срочно продать свою часть акций канала и получить таким образом 4 млн фунтов стерлингов. Англичане держали под пристальным наблюдением все египетские дела и узнали, что хедив начал переговоры с французами о продаже акций. Английские представители в Египте, со своей стороны, вступили в контакт с хедивом и информировали об этом Лондон. Неожиданно возникла возможность помешать французам прибрать к рукам весь пакет акций и заполучить половину их в распоряжение Англии.

Дизраэли посвятил королеву в положение дел, и она горячо поддержала его намерение. Деньги нужны были большие, и очень срочно. Как назло, парламент был распущен на каникулы и не мог санкционировать нужные ассигнования. Обратиться к Банку Англии Дизраэли не рискнул — там поставили бы вопрос на рассмотрение правления, и в результате было бы упущено время и нарушена секретность.

Премьер-министр решил использовать свои связи с банкирами Ротшильдами. Но нужна была санкция кабинета. Дизраэли волновался: а вдруг после заседания кабинета пойдут слухи о задуманной сделке и кто-то успеет перехватить инициативу? Он посадил у двери комнаты, где заседал кабинет, своего личного секретаря Монти Кори, который должен был начать действовать в ту минуту, когда Дизраэли выглянет из двери и произнесет одно слово: «Да». Как только кабинет согласился на покупку акций, Дизраэли появился на пороге, сказал «да», и Кори помчался к Ротшильду.

Банкир сидел за ленчем, но Кори прорвался к нему и объявил, что завтра премьер-министру нужно 4 миллиона. Ротшильд оторвал от грозди винограда ягоду, положил в рот, выплюнул кожицу и спросил:

— Под какие гарантии?

— Под гарантию британского правительства, — выпалил Кори.

Банкир сказал:

— Вы их получите.

Сделка состоялась. Дизраэли писал пребывающей в состоянии восторга Виктории: «Дело сделано. Он Ваш, мадам». Собравшийся впоследствии парламент вотировал нужную сумму. Правда, были среди депутатов и возражавшие. Гладстон в критической речи выразил возмущение сделкой.

Пошли разговоры, что покупка акций Суэцкого канала английским правительством предвещает оккупацию Египта Великобританией. Разумеется, эти предположения были с возмущением отвергнуты, но в 1882 г. у египетского порта Александрия появилась английская эскадра, подвергла город и порт бомбардировке, и вскоре английские войска заняли Египет. Все это было проделано, когда премьер-министром был уже Гладстон, тот самый. Гладстон, который так сурово осуждал Дизраэли за его операцию с акциями Суэцкого канала. Поистине сложна и непредсказуема человеческая натура, а натура государственного деятеля в особенности!

Английские политики приводили различные мотивы в оправдание своих действий в Египте. Конечно, фигурировал и аргумент защиты путей в Индию от посягательств России. Но в 1983 г. Б. Портер резюмировал суть проблемы так: «Конечно, это было чистейшее лицемерие. Удобное, но не убедительное прикрытие того, что в действительности было не чем иным, как политикой национальной агрессии». И далее: «С другой стороны, это было проявление существа викторианского либерализма».

Спорадические вооруженные восстания на Балканах были хроническим явлением для этого региона. Однако в 1875 г. национально-освободительная борьба достигла невиданного дотоле размаха и привела к возникновению восточного кризиса. Взялись за оружие народы Боснии, Герцеговины и Болгарии. Повстанцам Боснии и Герцеговины удалось освободить некоторые районы своих земель. Восстание болгар сильно встревожило турецкое правительство, ибо центр выступления находился неподалеку от столицы Турции — Константинополя. К тому же Болгария была богатейшей провинцией Турецкой империи, и потеря ее имела бы тягчайшие стратегические и экономические последствия. Поэтому турецкие власти мобилизовали все свои возможности и подавили болгарское восстание с неслыханной жестокостью.

События на Балканах получили широкий резонанс в мире. Свирепо подавляя восстания, турецкие власти одновременно с большим шумом провозглашали свое намерение провести ряд реформ, идущих навстречу пожеланиям порабощенных народов. Это был тактический маневр. Реформы осуществлять турки не собирались, а шум поднимали с целью обмануть мировое общественное мнение и ослабить национально-освободительное движение.

В мае 1876 г. в Болгарии вновь началось вооруженное восстание, на этот раз более мощное и широкое. На освященном знамени восставших с изображением льва был начертан девиз «Свобода или смерть». Повстанцы сражались с легендарной храбростью, но все же сила была не на их стороне. Восстание было потоплено в крови. Каратели сожгли и разорили свыше 100 болгарских населенных пунктов, убили более 30 тыс. человек. Жестокости, чинимые турецкими властями, потрясли весь цивилизованный мир.