Читать онлайн «Бенджамин Дизраэли, или История одной невероятной карьеры». Страница 106

Пальмерстон в 1865 г. распустил парламент и провел новые выборы, ставшие для него триумфом. Соотношение партий в палате общин сохранилось по существу прежним. 18 октября 1865 г. Пальмерстон неожиданно скончался, не дожив двух дней до 81 года. Начались обычные комбинации, приведшие к тому, что премьер-министром стал лорд Рассел, а лидером палаты общин — Гладстон, они автоматически стали противниками Дерби и Дизраэли. 12 марта 1866 г. Гладстон предложил палате общин проект закона о расширении избирательного права. Дизраэли возглавил борьбу против этого предложения, и в конце концов оно не прошло. В июне Расселу пришлось уйти в отставку, Дерби сформировал правительство, и Дизраэли в третий раз стал канцлером казначейства.

В правительстве появилось новое имя — молодой лорд Стэнли, министр иностранных дел, сын и наследник титула графа Дерби. Он едва не отодвинул Дизраэли в сторону. Шли активные разговоры о том, что он мог бы стать вместо отца премьер-министром. Власть могла перейти по семейной традиции. Этим был бы поставлен крест на надеждах Дизраэли. Но, на его счастье, отец и сын были в прохладных отношениях, и граф решил, что у сына нет данных для того, чтобы возглавить правительство. Премьером стал сам старик Дерби. При этом Дизраэли удалось провести в состав кабинета кое-кого из своих людей.

Третье правительство Дерби — Дизраэли было в крайне затруднительном положении: оно пришло к власти и существовало при попустительстве и, следовательно, с согласия оппозиции. Как только оппозиционные партии и группы решат объединить свои усилия для свержения правительства, оно тут же получит вотум недоверия в палате общин и будет вынуждено уйти в отставку. Ожидать от правительства в этих условиях каких-либо важных действий было нельзя.

Перед правительством сразу же встали две главные проблемы: формулирование позиции по реформе избирательного права и отношение к событиям, возникавшим в сфере внешней политики. Именно на этих направлениях сосредоточилась основная деятельность Дизраэли. Его ответственность все больше увеличивалась по мере того, как слабели силы Дерби и развивалась подагра. Проблемы внешней политики вызвали активную переписку между Дизраэли и Дерби и между Дизраэли и Викторией. Во время выборов 1865 г. Дизраэли атаковал Пальмерстона за его вызывающий, провокационный внешнеполитический курс, ставящий Англию временами в сложное положение. Дизраэли и королева были за позитивную, т. е. спокойную, внешнюю политику. Запомним, что это было в 1865–1867 гг. Все течет, все меняется. Дерби был с ними согласен, но его сын, молодой лорд Стэнли, министр иностранных дел, считал необходимым следовать примеру Пальмерстона. По этой причине в верхах возникали противоречия и трения. Дизраэли находил, что Стэнли излишне резко реагирует на возникающие международные проблемы. Позиция министра финансов — одна из важнейших в английском правительстве. Финансы — это мощный рычаг, который применяется в сфере компетенции всех министерств, не исключая и министерство иностранных дел, и Дизраэли энергично налегал на этот рычаг. Справедливо полагая, что бюджет должен сводиться с активом, Дизраэли добивался экономии средств во всех сферах, и прежде всего экономии военных расходов, что соответствовало линии на позитивную внешнюю политику.

Министр финансов не без оснований считал, что в Адмиралтействе дела ведутся плохо и деньги в значительной мере растранжириваются. 20 августа 1866 г. Дизраэли писал Дерби: «Убеждение в том, что в Адмиралтействе организация дела плохая, не говоря уже о том, что там имеют место злоупотребления, глубоко проникло в умы людей и является господствующим чувством у народа». Дизраэли стремился не только к наведению порядка и экономии в военно-морских делах. Он намеревался вести эту работу с большим пропагандистским шумом и убеждал Дерби, что «если взяться за это дело энергично, то можно будет отвлечь внимание народа от парламентской реформы…» В Адмиралтействе накапливаются излишние запасы материалов, что ведет к их растранжириванию. Там же продолжают строить деревянные корабли, давно морально устаревшие, вместо того чтобы производить суда из металла. Дизраэли писал, что первый лорд Адмиралтейства, т. е. военно-морской министр, «окружен преступниками и нужны большой ум и незыблемая твердость, чтобы справиться с ними». Бессмысленно пытаться урезонить этих людей: они агрессивно воспринимают любые направленные на исправление положения предложения. В конечном итоге Дизраэли кое-чего добился, испортив вконец отношения с первым лордом Адмиралтейства. Ему удалось получить бюджет на 1867 г., в котором доходы на 1200 тыс. фунтов превышали расходы.

В целях экономии Дизраэли предлагал сокращение английских войск в колониях. Он выдвинул формулу: если колонии требуют самоуправления, то и обеспечивать свою оборону они должны сами. В письме Дерби Дизраэли сформулировал глобальную программу: «Мы не должны заявлять претензию и ставить целью своей политики оборону границы Канады от США… Свою мощь и влияние мы должны употреблять в Азии и, следовательно, в Восточной Европе, а также в Западной Европе. Но какая польза от этих мертвых колониальных грузов, которыми мы по существу не управляем?.. Предоставим канадцам оборонять самих себя, отзовем эскадру от берегов Африки, откажемся от поселений на западном берегу Африки, и мы сможем сэкономить достаточно средств, которых хватит на постройку новых судов и на то, чтобы иметь положительный бюджет». Эта программа выглядит весьма скромной и умеренной по сравнению с тем, за что будет ратовать и что проводить в жизнь Дизраэли всего через восемь лет. Пока же, в 1866 г., его замыслы дают основание квалифицировать его как умеренного империалиста. История показала, что эта умеренность была наделена тенденцией к быстрому сокращению.

Переключить внимание народных масс от реформы избирательного права на борьбу с беспорядком и злоупотреблениями в Адмиралтействе не удалось, да и не могло удаться. Это было одной из фантазий, часто посещавших Дизраэли. По мере того как в парламенте шла возня вокруг проектов реформы, нарастала борьба народных масс за предоставление им более широких политических прав.

Как это нередко бывало в английской истории, законодатели, представлявшие интересы имущих классов, уже владевших политическими правами, во-первых, под разными предлогами затягивали принятие нового закона о реформе и, во-вторых, бесконечно его формулировали, редактировали, перефразировали, что также вело к затягиванию решения проблемы. Вся эта борьба различных партий, политических групп и отдельных деятелей из-за формулировок готовившегося закона имела единственное реальное объяснение: каждая из этих политических сил добивалась такого расширения избирательных прав трудящихся, которое было бы самым минимальным в складывавшихся условиях, а технические положения закона были бы более выгодны данной партии или группе и менее выгодны ее сопернице. Резкое столкновение интересов объясняло остроту борьбы. За этой возней законодатели проглядели тот факт, что народные массы расширили, углубили и ужесточили борьбу за избирательную реформу. И в конечном итоге правящим кругам пришлось пойти в 1867 г. на значительно большие уступки народу, чем те, которыми можно было бы ограничиться ранее.